Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков

«Право встать рядом с Вестником нужно заслужить», — сказал Лопухов. И они с супругой заслужили это право, приковав моё внимание своим гениальным отвлекающим манёвром.

— Он не оставил нас! — провизжала Лопухова. — Он прислал за нами своих людей!

— Конечно, свет души моей, иначе и быть не могло, — восторженно ответил ей князь, ну а я заткнул им рты, чтобы не отвлекали.

Сильно сомневаюсь, что целью тёмных магов была эта парочка. Скорее уж они пришли по приказу Вестника, чтобы напасть на меня и моих людей.

Только вот как они собрались преодолеть стену? Неужели все они — теневики и планируют пройти через изнанку. Если так, то Таран с радостью их встретит.

А точно! Я же ограничил ему территорию.

— Таран, разрешаю тебе пройти дальше, — сказал я и ослабил его поводок. — Все незваные гости на изнанке, которых ты лично не видел и не знаешь, — твои. Можешь делать с ними всё, что захочется.

— Спасибо, папа, — прогудело моё чудовище. Таран единым прыжком допрыгнул до стены и замер на третьем слое изнанки.

— Грох, твою мать! Что с глушилкой! — поторопил я питомца. — Живее давай!

— Ищу я, — огрызнулся он. — Как будто это так просто, когда вокруг куча артефактов, а магический фон до предела раскалился, — он замолчал на мгновение. — Нет здесь никакой глушилки, хозяин. Или механизм, или что-то другое.

— Понял тебя, — сказал я и поделился с кутхаром силой. — Тогда лети в имение и проверь, как там дела. Не нравится мне это землетрясение — слишком уж оно на взрыв похоже.

— Таран тут останется? — спросил Грох.

— Да, он мне нужен здесь, — ответил я, и кутхар тут же скрылся на глубоких слоях тени. Поводок показал, что он движется в сторону особняка, но как-то совсем неспешно.

Я вздохнул и оглядел своих людей. На стене уже начали звучать пулемёты, но выстрелы были редкими, будто мои люди пристреливались или пытались понять, как пробить врага. И это означало, что за стеной действительно теневики, ведь только они могут уклоняться от пуль, прыгая через изнанку.

И откуда только их столько набралось? Неужели это те самые выжившие подопытные из сибирской лаборатории? Если так, то за стеной в нескольких десятках метров от меня и моих людей полноценные ликвидаторы уровня Бориса.

Я ослабил поводок Тарана ещё сильнее, так, чтобы он мог пройти за стену и навести там порядок в теневых слоях. Правда это не сильно поможет, ведь ликвидаторы вполне могут укрываться тенью, не уходя на изнанку. Вот же демоны бездны!

Стоило мне подумать об этом, как пулемёты резко замолчали, а потом раздались крики боли.

— Они здесь! Прошли сквозь стену! — разобрал я несколько более внятных слов.

— Активировать личные защитные артефакты! — проорал я и призвал теневые клинки. — Против нас работают ликвидаторы! Всем атаковать с расстояния! Держите дистанцию!

А в следующее мгновение передо мной появилось сразу четыре ликвидатора, наполовину скрытые тенью и без единой эмоции на лицах.

Глава 24

Бартенев — тварь. Убил бы его ещё несколько раз, если бы можно было. Но этот ублюдок мёртв, а последствия его действий до сих пор аукаются.

Силуэты теневиков одновременно сдвинулись в сторону. Их движения были отточенными, экономными и очень эффективными. Первый удар приняли на себя щиты ближайших гвардейцев, и треск защитных барьеров стал началом битвы.

— Прости, папа, я только троих успел поймать, — донеслось до меня разочарованное пыхтение Тарана. — Ушли они от меня.

— Борис, вырубай точечно, — распорядился я, мысленно успокоив Тарана, который сокрушался, что не может прийти в реальный мир и добить врагов. — Александр, используй связки проклятий с радиусом более пяти метров. Действуй быстро, сейчас скорость — твоё главное преимущество.

Ну а дальше началась резня. Причём мои люди сражались с призраками, или ликвидаторами, как их называют в этом мире, вполне успешно, несмотря на их отработанную до автоматизма манеру боя.

Двоих сразу прошибли из автоматов с магзарядами гвардейцы, поймавшие момент, когда теневики материализовались для атаки. Борис схлестнулся с ещё одним, а дядя швырял горстями проклятия паралича и слабости.

На секунду показалось, что мы контролируем поле боя, но эта иллюзия развеялась, когда трое ликвидаторов вынырнули из теневых покровов прямо в центре нашего строя. Они срезали двоих гвардейцев быстрыми ударами по горлу, с одной атаки пробив барьер защитных артефактов.

Мне пришлось перемещаться через тень, чтобы успевать за призраками, для которых битвы и убийства были частью жизни. Они укрывались тенью, не уходя на изнанку, и успевали нанести несколько ударов перед очередным исчезновением.

Я видел, как трещат защитные артефакты моих людей при ударах теневиков. В который раз я порадовался, что снабдил гвардейцев защитой, причём большинству достались усиленные артефакты из сокровищницы Давыдовых. Хоть какая-то польза от бывшего соседа.

К сожалению, мы несли потери, несоизмеримые с потерями врагов. Слева от меня раздался уже знакомый хруст ломающегося щита, а через мгновение стон боли, который тут же затих. Простые защитные артефакты не выдерживали натиска призраков, а это означало, что нужно ускориться.

Тем более, я понимал, что два десятка ликвидаторов — слишком мелко. Либо они пришли, чтобы провести разведку боем, либо Лопуховы действительно важны для Вестника. Но я не видел ни единого движения теневиков в сторону княжеской четы, так что мог с уверенностью сказать, что это проверка.

В любой момент могут нагрянуть некромансеры, а то и Призывающие. Земля под ногами уже не дрожала и не вибрировала, но это ещё ничего не значило, ведь я до сих пор не знал, что происходит в мире и откуда доносились взрывы.

Я ожидал, что Вестник может напасть на города, но как до Тюмени, так и Тобольска было не менее двухсот километров, и я бы не смог ощутить нападение на них с такого расстояния. Впрочем, разбираться с этим буду после того, как покончу с врагами.

Мимо меня пролетел теневой клинок, и я тут же переместился вперёд, отбивая следующую атаку на подлёте. Моё теневое оружие было ничуть не хуже, поэтому я ударил длинным мечом в пустоту, а затем метнул теневой кинжал в место возможного перемещения призрака. Клинок вонзился в живот и растаял, но