"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

её за то, что она не поймала ни одного духа во время экспедиции? Нет, едва ли. К тому же у них действительно получилось схватить магистра Тёмного Заката, а это было намного более важным. Но зачем же он тогда её вызвал, причём именно сейчас?

Глава 35

Решение

Когда Лу Инь снова оказалась перед золотым храмом, перед которым висела туманная дымка, девушка заметила, что была не одна. Кроме неё рядом стояла та самая старая женщина, которая заседала на экзамене среди прочих Золотых рук. Тогда она казалась спящей, да и теперь была неподвижна, однако внимательно наблюдала за Лу Инь своими глазами, покрытыми тонкой белой пленкой.

— Подойди, — раздался голос из храма.

Лу Инь приблизилась.

— Тебе известно, что через несколько дней прибудет Шестнадцатый принц Чёрной династии, Сима Чэнь?

— Да, я… я слышала об этом, — ответила Лу Инь, стараясь использовать почтительный тон.

— Хорошо… Небеса благоволят тебе, Лу Инь, ибо мы получили согласие: он готов взять тебя в жёны.

— А?

Лу Инь вскинула голову и широко открыла свои голубые глаза. В этот момент её смиренная интонация треснула, и в голосе девушки мелькнуло сильнейшее удивление. Жёны? Но почему? Она впервые узнала об этом, она… она не хотела этого, у неё был старший Сима, она не готова была принять подобное, никогда, это…

Все эти мысли вихрем промчались у неё в голове, настолько стремительным, что на мгновение девушка потеряла дар речи. Как оказалось, для неё это было благо, ибо единственные слова, которые она могла сказать в секунду потрясения, были словами протеста. Когда же снова раздался бесформенный голос:

— Ты против?

Лу Инь пришла в себя и ответила:

— Я просто удивилась. Я не… не смею противиться воле великого Храма.

Лу Инь была уже не ребёнком.

Если бы её спросили об этом раньше, когда она была служанкой или впервые стала ученицей Секты Жемчужного Истока, она бы заявила, что не может принять такую свадьбу, что это неправильно, несправедливо и так далее. Но теперь девушка повзрослела. Теперь она знала, как устроен этот мир, и что подобный союз, очевидно, имел огромное значение для Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, если сам Король вознамерился с ней об этом поговорить.

Именно поэтому она решила солгать.

Лу Инь была честной.

Однако проводя своё время с Сима Феем, она постепенно осознала, что ложь иной раз была необходима… и полезна.

— Я согласна, — сказала Лу Инь.

В данный момент ей нужно было сделать вид, что она не против. Иначе…

— У тебя уже есть пара, — вдруг заговорила старуха хриплым голосом. — Ты всё равно «не против»?..

Лу Инь опустила взгляд и ответила:

— Я готова смириться.

— … Хорошо, что ты понимаешь свои обязанности, — сказал Туманный Бодхисаттва. — Иди. Усмири своё сердце и готовься — через два дня, в день прибытия принца, мы официально объявим о свадьбе.

Лу Инь снова поклонилась, не смея сказать и слова против, чтобы не выдать свои настоящие чувства, и стала размеренным шагом спускаться по лестнице.

Когда она скрылась на ступеньках, старуха прохрипела:

— Девчонка врёт.

…Несмотря на попытку повторять за Сима Феем, Лу Инь всё ещё было далеко до его умения врать и притворяться. Для этого нужен многолетний опыт.

— Нужно следить за её переписками и с кем она общается. Если она попробует сотворить глупость, придётся переписать её душу. Ты согласен?

— … Хорошо, — медленно сказал голос за перегородкой. — В любом случае у неё нет выбора.

…

Лу Инь и сама не заметила, как вернулась домой. Прекрасные водопады, живописные горные вершины, сочная трава под ногами — в один миг всё это потеряло для неё свои краски. Девушка прикрыла дверь, присела и уставилась на пол.

Что ей теперь делать? Она не сбежала. Она всё ещё была в ловушке, выбраться из которой для неё невозможно. Её поймают в ту же секунду, когда она сделает шаг за пределы города.

Лу Инь потянулась к бумаге и кисточке, собираясь написать письмо Сима Фэю и спросить его, что теперь делать… но затем удержала себя и стиснула кулак.

Нельзя. Старший Сима, несмотря на свои способности и ум, был простым учеником, который ещё даже не добрался до стадии Формирования. Он ничего не мог сделать против старой женщины и тем более настоящего Короля. Ничего не мог сделать против повелителей Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, которые дали своё позволение, нет, приказание, чтобы она ступила в брак. Просить его помощь было бесполезно и даже опасно, ибо тем самым она могла навлечь на него беду.

При мысли об этом Лу Инь помотала головой.

Она должна была решить свою проблему самостоятельно… Но как?

Лу Инь помялась и написала старшему Сима, что в ближайшее время собирается войти в закрытую культивацию и не может с ним встречаться. Перечитала письмо… и вдруг подумала о том, что это всё ещё было опасно. Что если они буду читать её письма? Тогда… тогда нужно было поступить иначе.

Она не хотела этого делать, но прямо сейчас у неё попросту не было выбора.

Лу Инь написала новое письмо, в котором говорила, что её собираются женить на Шестнадцатом принце и что сама она… была не против. Что это была возможность, которую она не хотела упускать, и что он, Сима Фэй, был для неё слишком слаб, а потому она разлюбила его и намеревалась бросить.

Ей не хотелось отправлять это письмо, но прямо сейчас это был единственный способ обезопасить старшего Сима, пока она искала решение. Поэтому Лу Инь запечатала конверт и, скрепя сердце, привязала к лапке золотистой птички и отправила.

Затем она сделала глубокий вдох, снова задумалась и вдруг вспомнила свою подругу, Хэнь Шань.

В сердце Лу Инь загорелась надежда.

Может, она могла помочь?..

Глава 36

Разлюбила

Сима не позволялось самостоятельно подниматься в Небесные чертоги, в которых проживала Лу Инь. Для этого необходимо было сопровождение девушки. В этом плане Храм Тысячерукой Бодхисаттвы был намного менее удобным, чем Секта Жемчужного Истока, в которой ученик Внутреннего круга мог просто выписать для тебя особое разрешение.

Разумеется, Сима понимал, что было так не потому, что старейшины великого Храма не догадались о подобном решении. Просто Секта Жемчужного Истока ставила во главу угла социальные связи человека, а Храм Тысячерукой Бодхисаттвы — его положение в социальной пирамиде. Виновата