Пешка бронзового века - ИМП

Наконец Малку остановили.

Впереди, среди толпы людей, не размалёванных и больше похожих на обычных, стояли двое в окружении воинов. Они отличались от остальных сразу.

Первый был огромным. Высоким, мускулистым, с телом, будто вылепленным для демонстрации слова «сила». Казалось, он способен голыми руками разорвать человека на части. На голове у него был череп лося с огромными раскидистыми рогами. Рога делали его ещё выше, ещё страшнее. Смотря на него, было впечатление, будто сама лесная тварь выросла из его плеч.

Догадаться было не трудно, перед ней стоял их Вождь.

Второй шурах был куда старше. Кто он такой, Малка тоже сразу догадалась — шаман. В нём чувствовалось нечто сродни дедушке Буре, только более тёмное, неприятное. Словно кряжистый дуб, высохший на корню. Маленькие чёрные глазки, длинные спутанные волосы с вплетёнными амулетами, седая борода, костяные подвески на груди.

Сзади Малку ударили под колени.

Она вскрикнула, рухнула, приклонившись. Вокруг раздался гомон голосов, по интонации похожий на одобрение. Малка оказалась в центре круга из гомонящего множества людоедов.

Вождь сделал шаг. Подошёл к ней, схватил огромной рукой за голову и задрал лицо вверх, заставляя смотреть в глаза. Его пальцы сдавили щёки так, что невольно вырвался стон. Грубый басовитый голос прокатился над поляной, и остальные шурахи тотчас умолкли. Он обращался к шаману.

Старик тоже подошёл. Обошёл пленницу кругом, разглядывая. Остановился за спиной, потрогал её волосы, понюхал, растирая их между пальцев. Что-то спросил. Вождь ответил. Шаман снова посмотрел на Малку — уже иначе. Но всё так же недобро, если шурахи вообще могли знать такое слово.

Малка была на грани.

Если бы не прирождённая упёртость, она бы уже разрыдалась. Ей было до ужаса страшно. Она понимала, что угодила в лапы чудовищ, и никакой дух теперь не сможет ей помочь.

Или…

Она, стараясь не подавать вида, зашептала молитву. Просила его услышать. Просила прийти. Просила снова спасти её. Думать о будущем, где дух не поможет, совсем не хотелось.

Шурахи после первого осмотра будто потеряли к ней интерес. Они громко обсуждали что-то между собой. Шаман и вождь спорили. Остальные каркали, перебивали друг друга, показывая на неё пальцами.

«Лишь бы это не о приправах, с которыми меня зажарят», — мелькнуло у Малки.

По телу против воли пробежала сильная дрожь.

Потом, когда ей уже показалось, что про неё забыли, круг расступился, и к ней привели мужчину.

Он был худой, словно пособие по строению скелета. Кожа обтягивала скулы, впалые глаза смотрели затравленно и устало. На шее у него висел грубый ремень, похожий на ошейник. Да что там похожий — это он и был. Малка сразу поняла: пленник. Такой же, как она, невольник, будто ей показали её будущее.

Шурах, приведший мужчину, треснул того по затылку и что-то прорычал.

— Иди за мной, — услышала Малка тихий голос.

Руки за спиной развязали. Она почти со стоном размяла затёкшие кисти. Запястья пусть и не сильно были перетянуты, но стало гораздо легче. Теперь казалось, будто множество игл впилось в кожу, разгоняя по венам кровь.

— Кто ты? — спросила она человека, надеясь, что он объяснит происходящее.

— Никто, — ответил он. — Здесь все рабы никто. Мясо. Скот. Вот кто мы. Как и ты. Хотя ты им зачем-то нужна. Я не знаю зачем, но с простыми пленниками не разговаривают. Я знаю язык хозяев. Я знаю язык скота. Мне приказали объяснить тебе, что с тобой хотят говорить. Они говорят мне, я говорю тебе и наоборот.

Голос его был ровный, выхолощенный. Не спокойный, скорее пустой. Так, наверное, говорит человек, который давно сдался, смирился со своей судьбой.

— Ты из какого рода? — спросила Малка.

Мужчина посмотрел на неё почти с жалостью.

— Не помню, я был слишком маленьким, когда попал сюда.

Шурах снова что-то прокаркал.

Человек вздрогнул и перевёл:

— Хозяин говорит: ты знаешь сына неба. Ты живёшь с сыном неба. Он спрашивает: ты его женщина?

Малка споткнулась от этих слов.

— Я? Сын неба?

Она растерялась.

— Сын неба, — повторил человек и указал рукой вперёд, туда, куда её вели.

Малка подняла голову и наконец увидела.

Сбоку от пещеры была поляна, обложенная по кругу валунами. В центре её сидело… сидел…

Нет.

Она не сразу узнала.

Кожа из небесного железа, как у духа, висела привязанная по центру. Но вместо головы её венчал белый череп горного барана, а вместо ног были приделаны кости. Вокруг лежало множество предметов. Что-то было разложено, что-то воткнуто в землю, что-то обвешано костяными амулетами. Из земли торчало массивное нечто странной формы, не то палка, не то жезл, которого Малка никогда раньше не видела. И в нём она смогла рассмотреть вставленную в паз батарею, одну из тех, что дух ей показывал, называя оружейной.

Батарею она уже узнавала.

После пожара дух объяснял им с Солой, как устроено это опасное сердце. Показывал, что если ткнуть ножом, вскрыв защитный кожух, её можно заставить гореть. Вокруг валялись кар-три-джи, ещё оружейные батареи и прочий мусор, который для шурахов явно считался святыней. Поверх вещей духа висели костяные амулеты, талисманы. Рядом стоял большой плоский камень с подозрительными бурыми пятнами по его поверхности.

У валунов лежали подношения. Кости животных. Засушенные ягоды, цветы. Глиняные чашки с чем-то тёмным. Перья. Каменные наконечники. Малка увидела даже человеческие волосы, связанные в длинную косу и привязанные к железной детали, назначение которой она не понимала.

— Сын неба, — подтвердил человек, указывая на останки.

Малка смотрела на останки духа и холодела.

Чьи это останки?

Не её же духа.

Она знала, что дух был не один. В пещере лежал второй, старший, как она поняла, вождь, раненый в какой-то их битве. А это кто? Ещё один? Или тот, с кем они сражались? Или другой дух, которого шурахи нашли мёртвым и теперь поклонялись его мёртвому телу?

Впрочем, какая разница.

Сейчас это мало чем могло помочь.

Человек ждал ответа.

И тут мысль, как себя вести, пришла сама собой. Если шурахи поклоняются духу мёртвому, значит, имя духа может стать защитой. Хоть какой-то. Пусть она не знает их языка, пусть не понимает их обычаев, но если они верят в сына неба, то женщина живого сына неба — не простая пленница. Они явно следили за ними и знали многое.

Малка выпрямилась настолько, насколько смогла.

— Да, — сказала она. — Я женщина духа. И поверь, когда он узнает, что меня пленили шурахи, ни тебе, ни твоим хозяевам