Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

бы просто тихо, но Николай знает и про другие: безымянные, в вечном сыром тумане, без последнего прощания. Кости и останки, над которыми тени тоскливо поют собственные погребальные песни. Кладбища стражей, навсегда оставшихся в другом мире.

Но это просто небольшое огороженное кладбище с низкими рядами аккуратных надгробий. Многие маги верят, что станут ветром и дождем, корнями и пламенем. И до сих пор предпочитают очищающий огонь сырой земле, на память оставляя только долговечный камень с именем.

Возможно, лучшая участь, которая их ждет после смерти, – стать призраком и воспоминанием из теней и тумана.

– Всего год спустя после моего исчезновения, – шепчет Кира, присаживаясь на корточки у могилы мамы. – Как?

– Слабое сердце. Она держалась, сколько смогла.

– А отец?

– Приехал на похороны и дождался, пока мне исполнится восемнадцать. Понятия не имею, где он сейчас, мы с тех пор ни разу не виделись.

Кира поднимается и встаёт рядом. Николай изучает её, пытаясь привыкнуть к тому, как она изменилась за эти годы. Ловит её взгляд: прямой, тёмный, как сами тени. От неё пахнет кострами и травами. Николай не знает, как подобрать правильные слова, но точно знает, что хочет быть рядом с ней.

Больше никакого одиночества – ни для кого из них.

– Помню, в детстве я страшно ругалась, когда ты заходил в мою комнату без спроса.

– Да, а ты всегда что-нибудь сдвигала на моём столе и таскала сигареты.

– Тебе удавалось не попадаться маме!

– Я был аккуратен, – Николай улыбается уголками губ. – Я уберу камень с твоим именем.

– Не надо. Той Киры всё равно уже нет. Идём, ты обещал показать Службу.

* * *

Николай, конечно, идёт вместе с Кириллом. Когда уже разобрали завалы в клубе и убрали следы теней, когда распределили новых стражей-милинов, которые точно ещё доставят хлопот, когда Шорохов наконец подписал приказ об отставке, они вдвоём входят в мир теней.

Саша открывает печать, улыбаясь, обещает, что их будет ждать ужин у Сюзанны, и просит не исчезать надолго. Николай сдержанно кивает, пока Кирилл докуривает сигарету. Как он сказал, его последнюю, пора бросать.

Они проходят к тем самым валунам, не так уж глубоко, и вместо пекла и огненной бури здесь ровное серое плато и камни. Николай осматривается и один за другим возводит щиты теней, чтобы их не потревожили. Алхимики Службы смогли сделать вытяжку из его крови и перелить ему. Земля окончательно вернулась, и знакомые заклинания послушно мерцают сероватыми всполохами.

– Ты уверен, что она нас не уничтожит? – уточняет Николай, вынимая кинжал из ножен, готовый в любой момент защищать их обоих.

– Да ни в чем я не уверен, но если так продолжится, я сдохну. Лучше в бою.

– Хватит смертей для этой осени, она и так собрала богатый урожай.

Кирилл обнажает кинжал. Снимает перчатки и закатывает рукава, чтобы ничто не мешало. Только сейчас Николай видит, как же исчерчена его ладонь, сколько боли в каждой белёсой полоске.

Под лезвием выступают алые капли – нет, здесь почти чёрные.

Разрез, ещё один, третий… Кирилл морщится и чертыхается, но уверенно снимает каждую линию заклинания, которое сдерживает тень. Пусть он уже делал это в том туннеле, но сам до конца не понял, освободил ли тогда тень или нет.

Николай видит, как проявляется тень: сначала дымчатыми крыльями, потом чернильными щупальцами, которые стекают с плеч, рук, обвивают ноги, чтобы наконец воплотиться в силуэт рядом с Кириллом. Он протягивает окровавленную ладонь, показывая, что печати больше нет. На пальцах вспыхивают искры.

– Ты свободен, дух.

Николай сжимает кинжал, чувствуя мощь этой тени, в которой скрыты силы природы. Выдержат ли щиты? Выдержат ли они с Кириллом?

– Спасибо, что отпустил. Впрочем, ты же сам не хотел бы снова умереть? Но знай, если будет нужна моя помощь, используй свою кровь. Я теперь слишком хорошо знаю её запах. Прощайте, стражи.

Тень взметается вверх и несётся по плато, исчезая на горизонте серым дымом. Николай, не веря, что всё так просто, помогает обработать и перевязать руку. Кирилл молчит и хмурится: он сам потрясен.

– Вот так думаешь, что носишь в себе врага, а он оказывается страдающим узником. Я ведь мог догадаться!

Кирилл пинает носком ботинка ближайший валун.

– И как же? Довериться тому, кого с детства считаешь тварью? Идем, нечего тут торчать. Я не хочу опоздать на концерт Лизы, она обещала исполнить Wind of change.

– Интересно, а получилось бы шагнуть отсюда в мир духов.

– Даже пробовать не хочу. Чтобы опять попасть в ад? Нет уж. – Николай уже готов открыть печать, но Кирилл смотрит на горизонт. – Да и снова вскрывать такой туннель… себе дороже. Может, однажды мы поймём, как это сделать безопасно. У Саши есть пара идей. Но сегодня давай просто вернёмся домой.

Кирилл не возражает.

* * *

Кристина заходит к Сташеку, чтобы взять на дорогу сырный раф – новинка в меню. Она слышит за спиной шепотки, чувствует взгляды. Какие только слухи теперь не ходят! От того, что она теперь тоже носит в себе тень, до того, что участвовала в экспериментах над другими.

Только Сташек так же по-доброму улыбается и радостно приветствует, а Кристина уже жалеет, что вообще сюда зашла. Одно дело – ходить на лекции, где можно отвлечься и сосредоточиться на учебе, другое – стать маяком для пересудов в кафе.

Она поправляет ободок и просит кофе с собой.

Звенит колокольчик, и в кафе входят Ада с Иваном, рука об руку, счастливые и довольные, но, столкнувшись взглядами с Кристиной, отворачиваются, а улыбки гаснут.

Кристина чуть не опрокидывает стаканчик, который перед ней только что поставил Сташек. Пробормотав благодарности, она выходит в холодный ноябрь: с неба сыплет первый снег, а лес растерял все краски. И серость проникает и в сердце. Хочется бросить Академию, проект, который теперь придётся вести одной, хочется спрятаться.

Кристина отпивает кофе, отогреваясь. На парковке её ждёт Кирилл, а к кафе маленькими шажками подбегает Аврора: в винтажном пальто, из-под которого виднеется подол белого платья. Она искренне улыбается:

– Как ты?

– Спасибо, я… – Кристина теряется. Действительно, а что сказать? Наверное, у неё, вообще-то, всё хорошо.

Она не умерла от тени. Встречается с любимым мужчиной. Вся её семья здорова, никто не пострадал. Лавка оправилась после нападения: оказывается, отец начал сотрудничество со Службой, чтобы сделать защитные амулеты, и теперь запускает их в продажу. Лизе придётся работать с алхимиками Службы и чаще приезжать туда, чтобы разобраться, как они их создают. Кирилл вот-вот расстанется с тенью.

– Хорошо, – улыбается Кристина. – Правда.