За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Я изложил вам ситуацию. Вам решать, хотите ли вы длительного сотрудничества, или предпочитаете разовый обмен.

Норит насупился, вылез из своего кресла и пошёл к чайнику. Тема ему явно не понравилась — похоже, перспектива обсуждения со старейшинами его вовсе не обрадовала. Наверняка он рассчитывал, что всё будет гораздо проще — учёным вообще свойственно считать, что всё за пределами их профессиональной деятельности — полный примитив, и если там и возникают какие-то проблемы, то исключительно от дебильности исполнителей. Особенно хорошо они разбираются в том, как надо управлять государством.

Посмотрев, как он налегает на печенье, мне пришёл в голову ещё один аргумент:

— Но у вас ведь наверняка есть долгосрочные обязательства. Например, на поставку продуктов с поверхности.

— Мы не покупаем продукты у наружников, — рассеянно ответил Норит, распечатывая новую пачку печенья.

— Что же вы едите в своих пещерах? — удивился я.

— Грибы выращиваем. Съедобные лишайники. Немного рыбы ловим в подземных озёрах.

— И что — это лучше, чем продукты с поверхности?

— Не лучше, — поморщился он. — Та ещё дрянь. Только рыба ничего так, но её мало.

— Вы могли бы брать продукты у лесных, они же рядом.

— Им от нас ничего не нужно, — скривился Норит. — Вообще ничего. Если им изредка и бывают нужны какие-нибудь лопаты или грабли, то проще купить всё это в Рифейске. Впрочем, кое-какое сотрудничество у нас всё же есть — они временами выводят для нас новые сорта грибов и лишайников. С урожайностью они работать умеют, вот только вкус у них неизменно получается вроде опилок.

— Так чем же вы расплачиваетесь за новые сорта?

— Женщин им продаём, наши у них нормально могут жить.

— Женщин продаёте? — шокировано переспросила Ленка. — Это отвратительно!

— А что такого? Можно подумать, у вас не так.

— У нас женщин не продают, — с негодованием заявила Ленка. — У нас, наоборот, дают приданое.

— То есть за ваших женщин нужно приплачивать, чтобы их взяли? — насмешливо посмотрел на неё Норит. — По-моему, это унизительно. Лучше уж как у нас — сразу видно, кто чего стоит. Наши женщины гордятся, когда за них много дают, а вашим есть чем гордиться?

Возмущённая Ленка молчала, не находя слов. Возможно, нужные аргументы она в конце концов бы и нашла, но я предпочёл уйти от опасной темы, пока есть возможность.

— Не стоит поспешно судить о чужой культуре, — мягко указал я. — Поспешное суждение всегда оказывается ошибочным.

— Это и вас касается, — парировал Норит.

— Не буду спорить, — дипломатично согласился я, и пусть каждый понимает мои слова по-своему — то ли я не хочу, то ли не могу спорить. — Но давайте вернёмся к вопросу долгосрочных отношений. Мы вполне могли бы поставлять вам продукты — почему вас не устраивает такой вариант?

— Что вам здесь непонятно? — недовольно поморщился тот. — Представим, что мы с вами договорились и начали обменивать наши сплавы и камни на ваши продукты. Всё прекрасно продолжается десять, двадцать, пятьдесят лет. Теперь скажите: если мы вдруг откажемся поставлять вам наши товары — вы сильно пострадаете?

— В общем-то, нет, — признал я. — Будет немного неприятно, но на семействе это никак не отразится.

— А вот если вы внезапно откажетесь поставлять нам продукты, мы просто умрём от голода — грибы-то с лишайниками мы давно перестали выращивать. Если имеет место односторонняя критическая зависимость, обязательно возникнет соблазн шантажировать ею партнёра. И вы обязательно попытаетесь нас закабалить. Ну, пусть не вы, тогда ваш наследник. Но так будет.

— Вообще-то, наше семейство такие приёмы не использует, да и для вас будет не так уж сложно закупить продукты где-то в другом месте, хотя бы как временный вариант.

Норит саркастически хмыкнул.

— Да, зависимость будет, и зависимость в самом деле несбалансированная, — вынужденно согласился я. — Хотя критической я бы её всё-таки не назвал. Однако в ваших силах её сильно смягчить и практически полностью уравнять с нашей.

— Каким образом, например? — он с интересом посмотрел на меня.

— Например, вы могли бы заказать у лесных выведение мясных и молочных пород скота, которые способны питаться грибами и лишайниками. Точнее, мы могли бы заказать это для вас, расплатившись с лесными более интересными для них товарами. Таким образом, у вас сохранились бы ваши плантации, а навоз стал бы для них хорошим удобрением. Получилась бы замкнутая экосистема с неплохим ассортиментом продукции. И тогда прекращение внешних поставок оказалось бы для вас неприятностью, неудобством, но далеко не критической проблемой.

Норит впал в глубокую задумчивость, что-то соображая про себя и загибая пальцы.

— Животных трудно содержать в пещерах, — наконец пробудился он.

— Но в принципе возможно. Думаю, лесным вполне по силам вывести подходящие породы.

— Мы не задумывались о таком варианте раньше, — признался он. — Придётся менять очень многое в нашей жизни, кому-то придётся стать животноводом. Но в целом идея интересная, мы будем её обсуждать.

— Обсуждайте, — согласился я.

— Здравствуйте, господин Борислав, — сказала Кира, войдя в кабинет.

— Здравствуйте, госпожа Кира, — тот встал ей навстречу и указал на кресло для почётных посетителей. — Прошу вас, присаживайтесь.

Кира аккуратно уселась в кресло и с улыбкой взглянула на хозяина кабинета. Тот в ответ смотрел на неё с вежливым недоумением. Недоумение было вполне обоснованным — небольшая семья Моравских не особенно выдавалась из общего ряда. Семья Арди была, конечно, ещё меньше, но по богатству и влиянию находилась в совершенно другой лиге. Общих интересов у них тоже не просматривалось — Моравские занимались производством кормов и кормовых добавок для скота и птицы, так что какое-то совместное предприятие выглядело крайне маловероятным.

— Полагаю, вы сейчас гадаете о цели моего визита, — с улыбкой сказала Кира. — Не буду вас томить, но всё же позвольте начать с небольшой предыстории. Вы, вероятно, слышали, что мы приобрели под будущую застройку большой участок, известный широкой публике как старый фабричный городок.

— Я слышал об этом, — подтвердил Борислав.

— В настоящее время там размещён полк нашей дружины. Несколько дней назад один из ратников полка привлёк внимание службы безопасности чрезмерным любопытством и множеством вопросов о вещах, которые его не касались. Служба провела расследование, и он действительно оказался шпионом.

Кира на мгновение прервалась, внимательно посмотрев на Борислава, но тот терпеливо и с лёгким недоумением ждал продолжения.

— Мы изредка ловим шпионов, и долго они у нас не живут, — продолжила Кира. — Их жизненный путь обычно заканчивается сразу после допроса. Но именно с этим шпионом у нас возникла неожиданная сложность. Он заявил, что его имя Велимир Моравин, что он бастард главы семьи Моравских — ваш, господин Борислав, — и что хотя он и