Мстислав Дерзкий. Часть 3 - Тимур Машуков

Старый мусоропровод, о котором говорила Арина. Наш единственный шанс на тихий уход. Но чтобы до него добраться, нужно было пересечь служебную зону — лабиринт прачечных, кладовых и подсобок, что в это время уже кишел прислугой.

И вот мы уперлись в этот последний рубеж. Из-за поворота доносился гомон десятков голосов, звон посуды, скрип тележек. Коридор перед нами был буквально заполнен служками, горничными, поварятами — все они проворно сновали туда-сюда как муравьи, готовя дворец к новому дню. Пройти здесь незамеченными было невозможно. Даже в призрачной форме в такой-то толчее нас бы обязательно задели, почувствовали, подняли тревогу. Да и к тому же призрачная форма не распространялась на Настю. А не заметить императрицу даже в этой толчее было невозможно. Ко всему прочему, я не знал, кто оставался верен ей, а кто держал сторону Шуйского. А убивать простых людей, своих подданных, мне хотелось меньше всего.

Я прижался к стене, заглянув в этот оживленный проход. Отсюда, из этого коридора, ответвлялся другой, ведущий прямо на кухню. Вариант был, но он казался еще хуже. Кухня — это сердце утренней активности. Там будут десятки людей, огонь, пар, ножи. Пройти тихо? Не получится. Придется рубить. Рубить всех. Поваров, судомоек, мальчишек-помощников. Устроить бойню.

Я сжал рукоять Света до хруста в костяшках. Готов ли я был на это? Ради спасения сестры? Да. Без колебаний. Потом я буду их оплакивать, потом буду корить себя. Но ради сестры я был готов тут хоть всех вырезать. Но каждая такая смерть, каждый крик — это была бы сигнальная ракета для всей охраны.

Я обернулся к Китежу. Его взгляд был красноречивее любых слов. Он видел ту же дилемму. Его алые глаза горели мрачным согласием. Он был готов стать орудием этой бойни.

— Через кухню, — прошипел я, и слова казались мне раскаленными углями. — Стараемся обходиться без ненужных жертв, но если выбора не будет, то пусть ваши руки не дрогнут.

Я уже начал вытаскивать меч, мое сердце колотилось в такт отсчету последних секунд нашей миссии. Я видел, как духи сгущаются для материализации, готовясь обрушить на этих, ничего не подозревающих, простых людей всю ярость векового забытья.

И в этот миг, когда моя рука уже лежала на рукояти клинка, из ниши прямо перед нами, из, казалось бы, сплошной каменной стены, появилась Арина.

Она возникла бесшумно, как будто и сама стала призраком, но была абсолютно реальной. Одета она была в такую же практичную одежду, что и при нашей встрече в кафе, только теперь на ней еще был темный плащ с капюшоном, наброшенным на голову. Ее лицо было серьезным и сосредоточенным, в янтарных глазах не было ни удивления, ни страха — лишь холодная, профессиональная собранность.

Она даже не взглянула на нас с изумлением, что было бы вполне естественной реакцией. Увидела меня, увидела Настю, увидела готовых к бою духов, и ее взгляд наполнился пониманием. Она молча, одним резким движением, кивнула нам. Потом повернулась к стене, к тому самому месту, откуда появилась. Ее пальцы скользнули по грубому камню, нащупали невидимую глазу впадину, надавили.

Раздался легкий, сухой щелчок, и часть стены — идеально подогнанный каменный блок — бесшумно отъехала внутрь, открывая черный, зияющий провал. Тайный ход.

Арина, не оборачиваясь, махнула нам рукой, словно приказывая — «вперед!» — и сама скользнула внутрь, тут же растворившись в темноте узкого хода.

У меня не было ни миллисекунды на раздумья. Ни на вопросы, ни на подозрения. Инстинкт, тот самый, что вел меня сквозь сотни битв, кричал одно — ДОВЕРЯЙ!

Я ринулся вперед, вталкивая Настю перед собой в черный проем. Она на мгновение замерла на пороге, ее глаза в ужасе впились в темноту, но я был непреклонен.

Китеж, не говоря ни слова, жестом приказал духам следовать за нами. Вся наша компания, как стая испуганных теней, повалила внутрь, один за другим.

Как только последний дух пересек порог, каменная дверь так же бесшумно задвинулась, отсекая нас от гомона служебных коридоров. Нас поглотила абсолютная, густая тьма и тишина, нарушаемая лишь нашим тяжелым дыханием.

Я стоял, опираясь руками о колени, пытаясь отдышаться. Сердце выскакивало из груди. Настя, дрожа, прижалась к стене, ее глаза в темноте казались огромными. Духи, сгрудившись вокруг нас, были готовы ко всему.

И только сейчас до меня начало доходить. Арина. Здесь. Во дворце. Она не просто знала о тайном ходе. Она появилась в нужном месте в нужный момент, словно… словно следила за нами! Или ждала. Откуда? Как? Вопросы роем поднимались в голове, но я гнал их прочь. Сейчас не время это обдумывать. Надо бежать со всех ног. Бежать и молиться.

Я посмотрел в ту сторону, где исчезла Арина. В кромешной тьме я лишь смутно чувствовал ее присутствие.

— Идем, — ее голос донесся из мрака, тихий и властный. — Этот ход выведет нас за пределы внешней стены. В старые катакомбы. У нас есть час, пока не хватятся и не проверят систему потайных ходов. Держитесь ближе ко мне. Тут полно ловушек и не про все я знаю. Отставших не ждем.

Маленький огонек возник над нашими головами, скупо освещая путь. Но и этого было достаточно. Мы снова побежали. Теперь по узкому, низкому коридору, вырубленному в самом камне фундамента. Воздух здесь был спертым, пах сыростью и вековой пылью. Под ногами хрустел песок. Арина шла впереди, указывая нам путь, ее шаги были беззвучны, она, казалось, знала каждый камень на ощупь. Невольно в голову пришли непрошенные мысли о том, что эта девушка слишком много знает о дворце и слишком уж легко в нем ориентируется. Кто она? Простой инженер, обслуживающий коммуникации, агент Разумовского или нечто больше?

Не думаю, что он ей приказал настолько сильно нам помочь. Или нет? Возможно, он, наоборот, предвидел, что мы столкнемся с трудностями? Настолько хорошо все просчитал? Определенно, мне надо будет поговорить с девушкой более обстоятельно. Слишком уж подозрительно она себя вела. Но это все будет потом. Потом, когда мы выберемся, когда я наконец обниму сестру, и когда в голове появятся иные мысли, кроме как о спасении Насти.

Поэтому сейчас я просто бежал и мысленно, как в детстве, взывал к предкам. Не к богам — к ним никогда. К тем, чья кровь была во мне. К Инлингу Волку, к Святославу Железному, ко всем Инлингам, что лежали в родовом склепе.

Смотрите за нами. Дайте нам уйти. Дайте мне довести ее до дома. Дайте мне узнать, кто эта девушка и