Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков

Борис действовал интуитивно и именно так, как мне было нужно. Он переместился через тень, оказавшись прямо перед мордой грокса, и метнул два теневых кинжала в основание центрального рога. Там как раз сходились три костяные пластины, которые закрывали голову монстра от ударов. Клинки брата ударили одновременно, и пластины на лбу грокса рефлекторно сомкнулись, защищая уязвимый шов.

Защитная система монстра просто физически не могла мгновенно распределить броневые сегменты. Я воспользовался моментом, когда пластины пришли в движение и ослабили защиту на шее. Не сближаясь с гроксом, я метнул ещё одно копьё по дуге снизу вверх.

Я метил в узкую полоску мягкой ткани под челюстью, которую теперь прикрывала только кожа. Грокс почуял опасность и дёрнул головой, пытаясь подставить рога. Моё копьё успело вонзиться в шею, но не глубоко.

Броня гроксов — это не только пластины. Плоть под ними была невероятно плотной и мускулистой. Копьё вошло на четверть длины и застряло, а потом начало медленно разрушаться, впитываясь в кристаллы. Из раны хлынула тёмная, почти чёрная кровь.

Монстр взревел от новой боли. Теперь в его глазах вместо ярости появился холодный расчёт. Похоже, он дошёл до той стадии, когда боли стало слишком много, и вспомнил, что он самый сильный хищник изнанки.

Проигнорировав меня, грокс рванул на Александра, который швырял в него горстями тонкие теневые иглы. Скорость монстра была запредельной. Тарану до такого уровня ещё учиться и учиться.

Всё произошло быстро и неожиданно. Даже я не успел среагировать, а дядя в последний момент смог выставить перед собой барьер.

Кристаллы на боку грокса снова вспыхнули. Щит Александра, представлявший собой сложное переплетение энергетических линий, дрогнул и потянулся к кристаллу. Через долю секунды он полностью в нём растворился.

Грокс же и не думал замедляться. Мощный удар головой пришёлся прямо в грудь дяди. Я услышал хруст рёбер и короткий вскрик боли.

Александра отбросило на пятнадцать метров. Он грузно упал на спину и замер.

— Грох! Быстро вытащи его отсюда! — заорал я мысленно, двигаясь на монстра. — Вылазь давай и тащи дядю с изнанки!

— Мне вообще-то страшно, — буркнул кутхар, но коснулся Александра кончиком крыла.

Они оба исчезли, и грокс замер, не обнаружив свою законную добычу. Я же скрипел зубами и пытался придумать такое заклятье, которое не впитают демоновы кристаллы. Паутину, щупальца и даже моё пламя сейчас использовать было бесполезно.

Из реального оружия у меня был только молот в кольце, но толку от него против грокса никакого. Пластины им не пробить, тут нужно именно колющее оружие.

С другой стороны, кристаллы поглощают чистую энергию, но не могут мгновенно разрушить материализованные из неё предметы. На это нужно время, как я уже заметил. Копьё поглотилось только за несколько минут, а это уже неплохо.

Я всё же выпустил для пробы щупальца. Они обвили ноги грокса, сковывая движение, но тут же впитались в кристаллы. Но даже эту секунду, потраченную на разворот грокса, я использовал для очередной атаки.

— Папа, ему больно, — прогудел Таран, который так и не вступил в бой.

— Знаю, дружок, — ответил я, запуская сразу три копья подряд. — Но его никак не вылечить. Мы можем только избавить его от страданий.

Таран повернул ко мне голову и замер. А в следующее мгновение он разогнался и врезался всем своим весом в бок грокса. Удар был оглушительным и настолько мощным, что монстр пошатнулся. Пластины на боку сместились, оголив участок между ними ближе к передней лопатке.

В тот же миг Борис вынырнул из тени, держа в руке длинный шип из тени, похожий на моё копье, только он был тоньше и острее. Он всадил этот шип в щель между пластинами на всю глубину и снова исчез в тени.

Грокс взвыл, и даже мне стало не по себе от его воя. Это был пронзительный крик, полный боли, ярости и бессилия. Монстр не мог достать Бориса, который нанёс удар, поэтому рванул на Тарана.

Мой питомец резво отскочил, уворачиваясь от удара рогом, а потом совершил свой коронный прыжок через слои и снова врезался в грокса. Тот метался на месте вокруг себя, пытаясь вырвать зубами шип Бориса.

Кристаллы впитывали энергию тени, исходящую из шипа, но быстро уничтожить его не могли. Это лишь подтверждало мою теорию, что кристаллы работают против магии, а не против уже материализованных предметов. Примерно так же было в моей первой в этом мире битве с некромансером — энергия кристаллов обладала теми же свойствами.

Крик грокса стал ещё более оглушительным. Монстр страдал. Сильно страдал.

Пора заканчивать этот бой.

Пока грокс отвлёкся на шип, его защита снова дала сбой. Пластины на горле сместились, пытаясь компенсировать напряжение от раны на лопатке. Уязвимое место под челюстью снова открылось, а из нанесённой мной раны всё ещё сочилась кровь.

— Таран, ударь его в другой бок, — приказал я питомцу.

Он рванул через слои, вынырнул справа и, опустив голову, выставил три острых рога. Как только Таран ускорился, я создал из тени метательный топор, почти такой же, какие были у меня в самом начале.

Времени для броска было мало, но я всё же метнул топор прямо под ноги гроксу. Как только Таран ударил его в бок, топор приземлился в тени копыт монстра. Я не зря учил Бориса создавать теневые линзы или платформы, от которых можно отталкиваться. Иногда именно такая уловка и может сработать.

Тень под топором прогнулась и натянулась, словно тент или батут. А потом топор резко полетел снизу вверх. Он вошёл прямо в незажившую рану от моего копья под челюстью, не встретив сопротивление костяных пластин.

А в следующее мгновение теневой топор вспыхнул тёмным пламенем.

Этот удар стал последним. Грокс издал короткий хриплый выдох. Его ноги подкосились. Массивное тело медленно осело на пол третьего слоя, заставив его содрогнуться.

Кристаллы на боках монстра вспыхнули в последний раз, а потом потухли навсегда. Что интересно — они не разрушились, как в прошлые разы, а остались невредимыми. Даже некротическая энергия не рассеивалась в воздухе, а будто запечаталась.

Я подошёл к гроксу и ощутил на своей шее дыхание Тарана. Мой питомец излучал боль и скорбь. Я развеял остатки теневого шипа и топора, а потом погасил медленно тлеющее внутри тела гиганта пламя.

Несмотря на