Последний Охотник Империи 4 - Денис Стародубцев

— Степан, скажи, а ты знаешь, кто моя мать? Только честно!

— Нет… Даже если бы я хотел, не смог рассказать вам. Никто из нас её никогда не видел, — ответил Степан.

— Понял тебя. Я написал письмо одной женщине, которая может нам помочь.

— А она приедет? — спросил он сев напротив.

— Не знаю, приедет ли, но попробовать стоит! У нас нет других вариантов. Нужны люди.

— Хотите, чтобы я отправил письмо? — спросил старик.

— Да, буду тебе очень благодарен!

Я допил кофе, поставил чашку на стол.

«Алиса, — мысленно позвал я. — Ты веришь, что они приедут?»

«Не знаю, Ярик, — ответила она. — Но ты же знаешь Игоря — он тебя никогда не бросит».

* * *

День тянулся медленно, как патока в зимний холод. Я ждал. Степан вернулся, сказал, что отправил письмо. Марфа готовила обед, на кухне вкусно пахло каким-то мясом и специями. Белов спосле полудня вышел из комнаты, побритый, в моей футболке, и молча сел за стол.

— Как вам спалось, Максим Сергеевич? — спросил я у оперуполномоченного.

— Такое чувство, что проспал неделю. Спасибо вам большое, что приютили, Ярослав Иванович. — ответил он.

— Максим Сергеевич, — сказал я. — У нас есть одна проблема, и мне кажется, что вы бы могли помочь с её решением.

— Думаю, у нас больше чем одна проблема, Ярослав, — усмехнулся он, сделав большой глоток чай. — Какая конкретно?

— Нам нужно уничтожить семь метеоритов одновременно. Понятно, что для этого нужны люди, но даже если я найду нужное количество, я не знаю, как это сделать технически. Как взорвать камень, который лежит под землёй, да еще и не земного происхождения? Я не особо силен в этом Максим. Я боевой маг, умею создавать огненные шары и ледяные копья, а это… это совсем другое.

Белов задумался, почесал затылок.

— Знаешь, Ярослав… — сказал он медленно. — Буквально несколько лет назад мы брали одного психа. Он хотел сделать из кристаллов бомбы и судя по его расчетам, это было бы самое мощное оружие в Империи. Думаю, может, и во всем мире.

Я замер.

— Бомбы? — переспросил я. — Из кристаллов? Это возможно?

— Он так думал. — Белов отставил чашку в сторону. — Проводил какие-то эксперименты, писал схемы, чертил различные формулы, взрывал мелкие камни на полигонах. Мы его взяли, когда он попытался взорвать здание администрации под Тверью. Еле успели, там уже всё готово было.

— И что с ним стало?

— Умер в тюрьме, сердце не выдержало. У него не все впорядке было с головой, а тут еще одиночная камера. В голове что-то сломалось ещё до того, как мы его поймали.

— А схемы? Все его расчеты? — спросил я. — Они где-то остались?

Белов посмотрел на меня, и было видно, что он не особо хотел мне рассказывать что-то дальше.

— Должна быть в полицейском архиве. Вещдоки, все дела. Я сам вёл это дело. Это было лет семь назад. Все что было изъяли, положили в папку, отправили на хранение.

— Она ещё там?

— Должна быть, если полицейские не выбросили. Иногда они чистят архивы, освобождают место, но это дело было громким. Может, сохранилось.

Я встал.

— Сколько времени вам нужно, чтобы её забрать?

— Не знаю… Это не особо законно… — честно ответил Белов. — Да и архив большой, а я не был там много лет. Нужно найти нужную папку, а их там тысячи. Если повезёт…

— Максим, я понимаю, что вы не хотите нарушать закон… Но без этого мы не справимся…

Он задумался и молчал, а потом сказал:

— Времени нужно много…

— Сколько? — перебил я.

— От пары тройки часов до нескольких дней!

— Поезжайте прямо сейчас! — резко сказал я.

— Ярослав, — Белов поднялся, посмотрел мне в глаза. — Если меня поймают…

— Максим Сергеевич, — Я подошёл к нему, положил руку на плечо. — В данной ситуации только вы можете помочь спасти империю. Я понимаю, что вам не хотелось бы нарушать закон, но это не ради корысти, а на благо империи.

Белов помолчал. Потом кивнул.

— Умеете вы уговаривать, Ярослав Иванович. Хорошо, я поеду!

— Удачи, Максим Сергеевич, и будьте осторожны. Если что-то пойдёт не так — бросайте всё и уходите. Схема не стоит вашей жизни!

— Стоит… — сказал он тихо. — Если она поможет закрыть порталы, то стоит.

Он вышел и я услышал, как хлопнула входная дверь.

«Ты уверен, что он справится, Ярик?» — спросила Алиса.

«Нет, — ответил я. — Но выбора у нас нет».

* * *

Улица, на которой находился полицейский архив, располагалась достаточно далеко от центра. Здание было старое, с облупившейся краской. Белов вышел из машины, попросил водителя подождать и направился к зданию.

Вход был с торца, железная дверь с кодовым замком. Белов набрал код, который был тут уже очень давно. С тех времён, когда он только устроился на работу в министерстве, когда у него была нормальная жизнь, без засад и охоты на него людьми Ахметова. Замок щёлкнул. и он вошёл внутрь.

Архив находился в подвале, куда и прошел Максим. Тяжёлая металлическая дверь и ещё один код. Белов набрал, дверь открылась с громким скрипом. Стеллажи и тысячи папок, дела за многие годы. Он прошёл в дальний угол, к стеллажам с надписью «Терроризм. Раскрыто».

— Много лет назад… — прошептал Белов. — Не помню номер дела, но помню имя…

Он начал перебирать папки. Дела за год, за два, за три. Где-то на верхней полке, припорошённая толстым слоем пыли, стояла папка с надписью: «Гражданин С. Г. Меньшов. Обвинение в терроризме».

— Нашел! — выдохнул Белов, снимая папку.

Он открыл её. Внутри было всё: протоколы допросов, свидетельские показания, фотографии, отчёты экспертов и в самом низу — сложенный в несколько раз лист пожелтевший от времени.

Он развернул его.

Схема. Аккуратные чертежи, формулы, расчёты.

— Гениально… — прошептал Белов. — Безумно, но, сука, гениально.

Он сложил схемы, сунул за пазуху, закрыл папку и поставил на место. Вышел из архива и закрыл дверь.

На улице его ждала машина.

— Всё в порядке? — спросил водитель, заметив, как Белов вышел.

— Да, — ответил Белов. — Поехали.

— Куда? — уточнил водитель.

— Откуда ты меня забрал!

Машина тронулась. Белов сидел на заднем сиденье, прижимая руку к груди, где под курткой лежала схема. Сердце колотилось, а пальцы дрожали.

* * *

Белов вернулся через три часа. Я услышал, как хлопнула входная дверь, он снял ботинки в прихожей и прошёл в гостиную.

— Есть! — сказал он, доставая из-за пазухи пожелтевший лист бумаги. — Я нашёл! Нашёл схему!

Он развернул её