За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Если ты другой причины не видишь, то это ещё не значит, что её нет, — резонно указала Ленка. — Она может планировать как-то использовать нас в будущем.

— Может, — согласился я. — Но здесь и сейчас мы ничего не можем сделать, так что какой смысл гадать? Можем мы возродиться, или не можем — умирать нам в любом случае не стоит. Так что отложим решение будущих проблем на будущее, а сейчас нам и без этого есть о чём подумать.

А мне и в самом деле есть о чём подумать. Тот Посланник Господа, с которым мы обменялись обещаниями — впрочем, какой он посланник? Так-то он, может быть, и в самом деле Посланник, вот только ко мне его точно никто не посылал. Так вот, он получил от меня обещание, что я не буду способствовать уходу Силы, а Морена сказала, что Сила уже связана с Сиянием, и, стало быть, никуда уйти не может, даже появись у неё такое желание. Кто из них врёт? Поскольку я вообще не верю, что сущности масштаба Вселенной может понадобиться от меня какая-то помощь, могу уверенно предположить, что врёт Посланник. Тогда зачем ему это бессмысленное обещание? Что он на самом деле от меня получил? Вопросы, вопросы…

— Давай отложим, — легко согласилась Ленка. — Ну что — пойдём?

А с чего бы ей не согласиться? С проблемами всё равно ведь будет разбираться Кеннер.

— Пойдём, — вздохнул я.

До поселения мы дошли без приключений. Сразу возвращаться к дирижаблю я, однако, не захотел, а попросил Норита организовать для меня встречу с Кальцитом. Дамы возражать насчёт задержки не стали — Ленка просто пожала плечами и улеглась вздремнуть, а Милана и так крепко спала.

Кальцит выделываться не стал, и встречи дожидаться не пришлось.

— Здравствуйте, Кальцит, — приветствовал я его. — Благодарю, что нашли возможность со мной встретиться.

— Здравствуйте, господин Кеннер, — дружелюбно отозвался он. — Нет никакой нужды в благодарностях, мне эта встреча нужна не меньше, чем вам, а может, и больше.

— Ваше отношение очень отличается от отношения других старейшин. Этому есть какая-то причина? Извините, если это бестактный вопрос.

— Нормальный вопрос, даже, пожалуй, ожидаемый, — улыбнулся он. — Причина действительно есть. Я довольно долго жил и учился снаружи, а это очень помогает понять, что мир вовсе не вертится вокруг родной пещеры.

Ну положим, далеко не всем это помогает. Люди не любят расставаться со своими предрассудками, и если эти предрассудки конфликтуют с окружающим миром, то тем хуже для мира.

— Так вы тоже учились в княжествах? — заинтересовался я.

— Да, в Рязани, — ответил он с лёгким оттенком ностальгии. — В академическом институте живописи и скульптуры имени Благословенной Ольги XVI. По специальности «Медальерное искусство и глиптика»[295].

— Неужели вы могли узнать у нас что-то новое для себя? — поразился я. — Мне казалось, что подгорный народ в таких вещах далеко впереди.

— В чём-то впереди, а в чём-то и не очень, — усмехнулся он. — Очень полезно для развития взглянуть на знакомые вещи с другой стороны. Я был уже известным мастером, когда поехал к вам учиться. Почувствовал, что остановился в развитии, что упёрся в какую-то преграду, и решил попробовать зайти с другой стороны.

— И как — помогло?

— Да, очень помогло, — серьёзно ответил он. — Во всяком случае, сейчас я не просто известный мастер, а признанно лучший, а среди моих учеников уже трое стали мастерами. Так что я твёрдо уверен в том, что изолироваться от мира — это путь к застою и упадку. Мы должны признавать достижения наружников и брать от них лучшее.

Я взглянул на него с уважением. Вполне заслуженным — для признанного мастера бросить всё и пойти учиться с нуля вместе с криворукими студентами — это, безусловно, поступок, который очень многое говорит о его характере. Если до сих пор я сомневался, то сейчас окончательно уверился, что с ним действительно можно иметь дело.

— Вот теперь мне всё понятно, благодарю вас, — я решил, что расспросов достаточно. — Поговорим о наших совместных делах?

— Давайте, — кивнул он.

— Но сначала небольшой вопрос о полномочиях. Я правильно понял, что именно вы отвечаете за деятельность ювелиров?

— Правильно, — подтвердил он.

— А чем занимаются остальные старейшины?

— Кто чем, — пожал плечами он. — Разведка залежей, добыча, металлургия, каталитическая алхимия. Ну и разное по мелочи.

— То есть от них мы, как предполагается, будем получать металл и камни, а вот готовые изделия и артефактные заготовки будут идти от вас?

— Именно так.

— Тогда с ними я не вижу никакой проблемы, у них мы будем просто покупать материалы. А вот нам с вами потребуется что-то посерьёзнее. Как я уже вам говорил, мы не можем просто покупать у вас изделия для перепродажи, потому что дворянству запрещено заниматься торговлей. Нам с вами придётся создать совместную структуру, причём она не может быть обычной компанией. Для обычной компании, которая в операционной деятельности независима от своих учредителей, продажа ваших изделий будет торговлей, и мы, соответственно, в такой компании участвовать не сможем. Но я подумал на эту тему и всё-таки нашёл решение: у нас с вами будет кооператив, который будет продавать результаты своего труда. Точнее говоря, не простой кооператив, в котором могут участвовать только физические лица, а более универсальная структура, которая законом определяется как кооперативное товарищество сложнодолевого участия.

Я посмотрел на Кальцита, из глаз которого быстро уходило осмысленное выражение, и понял, что надо быть проще.

— Ну, не буду вдаваться в юридические детали. Если говорить в общем, то вы будете продавать свои украшения, а мы будем покупать у вас заготовки и продавать наши артефакты. Мы будем также получать небольшую долю от ваших продаж, а вы — такую же долю от наших.

— А зачем вам отдавать часть прибыли? — осторожно спросил он. — Ну, и нам тоже зачем?

— По закону придётся, — с сожалением развёл я руками. — В таком товариществе допускается разная доля партнёров для разных видов деятельности, но партнёры должны получать прибыль от всех видов деятельности. В противном случае товарищество будет признано фиктивным объединением, и принудительно разделено по виду деятельности. И тогда вам придётся самим продавать свои украшения, мы не сможем в этом участвовать.

— Я в этом ничего не понимаю, — со вздохом признался Кальцит.

— Возможно, вам стоит нанять поверенного, который будет представлять ваши интересы?

— Возможно, и стоит, — недовольно поморщившись, согласился он, — но знаете, господин Кеннер, я скорее