Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

раз братец, но никак не я, должен петь соловьем и делиться новостями. Дариан махнул рукой, мол, пошли, и направился к той самой двери, которую я приметила ранее.

Оказалось, что вела она не в спальню, а в рабочий кабинет. Зачем ректору еще один, так и осталось вопросом без ответа. Будем считать, что «за надом».

— Пару часов назад я встретился с Максимусом Медным…

Удерживая интригующую паузу, братец расстегнул пуговицы на форме и небрежным жестом скинул пиджак прямо на стол. Дариан выглядел усталым и осунувшимся, под глазами тени — и природная тьма, что живет в каждом магистре темных искусств, тут ни при чем.

— Утром факультет ядожалов искал предметы на складе контрабандистов. И у господина Медного появились некоторые сомнения в том, как ты получила последний зачет.

— В смысле? — подобралась я и даже кулаки сжала. — Мы же нашли тот предмет! Все было честно. Без нарушений!

— Важно не это, — произнес братец, вновь возвращаясь к покровительственному тону ректора. — Важно, как ты нашла его…

И поскольку я все еще не понимала собственной оплошности, Дариан пояснил:

— Ты взломала журнал учета контрабандистов.

— Ну взломала… И что? У нас не было запретов на это.

Дариан Кай-Танаш, ректор самой странной академии из всех, магистр, сильный маг и просто упрямый баран, сурово сдвинул брови.

— А то, дорогая сестренка, что до тебя на этом складе побывали два адепта с факультета магической механики. И они не справились, Риана. Никто из них не смог взломать систему и скачать файл с данными. Вот почему нам пришлось отправлять вас и искать предметы по старинке, ручками!

Ну вот что опять начинается?

— Желания должны совпадать с возможностями, Риана.

Ты это своему невоздержанному другу скажи.

— Глупо игнорировать такой мощный дар технопата, сестричка. Переходи на отделение магмеха.

Ага-ага. Уже пакую вещи и собираю конспекты.

— Как специалист магмеха, ты будешь более востребована, чем обычный страж. Да, может, это не так весело, как укрощать завров, зато хорошо оплачивается.

Если руководствоваться выгодой, то да.

— Не хочешь к Хет-Танашу, тебя с радостью заберет Клебо.

А есть разница?

Да, у меня были возможности, дар технопата, немного знаний, но желание отсутствовало напрочь.

А без желания… ну какой из меня специалист?

— Так, дорогой братец! — не выдержала я в итоге. — Ты зачем меня позвал? Воспитывать? Агитировать? Нотации читать⁈ Я уже говорила и повторю: мне нравится быть стражем. Я не хочу и не буду копаться в механизмах и вычислять координаты выхода портала. Мне нравятся завры со всеми их особенностями и закидонами. И, что самое главное, я хочу помогать. Хочу мчаться на вызов, ползти по веревке через речку ради трех перепуганных галчат. И если ты не готов поддержать меня, как любящий и заботливый брат, то просто не лезь. Меня не нужно отговаривать, слышишь? Даже если тебе кажется, что ты умнее и все-все-все на свете знаешь лучше меня!

Я сглотнула неприятный ком обиды, застрявший в горле, и чуть тише добавила:

— И без тебя найдутся те, кто скажет, что я неудачница. Так что не трать запал.

Дариан смотрел на меня, и на лице его мелькали разные эмоции. Немного грусти от того, что Адриана Нэш перестала быть милой послушной сестренкой и стала бунтующей девушкой. Капелька злости, потому что привычные методы на мне больше не работали. Щепотка разочарования, ибо не прислушалась к словам многоопытного брата, а ведь он говорил!

А вот чего там точно не было, так это принятия меня и моей позиции.

И это покоробило сильнее всего.

Впору задуматься: мы вообще вырастаем в глазах своих родственников? И если да, то когда меня уже начнут считать взрослой и самостоятельной? В сорок⁈ Или на пенсии, когда я проживу пресную, бесполезную, но одобряемую лично ими жизнь?

Братец качнулся с носка на пятку, молча обошел меня и двинулся прямым курсом к секретеру, за которым прятался роскошный бар.

— Дорогая сестра, у меня плохие новости.

А могут быть еще хуже?

Дариан с тихим звоном скрутил крышку бутылки, плеснул в пузатый бокал, опрокинул, поморщился и мрачно сообщил:

— Трепещи. К нам едет… мама.

Лекция пятая. О неказистой моли и мужской сдержанности

— И как это понимать⁈ — рявкнул злой-презлой Максимус Медный.

Декан факультета ядожалов стоял посреди тренировочного загона в пятне света, льющегося из квадратика окна в крыше. Руки сложены на груди, лицо суровое, взгляд бешеный.

Борщевик, пойманный на горячем, замер с пучком крапивы, свисавшей из уголка пасти, и медленно повернул голову. Узрел господина Медного, деморализованно икнул и поспешно раззявил огромный рот. Смущенно выплюнул недоеденную вкусняшку, еще и язык высунул и передней лапой по нему провел.

Но Медного это не смягчило.

Он вообще на завра не смотрел.

— Эй вы, моли-переростки, я вас спрашиваю!

Мы с Коди переглянулись и перестали притворяться двумя здоровенными бородавками на сине-желтой шкуре завра.

— Максимус? Вот так встреча! — «удивился» преподаватель зоопсихологии, приподнимаясь на локтях и выглядывая из-за сложенного крыла завра.

— Зубы мне не заговаривайте, — предостерегающе глянул декан факультета ядожалов. — Слезайте. Я жду.

Мы с Коди еще раз посмотрели друг на друга и с ощущением «вот мы влипли» поползли вниз.

Спускаться с ядожала размерами с двухэтажку то еще удовольствие. В отличие от звездокрылов, чешуйки на коже ядожалов мелкие, плотно пригнаны друг к другу, от чего цепляться за чуть шершавый бок Борщевика приходилось в лучших традициях спортивного скалолазания. Я в этом звезд с неба не хватала, а вот у Коди получалось значительно лучше. Если бы не толстые перчатки, которые зоопсихологу приходилось надевать, чтобы не обжечься об ядовитую шкуру, и я, которую постоянно требовалось страховать, Коди давно бы уже стоял на полу. А так декану пришлось ждать.

Скучать, правда, ему не дали.

Боевая манжета на руке Максимуса Медного издала страстное пиликанье, взывая к хозяину. Он поднес согнутую руку к лицу и принял вы- зов.

— Здравствуй, Тихон. Вот скажи мне как специалист… Безрассудство заразно?

Динамик разразился старческим смехом главы факультета помощи и возвращения.

— Мой дорогой друг, — произнес старичок-некронавт, — справочники по медицине на этот счет имеют четкий ответ, но практика свидетельствует об обратном.

— Что опять стряслось?

— Касатики твои подрались, — нажаловался Тихон Горячий. — Разнесли мне тут весь кабинет, пробирки