Спецзадание "Выйти замуж" - Асоль Ари

Слезы, которых я даже не замечала, хлынули по моим щекам. Это не было прямое «я люблю тебя». Это было нечто гораздо большее. Это было абсолютное признание альфы, сдающегося на милость своей паре. Он вручал мне свою жизнь, свою империю, свою звериную гордость — всё, что у него было, укладывая к моим ногам.

Мощнейшая вторая волна наслаждения ударила меня, разрывая на части. Я вскрикнула, выгибаясь в его руках. Халидан ответил мне глухим, гортанным стоном. Он сделал последний, самый глубокий рывок, вжимаясь в меня всем телом, и излился внутрь долгими, горячими пульсациями.

Мы лежали в тишине, сплетенные так тесно, что невозможно было понять, где заканчиваюсь я и начинается он. Халидан тяжело дышал, убрав мокрые от слез пряди с моего лица, и нежно целовал мои веки.

И в этот момент, глядя в его глаза, полные обожания, я поняла то, что он знал с первого дня, как я снова взошла на этот корабль.

Шелковые путы затянулись намертво.

— Завтра Синтра... — прошептала я, гладя его по щеке.

Халидан замер. В его глазах мелькнула тень страха, того самого страха, о котором он только что говорил. Страха потерять единственную свою слабость.

Я приподнялась, прижимаясь лбом к его лбу, и мои губы тронула легкая, искренняя улыбка.

— Передай навигаторам, чтобы отменили остановку, Халидан, — мой голос дрожал от слез и нежности. — Я хочу домой. На Сиам.

Глава 38. Мой мир?

Связь с Командованием устанавливали с главного мостика дредноута.

Я стояла перед терминалом в безупречно чистом, строгом костюме, который мне предоставили из запасов корабля. Спина прямая, подбородок вздернут. Владыка Сиама, которого я теперь про себя называла просто Дан — именем, рожденным из нежности и права, которое он сам мне дал, — стоял в тени у панорамного окна, скрестив руки на груди. Он наблюдал за мной с хищной, предвкушающей полуулыбкой.

Воздух над консолью связи радостно заискрился, и из цифрового небытия выпрыгнул целехонький, ослепительно-фиолетовый фенек. Он гордо выпятил пушистую грудь и отдал мне четкий воинский салют.

Услышав этот знакомый, чуть ворчливый синтетический голос, я едва не выдохнула с облегчением, рискуя нарушить идеальную выправку. Внутри разлилось обволакивающее тепло. Мой ушастый напарник, мой верный друг, с которым мы прошли через ад, вернулся. Та звенящая, мертвая пустота в голове, пугавшая меня до дрожи в лесах Тартара-4, наконец-то исчезла.

«Канал защищен, капитан», — бодро доложил Фаро. Батареи нейроинтерфейса полностью восстановились за время нашего полета.

Голографический экран вспыхнул, и на нем появилось уставшее лицо генерала Ридли.

— Майор Нова, — генерал выдохнул с видимым облегчением. — Мы потеряли сигнал вашего корвета. Рад видеть вас живой. Докладывайте.

— Миссия выполнена, сэр, — мой голос был ровным и профессиональным. — Схрон сиамия на Тартаре-4 уничтожен термическими зарядами. Оборудование пиратов сожжено дотла. Однако корвет был потерян — мощная магнитная буря выжгла электронику и привела к крушению.

— Понял вас, агент Нова. Главное, что утечка ликвидирована, — Ридли потер переносицу. — Учитывая потерю корабля, мы вышлем за вами эвакуационный транспорт к границе сектора.

— В этом нет необходимости, генерал. Транспорт у меня уже есть, — я сделала короткую паузу. — Учитывая физическое истощение и стресс, я официально запрашиваю свой накопленный отпуск. Тридцать дней, начиная с этой минуты.

Ридли прищурился, пытаясь просчитать, к чему я клоню.

— Отпуск одобрен, Нова. Вы его заслужили. Куда направитесь? Земля? Курорты Центавры?

— Я отправляюсь в столицу Сиама.

Ридли замер. Его брови поползли вверх, а маска невозмутимого командующего дала трещину.

Фенек на консоли тем временем невозмутимо нацепил на мордочку виртуальные солнцезащитные очки, одним щелчком пальцев развернул шезлонг прямо поверх тактических схем дредноута и принялся потягивать через соломинку голографический коктейль с зонтиком, всем своим видом выражая полную готовность к курортному сезону.

— На Сиам?! — генерал не смог скрыть шока. — Майор, Это... Это крайне нестандартно.

— Это углубление наших дипломатических связей и культурного обмена, сэр. Как гарант договора, я обязана знать союзников в лицо, — я позволила себе едва заметную усмешку. — Владыка Халидан Ваи любезно согласился предоставить мне свой корабль и выступить принимающей стороной. Это пойдет на пользу нашему хрупкому миру. Конец связи, генерал.

Экран погас прежде, чем Ридли успел найти аргументы против этой безупречной дипломатической логики.

В тишине мостика раздался низкий, бархатный смех. Дан отделился от окна и подошел ко мне, обнимая со спины. Его подбородок лег мне на макушку, а сильные руки собственнически сомкнулись на талии.

— Это было красиво, моя воительница, — мурлыкнул он. — Ты только что заставила главу разведки Альянса проглотить собственный язык.

— У меня есть месяц, Дан, — я откинула голову ему на плечо, чувствуя, как напряжение окончательно отпускает мои мышцы. — И я не собираюсь провести его, прячась в твоей спальне или слушая доклады твоих лордов. Я хочу увидеть твой мир. Настоящий Сиам.

Он повернул меня к себе, заглядывая в глаза.

— Ты увидишь его, Клео. Весь, до последней песчинки.

* * *

Возвращение в столицу было совсем другим. В первый раз я смотрела на эти исполинские шпили из черного поглощающего камня и золота глазами затравленной пленницы, готовой к побегу. Теперь я стояла на посадочной платформе дворца рядом с Даном, чувствуя, как горячий ветер ласково треплет мои волосы.

Мой второй геном ликовал. Повышенная гравитация, плотность воздуха, пряные запахи — всё это ощущалось как возвращение домой.

Когда тысячная гвардия единым движением рухнула на колени перед своим Владыкой, я больше не прятала взгляд. Я смотрела на них открыто, видя в их отточенных движениях ту же звериную грацию, ту же скрытую мощь, что жила внутри меня.

— С чего начнем? — спросил Дан тем же вечером, когда мы сидели на широкой террасе его покоев, наблюдая, как красная и белая звезды медленно опускаются за горизонт.

— С людей, — ответила я, делая глоток терпкого местного вина из хрустального кубка. — Я не хочу голографических экскурсий. Я хочу знать, как живет твой народ. Чему они учат детей? Как они куют свое оружие и почему их инстинкты так пугающе похожи на мои?

Владыка Сиама сдержал слово.

Следующие несколько недель стали для меня невероятным откровением. Дан не отпускал меня от себя ни на шаг, но он снял с меня статус неприступной чужачки. Мы выходили из дворца не в тяжелых парадных одеждах, а в простых, темных туниках, смешиваясь с толпой на нижних уровнях столицы.

Я увидела настоящую культуру Сиама. Это был мир, где невероятные технологии тесно переплетались с первобытными традициями.

Дан привел меня на Ристалище Пепла, гигантскую открытую арену, вырубленную в скале, где