Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Прошу! — бургомистр указал на дверь ратуши.

Все судьи тяжело поднялись, поклонились толпе и скрылись в ратуше. Едва дверь хлопнула, по площади прошёлся общий вздох. Люди с нетерпением ждали объявления результатов. И не только потому, что хотели узнать победителя, но и чтобы успеть купить что-нибудь съестное. Этим и воспользовались торговцы, бодро предлагая булочки, колбаски и пирожки.

Бекон был абсолютно солидарен со всей толпой и требовательно мявкнул. К нему быстро подошла Грумхильда и вытащила из кармана небольшой кусочек сыра и отдала коту. Я же просто стоял, пытаясь перевести дух.

— Ты сделал всё, что мог, — сказала орчиха и положила ладонь мне на плечо. — Всё будет хорошо.

Фёдор согласно кивнул и протянул мне пирожок с капустой. Я отказался, есть совсем не хотелось и без того все потроха скрутило жгутом переживаний, хотя внешне я оставался спокоен.

Слопав сыр, Бекон вернулся на табурет и смотрел на дверь ратуши с таким видом, будто он уже знает, что именно победил в конкурсе.

Я бросил взгляд на княжескую палатку. Свиридов морщился, как от лимона, крутил бокал в руке и ёрзал на стуле. То бросит взгляд на ратушу, то на меня, то на остальных поваров. Губы князя беспрестанно кривились в гримасе ярости.

Наконец, спустя невероятно долгие десять минут, двери ратуши дрогнули и отворились. Первым вышел Никодим Карлович с запечатанным конвертом, который он с поклоном передал бургомистру. Все судьи стояли с равнодушными лицами и старательно не смотрели в сторону участников.

Бургомистр вышел вперёд, широко улыбнулся и взмахнул руками, призывая людей к тишине. И когда она повисла над площадью, для меня время решило на всякий случай остановиться.

— Уважаемые жители и гости нашего города! Я рад, наконец, объявить вам победителя нашего кулинарного конкурса! — его голос разлетелся над площадью.

Раздался лёгкий шелест бумаги, и бургомистр вытащил из конверта плотный лист. Ему хватило секунды, чтобы прочитать написанное, и его брови удивлённо поползли вверх. Он обернулся на судей, обвёл взглядом участников и громко откашлялся.

— Какой неожиданный поворот событий, — пробормотал бургомистр. — И победителем конкурса становится…

Лев Котляров, Гриша Гремлинов

Легендарный повар — 3

Глава 1

— … И победителем конкурса становится Марк Винтер!

Я услышал своё имя, но в первые мгновения оно долетело до меня будто сквозь толщу воды. Толпа мгновенно взорвалась криками: «Винтер! Наш парень!». Они перекрывали даже перезвон колоколов на ратуше и попытки стражников призвать людей к порядку. А я стоял как вкопанный, чувствуя, как горячая волна поднимается от груди к горлу.

Победил. Победил, черт возьми! Победил!

Позади послышался топот — Грумхильда вырвалась из толпы, растолкав локтями пару растерянных горожан, и сгребла меня в медвежьи объятия, от которых у меня хрустнули позвонки. Орчиха скалилась в довольной улыбке.

— А я говорила! — рявкнула она так, что у меня заложило уши. — Говорила же! Ты колдун, Винтер! Самый настоящий колдун!

— Повар, — привычно поправил я, пытаясь высвободиться из её стальной хватки. — Просто повар.

Фёдор подошёл следом. Он не кричал, не хлопал, но в его глазах, обычно спокойных и даже немного сонных, полыхала гордость. Минотавр протянул свою огромную ладонь, и я вложил в неё свою — его рукопожатие было бережным, почти невесомым, но я чувствовал, как дрожит его рука.

— Я знал, — коротко сказал он, и это прозвучало весомее любых длинных речей.

— Мяу, — важно произнес Бекон коротко и запрыгнул ко мне на плечо, вцепившись когтями в куртку.

Я погладил его по рыжей голове, и кот заурчал, прижавшись к моей щеке. В его урчании слышалось что-то вроде «я же говорил, что ты справишься».

Мой взгляд перескочил с Бекона на Делакура, который стоял возле своего стола, застыв изваянием. Его лицо стремительно покрылось красными пятнами, а потом рука потянулась к колпаку, и повар одним стремительным движением стянул его и бросил себе под ноги. Я видел, что он с трудом сдерживается, чтобы не растоптать свой головной убор. Через мгновение он бросил злобный взгляд в сторону княжеской палатки.

Возле полога стоял Свиридов, вцепившись в ткань с такой силой, что она едва не трещала по швам. С каждым выкриком толпы, князь побагровел от гнева. Свиридов бросил на меня полный ненависти взгляд, резко отдёрнул руку и с силой пнул стул, разломав его. Я услышал треск дерева даже сквозь стоящий вокруг шум.

Интересно, что потом он посмотрел именно на Вересова. На секунду мне показалось, что князь этим взглядом вполне мог убить судью, пока тот всеми силами старался слиться с обстановкой. В короткое мгновение их глаза встретились и князь чуть качнул головой. И в этом движении четко угадывалось многообещающее: «мы ещё вернёмся к этому». Теперь я точно знал, что Свиридов и Вересов были заодно.

В руках Вересова треснул карандаш. После этого глаза судьи стали пустыми, он смотрел вдаль и не шевелился, пока его не задел Шубин.

Толпа продолжала ликовать, почти заглушая голос бургомистра, который приглашал меня к помосту, чтобы вручить награду. И если бы не орчиха, которая подтолкнула меня в спину, так бы и остался стоять, наблюдая за реакцией моих врагов. Бекон перепрыгнул на плечо к Фёдору, показывая, что раз не дарят жареного поросёнка, ему это все уже не интересно.

Бургомистр, всё ещё слегка удивлённый выбором судей, ждал меня с резной шкатулкой в руках и смотрел, как я иду к судейскому столу.

— Господин Винтер, — сказал толстяк, и его голос разнёсся над площадью. — Поздравляю вас с победой! Ваше блюдо поразило судей своей простотой и глубиной вкуса. Вы доказали своё мастерство и умение. Мы все, — он обвёл судей строгим взглядом, — благодарны вам за это.

— Рад, что вам понравилось, — я коротко поклонился. — И благодарю судей за честное судейство, — я специально выделил слово «честное», и бургомистр едва заметно усмехнулся.

Он аккуратно сместился, чтобы публика видела шкатулку и открыл её. Мой взгляд впился в серебряные монеты, аккуратно уложенные рядами. Вот ради чего я старался! Ради будущего трактира и своей команды! Мой шанс разобраться с долгами и убрать прошлое в дальний ящик. Помимо денег, на бархатной подложке лежала позолоченная статуэтка в виде черпака с поварским колпаком.

— Сто серебряных монет и награда для лучшего повара Бешаля, — провозгласил бургомистр, подмигнул