Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков

— Он был сильным, — тихо сказал брат, материализовавшись рядом со мной.

— Да, очень, — ответил я. — И нам повезло, что он не был в здравом уме. Иначе мы бы полегли тут в первые же секунды.

Я повернулся к Тарану и положил руку на его шею. Мой питомец шумно дышал, выпуская клубы чёрного дыма.

— Что это за чувство? — спросил он у меня, положив тяжеленную голову на моё плечо. — Меня не ранили, но мне всё равно больно.

— Это скорбь, — я провёл рукой по морде Тарана и почувствовал влагу. — Ты скорбишь по потерянному собрату. Это тоже боль, но она затрагивает сердце и душу, а не тело.

— Мне не нравится такая боль, — прогудел Таран и снова вздохнул. — Папа, забери её.

— Я не могу её забрать, малыш, — я поморщился от дыма и отстранился от питомца. — Она пройдёт сама, когда растворится во времени. Иногда ты будешь чувствовать её отголоски, но они будут слабыми.

— Растворится во времени, — повторил Таран мои слова. — Я не хочу ждать. Я хочу… мести.

— Мы отомстим, — снова пообещал я. — Мы убьём всех, кто стоит за этим. Всех до единого.

— Тогда мне нужно стать сильнее, — Таран выпрямился и упрямо мотнул головой. — Ты поделишься со мной энергией тех узлов, что я чувствую вдалеке?

— Обязательно поделюсь, — кивнул я. — Но сейчас мне пора возвращаться к своим людям.

— Тогда забери моего сородича, не хочу, чтобы он оставался здесь, — Таран отвернулся от меня и сделал пару шагов в сторону. — Его испачкали в этой энергии, будто он один из тех падших.

— Я заберу его и очищу от кристаллов, — сказал я. — Попрошу Юлиану выпить каждую каплю этой энергии, а тело сожгу.

— Пластины можешь забрать для своих доспехов, — мой питомец упорно не смотрел на меня. — Если бы ты был в них, то ему не пришлось бы страдать так долго.

— Спасибо, — шепнул я и, кивнув Борису, положил руку на тело монстра.

Через мгновение мы выпали в реальный мир. Именно выпали, выломав тушей грокса одну из стен госпиталя. Что ж, его так и так пришлось бы отстраивать заново.

— Господин! — ко мне бросился Ивонин, следом за которым бежал Зубов. — Вы ранены?

— Нет, всё хорошо, — сказал я сразу обоим командирам. — Что с Александром Рейнеке?

— Жить будет, — коротко ответил Зубов, отстранив Ивонина. — Семён почти весь резерв истратил на Лося, так что вашему дяде сильно повезло, что наш парень взял ранг мастера.

— Отлично, — я устало выдохнул и обернулся в поисках Бориса, но тот спрятался за теневым покровом.

— Саша, ты тоже это видишь? — до меня донёсся сдавленный возглас Ивонина. — Это что? Это кто?

— Да вижу, как не видеть, — хмыкнул Зубов. — Наш господин одолел грокса!

Последнюю фразу он заорал во всё горло, привлекая внимание гвардейцев. Я услышал удивлённые крики, а потом к нам начали стекаться бойцы.

— Всем внимание! Никому не приближаться к телу монстра ближе, чем на десять метров! — громко сказал я, а потом посмотрел на командира гвардии и понизил голос. — Саша, привези сюда Юлиану, нужно, чтобы она вытянула энергию смерти из кристаллов.

— Понял, сделаю, — ответил тот.

— Связь в имении есть? — тут же спросил я.

— Когда я уезжал, не было, — помрачнел Зубов. — Но мы не нашли глушилки или что-то такое. Похоже на массовый сбой.

— Это плохо, — я покачал головой. — Очень плохо.

— Согласен, но хотя бы со стеной проблем нет, — буркнул Зубов. — Мы тут прорыва ждём, а что в мире творится — не понятно. Особняк тоже тряхнуло, но не сильно.

— Отправь людей к Ерофеевым, пусть узнают, всё ли в порядке, — распорядился я, а потом направился к раненым, которых уложили ближе к стене. И правильно сделали — будь они в госпитале, их бы сейчас добило тушей грокса.

Лось был в относительном порядке, если можно так сказать о человеке, лицо которого белее снега. Рядом с ним сидели его верные друзья и боевые товарищи. Сыч и Лист глядели мне за спину на монстра, вытягивая шеи и присвистывая.

— Лихо ты действуешь, Феникс, — оскалился Лось, который выглядел едва живым. — За последние пару сотен лет гроксов даже не видел никто, а ты вон, нашёл одного и даже выжил после встречи.

— Я сражался не один, — сказал я и опустился рядом с истребителями. — Честно говоря, мне очень сильно повезло.

— Только не говори, что это братец твой его прикончил, — закатил глаза Сыч, вступив в разговор. — Всё равно не поверю.

— Почти, — я криво усмехнулся. — Без него было бы тяжко.

— Вон дядьку твоего сразу почти в фарш перемололо, — Лось указал взглядом на дядю, лежавшего рядом с ним, и прикрыл глаза. — Архимага-то. А вы с мальчишкой вдвоём управились и даже не покоцанные.

— Я же говорю, повезло, — повторил я и посмотрел на Александра.

Дядя был без сознания, его дыхание было рваным и прерывистым. Несмотря на то, что он был обложен лечебными артефактами, я не был уверен, что он долго протянет без целителя.

А ведь он тёмный. Значит, Семёну гораздо тяжелее его лечить. Рефлексы у целителей на тёмную энергию вбиты в подкорку. Сколько ни сдерживайся, а всё равно тонкий ручеёк силы потянешь на себя. Только вот нельзя этого делать — малейший отток энергии может убить дядю.

Я чуть сдвинулся к нему и положил руку на его грудь. Он ведь мой птенец, а значит сможет выдержать не только мою энергию, но и пламя. Срастить его кости и раны я не смогу, но поделиться силой — вполне.

Тёмное пламя вырвалось из моей ладони вместе с импульсом энергии. Дядю чуть подбросило вверх, будто его ударило молнией. А потом в него потекла моя сила.

Пламя хлынуло по венам Александра, и его дыхание стало ровнее. Через несколько минут он уже не