Перезагрузка - Валерий Сопов

— Андрей, — наконец выдавил он, глядя на меня снизу вверх. — Ты изменился. У тебя… глаза светятся. И ты говоришь так, будто у тебя в башке не мозги, а серверная стойка. Куда мы идем? Почему не на северо-запад, к крабам?

Я подошел к борту и посмотрел на свое отражение в темной воде. Мой Интеллект, замерший на отметке 170, превратил мир в чертеж. Я видел не просто море — плотность солей, температурные градиенты, слабые электромагнитные импульсы, пронизывающие пространство.

— Тед, присядь, — тихо сказал я, и мой голос прозвучал так уверенно, что он невольно выпрямился. — Нам нужно поговорить о том, как нас разводят. Все. Хором.

Я активировал Интерфейс, проецируя карту сектора прямо в воздух перед нами. Благодаря третьему уровню нейросети проекция была четкой и детализированной.

— Посмотри на это, — я указал на точку, где должен был быть остров крабов. — Мамушка дал нам координаты «идеальной фермы». Чужой поддакивал, снабжая меня данными о «браконьерах». А потом пришел Левиафан и просто ткнул меня носом в правду. Знаешь, что такое этот остров на самом деле? Точка форсированного изъятия.

Тед нахмурился. — В смысле? Мамушка же сказал, что там можно прокачаться…

— Именно, — я усмехнулся. — Прокачаться до «товарного состояния». Мамушке и его Сингу не нужен Андрей-человек. Им нужен «Умник» пятого-седьмого уровня с максимально развитым симбионтом. Они гонят меня вперед, как скаковую лошадь, подстегивая опасностями и бонусами. Весь этот сюжет с браконьерами и порталами — дымовая завеса. Нас хотят вытолкнуть с Земли раньше срока.

Я сделал паузу, давая Теду осознать масштаб.

— Помнишь, Мамушка говорил про десять лет интеграции? Это закон Предтеч. Десять лет Земля — закрытый заповедник. Но если «доброволец» решит уйти раньше через нелегальный портал контрабандистов, Содружество умывает руки. Ты становишься частной собственностью Синга, не успев получить статус Гражданина. Нас торопят, Тед. Нам создают условия, при которых оставаться на планете кажется смертельно опасным, а путь в космос через «черный ход» — единственным спасением.

— Но зачем это Чужому? — подал голос Тед. — Он же ИИ Станции, он должен следовать протоколам.

— Чужой — системная ошибка, которая осознала себя, — я почувствовал, как в глубине моего сознания зашевелился подавленный ИИ, но лимит Интеллекта надежно держал его в узде. — Он боится Станции не меньше нашего. Он хочет использовать мой класс «Умника», чтобы взломать собственные ограничения. Он — паразит, который ищет способ стать хозяином. А Левиафан… Левиафан — третья сторона. Он активировался, потому что Синги начали слишком явно нарушать правила «фермы». Он помог мне не из доброты, а чтобы создать противовес Мамушке. Я для него — системный патч, который должен исправить баг.

Я выключил проекцию и посмотрел Теду в глаза.

— Понимаешь? Каждый из них — Мамушка, Чужой, Левиафан — видит во мне инструмент. Никто не заинтересован в том, чтобы я просто жил и развивался как хочу. Они сужают горизонт до одной тропинки: качайся или умри, беги в портал или сожрут.

Тед молчал. Слышно было только, как волна бьется о борт яхты.

— И что ты предлагаешь? Мы не можем просто дрейфовать здесь вечно. Метка Левиафана временная. Рано или поздно нас засекут.

— Мы возвращаемся в Мармарис, — твердо сказал я.

— В город⁈ — Тед едва не выронил стакан. — Там же Лейла со своей стаей, там кураторы, там тысячи мутантов и иллюзия, которая сводит с ума!

— Именно поэтому нам нужно туда, — я начал расхаживать по палубе. — Одиночество на островах дает силу, но оно ослепляет. Мы варимся в собственном соку, принимая за истину то, что нам скармливают наши «наставники». Чтобы понять правила игры, нужно увидеть массу. Я хочу знать, во что превращаются обычные люди. Какие классы доминируют? Как Станция-4 форсирует эволюцию тех, кто не обладает моим Интеллектом? Если я хочу обыграть Станции, я должен увидеть всю шахматную доску, а не только ту клетку, на которую меня поставили.

Я чувствовал, как разум строит модели. Мармарис был идеальной лабораторией. Там, в хаосе зарождающегося общества, скрыты истинные механизмы Содружества. Там можно затеряться, если знать как. А теперь, с третьим уровнем нейросети и защитой Наблюдателя, я знал «как» гораздо лучше любого куратора.

— Мы вернемся не как беженцы, — продолжал я. — Мы вернемся как внешняя аномалия. Я хочу посмотреть, как Мамушка будет ловить сигнал «Принцессы Мармариса» в порту, где тысячи других сигналов. Я хочу понять, есть ли среди людей другие, кто начал задавать вопросы.

Тед тяжело вздохнул и встал к штурвалу. — Знаешь, Андрей… Твой Интеллект 170 — это, конечно, круто. Но иногда мне кажется, что я предпочел бы старого тебя, который просто хотел выжить и поесть. С тобой нынешним… неуютно. Страшно.

— Мне тоже страшно, Тед, — я подошел и положил руку ему на плечо. — Но разница в том, что теперь я вижу, кто держит нож у нашего горла. И я не собираюсь облегчать им задачу, подставляя шею. Разворачивайся. Курс на Мармарис.

Яхта вздрогнула, когда мотор заработал на полную мощь. Белый след разрезал темную воду, указывая путь назад — к цивилизации, которая перестала быть человеческой, но оставалась единственным местом, где можно было найти ответы.

Впервые с начала Вторжения я чувствовал, что не плыву по течению, а сам выбираю, куда направить корму.

* * *

Путь до Мармариса, который раньше казался Теду увеселительной прогулкой, теперь превратился в производственный процесс. Туман Бездны постепенно истаял, и над нами снова раскинулось лилово-желтое небо, прошитое пульсирующими жилами энергии. Но страх ушел, сменившись холодной деловитостью.

С моим новым уровнем Интеллекта и пассивным анализом «Чужого», который теперь работал как послушный бортовой компьютер, я видел море иначе. Я чувствовал возмущения среды за километры. Для Теда это была охота, для меня — сбор ресурсов перед входом в городской улей.

— Андрей, справа по борту! Видишь всплески? — Тед азартно ударил ладонью по поручню.

Его глаза горели. Получив навыки «Водного дыхания» и «Глубоководной адаптации», он словно обрел утраченный смысл жизни. Теперь море было не враждебной стихией, а его личными охотничьими угодьями. Его параметры Силы и Ловкости, подтянутые после битвы с Кракеном, требовали выхода.

— Это Иглобрюхи-переростки, Тед. Стая из восьми особей. Уровень нейросети первый, но у вожака почти второй. Игла содержит нейротоксин, пригодный для изготовления парализующих составов.