Выбор Стража - Алвур

Горнило духов больше всего походило на туманную межреальность. С одним конкретным отличием – здесь не было ничего. Ни понятия верх-низ, ни право-лево. Такое ощущение, что самого пространства не существовало. Просто безграничное серое ничто, в котором есть только я. По крайней мере, за три дня бултыхания здесь, я так никого и не встретил. Форму я, кстати, тоже потерял – не было у меня ни рук, ни ног, ни головы. Было просто моё я, которое висело в пространстве без времени. Как я определил, что прошло три дня? Просто считал. От скуки и невозможности что-либо сделать, я начал развлекаться со своим разумом. Потоки параллельных сознаний запустились и стали для меня часами. Первый считал секунды, второй минуты, третий часы, а четвёртый дни. Больше ничего путного в голову (отсутствующую, хехе) мне не пришло.

За отсчитанные мной три дня я также вспомнил и отдельно закрепил большую часть событий, что должны произойти, а ещё попытался сверить со знакомым мне «лором» то, что уже произошло. Получалось так, что моё появление иногда нарушает известные мне события. Я, допустим, не помню, чтобы на Дюрана были совершены ранние покушения или чтобы Кусланды были в родстве с Амеллами. Но, возможно, это просто та часть лора, которая оставалась за кадром. Больше настораживал Грегор – он был какой-то больно мягкий по отношению ко мне. Может быть, это было влияние голоса, которое меня спасло, но всё ещё, получается, что это моя вина, а не его выбор. Ну да оставим это, вернёмся к насущной проблеме: а что собственно мне тут делать?

Похоже, именно этого вопроса Горнило и ждало: я моментально провалился куда-то непонятно куда. Первое, что я ощутил, было тело, которое вновь вернулось ко мне. Вторым были запахи и звуки, которые мне уже не понравились, а затем заработало зрение. Лучше бы оно не работало. Потому что я видел свои поминки, ещё в том, прошлом мире. Плачущие родственники и мрачные коллеги. Не сказал бы, что был душой компании, но, кажется, моя смерть оказалась кому-то неприятной. Вопрос остался тот же: что мне тут делать? В этот раз отвечать мне никто не стал, действо продолжалось. Я подошёл поближе и обнаружил, что меня никто не видит. И не ощущает, кажется. По крайней мере, попытка обратить на себя внимание закончилась тем, что моя рука прошла сквозь человека. Угу, я, значит, наблюдать сюда пришёл? Ну, поглядим. И я глядел, пока не увидел то, чего никак не могло быть. В этот момент время остановилось, а я стоял и хлопал глазами. В груди бушевал океан эмоций. Они были здесь. Все те, кто мне были дороги когда-то. Стояли отдельно в стороне. Я смотрел на их лица и видел… Что-то. Этого не могло быть, я знал, где я, знал, кто я, но и прекратить смотреть на них не мог. Смятение, скорбь… и любовь? Отвлёк меня всё ещё тикающий поток сознания с часами. Он отсчитал очередную минуту и раздражительно громко звякнул. Я чуть дёрнулся и обратил внимание на то, на что следовало давно – поднятые ветром листья застыли на месте. Я вновь оглядел всех присутствующих и отметил, что выражение их лиц так же изменилось. Кажется, оно менялось в такт моим желаниям. Чего же я хочу от них ото всех? Что я хочу, чтобы они чувствовали в этот момент? Кажется, я понял, что требуется делать в Горниле. И я не хочу, чтобы по мне скорбели, не хочу, чтобы меня любили, ибо любовь к трупу порождает лишь боль и страдание. Пусть лучше меня запомнят таким, какой я был и иногда вспоминают.

БАМ! Оглушительным набатом ударил колокол, а я осознал себя вне события. Неприятненько смотреть на себя в гробу, скажу я вам. Хорошо хоть, что это лишь сон. Ну, я выбрал или что? Оказалось «или что»… Новый сон, новое событие.

Когда я увидел сон, в котором голый храмовник гонялся за маленькой магичкой – мне как-то не хотелось запоминать, зато очень хотелось кого-то кастрировать. В этот раз мной завладел гнев, так что я просто сжёг извращенца нафиг. Сон на этом прекратился, и меня так же вышибло в серую пустоту, откуда я вновь отправился в новый сон, сострадать женщине, что потеряла своего возлюбленного. Ей я тоже не стал дарить память, а подарил новую любовь, потому что видел, как по ней убивается находящийся рядом с ней её «друг». И так сон за сном…

С каждым новым сном меня раздирали всё большие противоречия. Дух Времени говорил, что я должен выбрать стезю. Как я понимаю, мне необходимо было каждый раз выбирать одно и то же направление мыслей или эмоций, но я просто не мог. И они все скапливались во мне, толкались и мешались друг другу. Мне казалось, что меня порвёт от эмоций, но я прочно держал в своём разуме понимание того, что тогда мне наступит конец. И потому я старался взять все свои эмоции под контроль. Было сложно, было неприятно, но я был человеком, а человекам свойственно испытывать весь спектр эмоций. И ничего, живые! А потому помним: я всегда поступал правильно. Или хотя бы так, как хотел! И если Горнило считает иначе, то это его проблемы, а не мои. Что там дальше?

Поле боя и умирающий солдат. Милосердно добиваем бедолагу, и идём дальше. Спасти его не в моих силах, увы. Помнить о нём будут и без меня те, кому он дорог, а вот оставить его умирать было бы жестоко. Далее: казнь эльфа. Обвинение явно ложное, аристократу просто захотелось повергнуть в отчаяние его жену, что отвергла ухаживания жирного борова. Спасти эльфа… Невозможно. Значит, воздадим по справедливости. Эльфа повешают, а жирный боров, который самодовольно ждёт финики, просто подавится косточкой и умрёт от удушья. Жизнь за жизнь. Такова моя справедливость.

Сон за сном. Я уставал всё больше, противоречия накапливались всё сильнее, а боль внутри стала уже осязаемой. Горнило не прощало ошибок. Горнило хотело определённости. Но я и не ошибался, верно? И я был определённо прав в своём выборе. Нельзя было выбирать иначе. Я знаю это. В какой-то момент всё прекратилось. Я вывалился из очередного сна и завис в серой мгле. Боль постепенно успокаивалась, чувства утрясались. Я приходил в норму. Это было… Странно. Я просто был уверен в том, что что-то сделал не так, но при этом знал, что всё сделал правильно. Двоякое ощущение