Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

мне и достал из кармана лист с печатью. — А также разрешение от города, дающее вам право торговать на любом рынке Бешаля без дополнительных пошлин и поручительств.

Разрешение⁈ А что, так можно было⁈

Внимание! Квест «Бумажки с печатью» выполнен!

Вы получили разрешение на торговлю на рынке Бешаля сроком на год

Награда: 50 опыта

Текущий опыт: 215/500

Я бросил на Никодима Карловича удивлённый взгляд, но он только улыбнулся краем губ. А мне тогда сказал, что никакого разрешения я не получу, вот же жук!

— Благодарю, — сказал я снова, принимая шкатулку и разрешение.

Не прошло и секунды, как перед глазами вспыхнуло голубое окно, и я с трудом удержался, чтобы не улыбнуться.

Внимание!

Квест «Золотая поварёшка Бешаля» выполнен!

Цель: войти в тройку призёров — достигнута (1-е место)

Награда: 150 опыта, репутация +50, Подарок

Опыт: 365/500

Вы получили: Артефакт «Золотая поварёшка» (одноразовый, редкий)

Свойства: позволяет улучшить один из ваших навыков или артефактов на 1 уровень

Следом за сообщением перед глазами появился список навыков и иконка поварёшки. Увы, прочитать его я не успел, так как бургомистр начал громко благодарить публику, намекая, что мне пора покинуть помост.

Пока спускался, я не сводил взгляда с поварёшки. Вот это подарок, так подарок! Это же золото! Я и не предполагал, что навыки и артефакты можно прокачивать! Что же улучшить в первую очередь? Оценку? Быструю шинковку? Чугунок⁈ Нет, не сейчас, решу, когда вокруг не будет сотней взглядов и гомона восторженной толпы. Такой выбор должен быть взвешенным.

Я мысленно убрал окно в угол интерфейса и вернулся к реальности.

— Господин Винтер, — раздался позади меня голос Кублицкого.

Он шел ко мне и его каменное лицо было почти как всегда непроницаемым. За исключением искорок удовольствия на дне зрачков. Чиновник подошёл ко мне, и я слегка поклонился.

— Господин Кублицкий, — ответил я. — Спасибо за высокую оценку.

— Оценку? — ровный тоном спросил он. — Ваше блюдо было лучшим и это объективная реальность, — он оглянулся на опустевший судейский помост. — К слову, Пьер стал готовить иначе. Думаю, он никогда в этом не признается, но один день с вами многому его научил. Я это не сразу заметил, всё же на вашем фоне, он сильно проигрывает. Но сегодня, попробовав его стейк, я это осознал в полной мере. Так что, Винтер, вы не просто победили. Вы изменили подход к готовке в моём доме, и за это я отдельно вам благодарен.

Я удивлённо поднял брови. Не ожидал от Кублицкого такого признания.

— Я рад, что Пьеру пригодились мои советы. У него хорошие руки, ему просто не хватало уверенности, — обтекаемо ответил я.

На самом деле ему не хватало мозгов, знаний и опыта, но такое знать его начальнику не стоило.

— Теперь она у него есть, — кивнул Кублицкий.

— У меня ещё к вам вопрос, Аристарх Петрович.

— Слушаю внимательно.

— Могу ли я сейчас отдать вам долг за трактир? Раз уж мы здесь и вся сумма у меня на руках.

— Винтер, — впервые маска казначея дала трещину под напором удивления, — вам сейчас положено наслаждаться победой, а вы всё о делах.

— Слишком много в последнее время происходит. То отравить хотят, то подставить, — я бросил взгляд в сторону палатки Свиридова, — лучше уж сразу.

— Хорошо, — кивнул он. — Как я помню, пятьдесят три серебряных, всё верно? Подождите, я писаря приглашу.

Пока его искали, я отсчитал монеты и ссыпал их в мешочек. Тяжёлый он получился, даже жалко было отдавать. Но долг есть долг. И как только пришёл писарь, казначей при нём всё пересчитал, написал расписку и передал её мне.

— Отлично. Я начну готовить документы, а на празднике урожая всё вам отдам. К слову, вы на него приглашены в качестве гостя. Надеюсь, не обидите отказом?

— Буду рад там побывать, — ответил я. — Спасибо, что пошли мне навстречу с отсрочкой. На всякий случай хотел сказать, что я собираюсь выяснить, насколько правомерен этот долг.

— Имеете полное право! — Кублицкий усмехнулся, и это была почти настоящая улыбка. — Вы, Винтер, человек слова, таких сейчас мало. Но будьте осторожны, — он понизил голос до шёпота, — не все сегодня рады вашей победе.

Я кивнул, чувствуя, как внутри скручивается тугая пружина.

— Я понимаю, — сказал я. — Спасибо за предупреждение.

Я проводил его взглядом, чувствуя, как с плеч скатывается тяжёлый груз, который давил на меня уже очень давно. Трактир теперь мой! Заживем!

— Марк, — в этот раз меня остановил Шубин, который подошёл ко мне, держа в руке бокал с вином.

Он улыбался, но улыбка его была чуть настороженной.

— Ваша светлость, — я коротко поклонился.

— Бросьте, — он махнул рукой. — Я не настолько стар, чтобы требовать поклонов. Поздравляю с победой, — он отсалютовал мне бокалом. — Вы раздавили Делакура как таракана, и это было великолепно, Теперь весь Бешаль будет говорить о вас. Когда откроете трактир, его точно ждёт успех. Откроете же?

— Открою, — твёрдо сказал я.

— И правильно, — Шубин опустил бокал и посмотрел мне прямо в глаза. — Но будьте осторожны, Винтер. У вас теперь много врагов, и не все они сидят в палатках и пьют вино. Вам эту победу не простят, — он помолчал, глядя куда-то в сторону, и вдруг снова улыбнулся, но на этот раз улыбка была холодной. — Но я уверен, вы справитесь.

Он сделал ещё глоток и отошёл, оставив меня с неприятным осадком в душе. «Не простят». Он говорил о князе? Или о ком-то другом? Я не знал, но решил запомнить его слова.

Тем временем площадь продолжала гудеть, расползаясь по ярмарке. И когда я спустился с помоста, толпа расступилась передо мной, как перед важной персоной. Люди улыбались, хлопали по плечу и спрашивали, когда откроется трактир.

— Скоро, — отвечал я. — Совсем скоро.

Я подошёл к своей команде, натянув на лицо широкую улыбку. О проблемах буду думать позже, а сейчас у нас праздник. Грумхильда протянула мне здоровенный ломоть хлеба с ягодным вареньем, а Федор держал в руке здоровенную кружку с квасом. Бекон довольно улыбался с его плеча, судя по всему ему тоже что-то перепало.

— Ну, что, — я обвёл их взглядом. — предлагаю хорошенько повеселиться, раз у нас для этого есть повод.

Все дружно поддержали мою идею, и уже через пять минут мы оказались в центре ярмарочного веселья. Напряжение постепенно отпускало, на душе становилось спокойно и радостно. Со всех сторон я слышал приветственные крики. Даже Каролина, наблюдавшая за мной с крыльца маленького магазинчика, одобрительно кивнула.

— А не перекусить ли нам? — вдруг спросила орчиха, потянув носом.

— Тут где-то была хорошая лавочка, — я положил руку