Не тот год IV - Михаил Владимирович Баковец

(и едва не на штык) я попал из-за слухов о немецких парашютистах, сброшенных где-то над рязанскими лесами. В качестве улики были найдены пастухами четыре парашюта немецкого изготовления, старательно укрытые в лесной промоине. Состояние их было таковым, что в яме могли проваляться как и несколько дней, так и пару месяцев. Всё из-за дождей, обрушившихся на рязанский край в последнюю неделю. Но пастухи божились, что в том месте ещё десять дней назад было пусто. Якобы в другую похожую поблизости провалился баран. Пока его вытаскивали, то успели осмотреть окрестности. А парашюты обнаружили во время поиска грибов. Обратили внимание, что яма выглядит как-то не так и заинтересовались. Им повезло, что немцы не оставили никакого взрывающегося сюрприза. С другой стороны, для диверсантов разбрасываться боеприпасами — это моветон. Каждый грамм на счету. И граната либо тротиловая шашка с детонатором полезнее будет где-то ещё, а не в яме, которую может никто и не найдёт.

Меня сразу же взяли на карандаш, когда я взялся за поиски транспорта. И как специально совпало, что мой интерес совпал с местом поиска парашютистов.

— Мы никуда не докладывали ещё о них, Андрей Михайлович. Думали, сначала проверить своими силами, чтобы панику не поднимать. Нет, людей на «чугунке» мы предупредили чин по чину. Немцам в наших краях в основном только она и была нужна.

Его намек я понял сразу. Капитан исподволь вызнавал, зачем я тут и не стуканул ли кто мимо него наверх про диверсантов, о которых он ещё сам официально не докладывал.

— Про парашютистов я был не в курсе до нашей с вами беседы, Александр Владимирович. Приезд мой связан с другим делом, о котором рассказать не могу. Но вот появление немцев запросто может быть связано, — ответил я милиционеру. — Поэтому прошу у вас помощи. Мне нужен транспорт и несколько надёжных неболтливых человек. Среди них как минимум один, который знает леса́.

— Леса́больши́е, — он вопросительно посмотрел мне в глаза.

— Точного места назвать не могу. Сам не знаю, — вздохнул я. — Только примерный район. А дальше буду ориентироваться на месте по ориентирам, которые у меня есть. Если, правда, они найдутся.

Тот не раздумывая кивнул:

— Будет и транспорт, и люди.

Пообещал и сделал, не затягивая во времени. Уже следующим утром возле отдела милиции, где мы вчера вечером общались с его начальником, стоял автобус на основе полуторки. Внутри здания меня ждали пятеро человек. Один из них был водителем. Он прилагался вместе с автобусом. Оставшаяся четвёрка придавалась мне в помощь в качестве силовой поддержки и проводников. Мало того, среди них затесалась одна крепкая девушка на вид лет двадцати двух. Она представилась сержантом милиции. Добавила, что родом из почти того района, которым я интересуюсь. Двое мужчин далеко за сорок оказались дружинниками. Они же были проводниками, так как состояли в охотничьем сообществе и активно сотрудничали с сельсоветами по лесным вопросам. Позже я оговорился, назвав их егерями. И получил в ответ недоуменную порцию взглядов. Оказывается, ничего подобного в стране ещё не имелось. Четвертый, как и девушка, был сотрудником милиции. Рядовым. Леса он не знал, шёл в комплекте, как физическая сила и отличный стрелок. Мне бы и пары дружинников хватило за глаза с мотоциклом. Но начальник милиции решил расстараться передо мной. Откажусь и кто знает сколько уйдет времени на поиск нового транспорта. Поэтому я согласился принять предложенную группу.

Катя Архиповна Береза́была назначена командиром группы. Все мужчины ей подчинялись без видимого неудовольствия. Слегка понаблюдав за ней, я признал, что поставлена она на своё место. Резкая, дерзкая, знающая свое дело, умеющая читать людей. Последнее у нее получалось ещё не так чтобы идеально. До меня без лишней скромности говоря ей было далеко. Но для этого времени, своего возраста, звания с должностью её навыков хватало с лихвой. Внешне она была высокая и крепкая. Такая среднему мужичку наваляет одной левой. Да и не среднему тоже, если владеет тем же боксом, который сейчас в чести у милиции. А против откровенных урок у нее имелся табельный наган.

Обязательно стоит упомянуть машину, доставшуюся мне. Это был не просто автобус из полуторки, а модель с дополнительным мостом.

— Десять колес у нас на всех, не хухры-мухры, — похвастался мне водитель, попросивший обращаться к нему — Платоныч. — Таких на всю Рязань пара штук всего. А сделали и вовсе с сотню, не соврать бы. Остальные автобусы штампуют обычными, с парой осей да шестью скатами. А на нашей красавице ещё и мотор ого-го какой! Тянет будто Утёсов песню. А то хотели, понимаешь ли, ставить сюда газогенератор. Мол, места в автобусе много. Запихнём и установку, и дровишек кучу, и для жоп ещё лавочек останется вдосталь…

— По лесу проедем, Платоныч? — уточнил я, остановив его дифирамбы машине.

— Должны, — сказал он, он особой уверенности в его голосе я не услышал. — Для леса, конечно, мотоцикль лучше б. Да их у нас три штуки всего. И вообще только пара на ходу и все они заняты. А из нормальных машин почитай, что и одна моя ласточка. В том году с ней на полях катались, урожай собирали-возили, чтобы голода большого не было по городским отделам. А там осенние дороги-то — ух! А сейчас дожди прошли уже, ветерок и солнышко все провялили. Не застрянем, товарищ командир.

Для всех я был капитаном из ГБ, который занимался не столько парашютистами, сколько схроном, который им где-то в лесу приготовили вражеские пособники. Или сами парашютисты его сделали для вышеупомянутых пособников. Собственно, особо в цель поездки мы с начальником не стали вдаваться перед его подчинёнными.

С оружием дела обстояли тоже неплохо. На пятерых у милиционеров и дружинников имелось три нагана, один ТТ, две СВТ и ППШ. С собой я на эту вылазку взял три пистолета. Привычный, ставший почти продолжением руки «вальтер». Не менее срастившийся с верхними конечностями «наган» с глушителем. И знаменитый комиссарский «маузер» с деревянной кобурой, которую можно примыкать к рукоятке на манер приклада, получая условно дальнобойное оружие. Условно — так как бить дальше полутора сотен метров из него почти невозможно. При этом шкала деления подразумевает аж километровую дистанцию прицельной стрельбы! Жаль, что в отпуске мне не положен автомат. Правда, мог бы нарушить это правило. И никто бы слова не сказал, прихвати я с собой ППШ с коробчатым магазином. Но этим я привлекал бы постоянное