Созвездие Дракона - Мария Доброхотова

Оззо распахнул глаза, будто такая перспектива по-настоящему пугала его. Это в городе можно было допрашивать политических заключенных или оступившихся дворян, в окружные же тюрьмы стекалось всё отребье, и там речи не шло об изысканных допросах и философствованиях, которые так страстно любил Оззо. Ему бы пришлось иметь дело с грязной работой и грязными людьми, так что у него были все причины бояться гнева Мангона.

— Ты понял меня? — уточнил Адриан.

— Да. Приношу извинения, дэстор, — Оззо поклонился, но как-то странно: просто свесил голову на сторону, — и тут же принялся собирать свои инструменты.

— Потом займешься. А сейчас выйди.

Оззо поклонился ещё раз и поспешил убраться из камеры. Хлопнула дверь за его спиной.

— Проклятье, — Мангон оказался рядом с Татаной в три шага. Опустился на колено и, вытащив одним движением платок, прижал его к ране. Белый шёлк тут же пропитался кровью. Схватив со столика ключ, Мангон принялся открывать зажимы на руках. Он чувствовал, какая холодная у Татаны кожа, и скрипел зубами от злости.

— Спасибо, — выдохнула она, разминая запястья и вытирая кровь белоснежным платком. — Ну и мерзкий тип.

Мангон посмотрел на неё. Побитая, в грязной одежде, она казалась невыносимо несчастной. Он делал усилие над собой, чтобы не броситься осматривать её, постоянно держа во внимании, как она оказалась здесь, в убежище.

— Ну, и за что ты так со мной? — наконец спросил он.

Татана посмотрела на него почти испуганно. Её лицо было совсем рядом, так что можно было разглядеть трещинки на губах и каждую ссадину. От ощущения её близости сводило что-то над животом.

— Почему ты примкнула к мятежникам?

— Я не… — голос её был хриплым. — Я просто хотела узнать, кто за всем этим стоит. Выдался шанс, ну я и согласилась.

— Ты дралась за них, — Мангон протянул руку и легко коснулся её подбородка, заставляя повернуть голову и продемонстрировать кровоподтеки. — Довольно жестоко, должен заметить.

— Там были дети! — воскликнула Татана, и в голосе её слышался надлом и настоящая боль. — И если честно, каждому из мятежников есть, за что ненавидеть власть.

— Ненавидеть меня. Говори уж прямо.

— Ты собирался убить человека! На площади!

Он заметил, что Татану едва заметно била дрожь. Он задался вопросом, почему: плохо себя чувствует или переживает, что попалась? А может, допустил он мысль на одно мгновение, дело в нём?

— Она покушалась на мою жизнь. Помнишь тот вечер, когда ты влетела в моё окно? Лойса отвлекала внимание, чтобы ползун мог пробраться в дом. Да, именно так, — Мангон усмехнулся, увидев искреннее удивление на её лице. — Тебе этого не рассказали?

— Нет, — она выглядела потерянной.

— И что мне нужно было делать с преступницей, которая пробралась в дом правителя и наставляла на него пистолет? — Адриан старался говорить тихо и мягко, вкрадчиво. — Отпустить с миром?

Её лицо скривилось. Татана согнулась, обхватив себя за живот. Отсветы единственной твераневой лампы очерчивали её фигурку желто-оранжевыми линиями.

— Сложно, как же сложно, — глухо проговорила она.

Мангон сомневался пару мгновений, опасаясь, что не имеет права прикасаться к ней, а потом всё-таки сжал её запястья, отнял руки от лица.

— Татана? Я могу тебе верить?

— Что?

Она выглядела такой уязвимой, и желание защитить её заливало ему грудь волнующим и горьким чувством.

— Если я могу тебе верить, возвращайся в небоскрёбы. Тебе не нужно задумываться об этих дилеммах, не нужно принимать решения. Для этого есть я. А ты сможешь жить нормально.

— Я не могу…

Если Татана и хотела сказать что-то ещё, она не успела. Дверь камеры вновь распахнулась, и на пороге появился Денри. Он был всё ещё в белом, разве что избавился от своего кокетливого полукамзола с серебрянными эполетами.

— Мангон! Ты говорил, что мы вместе пойдем к Менив, — с места накинулся он, хлопнув дверью.

— Да? — равнодушно спросил Адриан, отпуская запястья Татаны и поднимаясь. — Я забыл.

— Менив! — казалось, Денри враз забыл про Мангона. Он кинулся к Татане, сгреб её в объятия, поднимая с проклятого стула. Несколько мгновений он вглядывался в её лицо, а потом впился в губы поцелуем. Мангон, чувствуя, как по спине разливается мерзкий холод, отвернулся.

— Менив, где ты была? — заговорил Денри. — Как ты оказалась на площади, Бурунд тебя забери?!

— Я пошла в “Черный дракон”. Это был неожиданный сюрприз, — она с благодарностью улыбнулась Мангону, легко и немного криво. — Потом мы с Жосленом отправились в “Красный Петух” выпить что-нибудь, и там ко мне подсел Мирча. Точнее, я позже узнала, что его зовут Мирча. Он предложил мне присоединиться к мятежникам.

— Подожди, — остановил её Мангон. — С чего бы ему приглашать случайного человека в ряды бунтовщиков?

— Ну, так получилось, — Татана смутилась, отвела взгляд.

— Как же именно получилось? — спросил он, скрестив руки на груди. Он чувствовал, что тут кроется что-то любопытное.

— Я сказала кое-что про Мангона, что привлекло его внимание. Не смотрите на меня так! Это не важно.

Мангон усмехнулся. Итак, похоже, милая Татана говорила с Жосленом о нём и говорила весьма эмоционально. Эта мысль волновала, но он подумает об этом позже.

— Так я оказалась у призраков, — тем временем продолжала она. — Они находятся в самом низу иерархии. Безработные, бездомные, несчастные люди, которые просто пытаются выжить.

— И просто действую против нас, верно? — уточнил Мангон.

— А у них есть другой выбор? — с неожиданной горячностью отозвалась Татана. Она отстранилась от Денри, который все это время беззастенчиво прижимал её к себе. — Может быть, достойные детские дома или система усыновления? Профессиональное обучение на заводах? Высшее образование для детей рабочих? Дома призрения для стариков?

Она смотрела на Мангона почти зло, с вызовом, даже несмотря на заплывший от опухоли глаз. И он отвечал ей таким же прямым взглядом.

— Может быть, ты думаешь, что всё делается так просто?

— Тогда ты расскажи мне, что делается хоть что-то? — она шагнула ближе. — Ну же, что есть у бедняков, кроме убогих домов умирания?

Мангон нахмурился, набрал в грудь воздуха, чтобы ответить строго, но спокойно, и в голове его начала складываться целая отповедь, но между ними вдруг встал Денри. Он как будто хотел помешать ссоре, но Адриан сильно подозревал, что парень просто переживал, что всё внимание достаётся не ему.

— Тихо! Спокойно! — он развёл руки и смотрел то на Татану, то на Адриана. — Вот так. Предлагаю подняться наверх, сесть в кабинете и спокойно поговорить.

Татана посмотрела на Адриана мимо Денри и вдруг