За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— По максимуму, — твёрдо возразил я. — Нет, в самом деле, нельзя же всерьёз рассчитывать, что Морена сама убьёт своих слуг. То, что она пообещала не мешать — это просто замечательный результат. Надеяться на что-то большее было бы слишком наивно.

— Наивно, — недовольно хмыкнул князь. — И что теперь? Когда проблема наконец решится? Что ты мне пообещаешь?

Вот так и садятся на шею. Сначала тебя просят помочь, взывая к чести и долгу гражданина, а потом не успеешь моргнуть, и ты уже просто должен, и с тебя начинают спрашивать, как с подчинённого.

— Я? Пообещаю? — удивился я. — А разве я что-то должен? При чём тут я вообще? Это скорее уж мне нужно спрашивать, княже, когда я смогу нормально использовать купленный мной участок.

— Эти существа находятся на вашей земле, — вмешался в разговор советник Хотен. — Они угрожают безопасности граждан княжества, и обеспечивать порядок в своих владениях — ваша прямая обязанность.

— Позвольте напомнить вам, советник, что в договоре о покупке участка ни словом не упоминается подземелье, битком набитое преступниками и хтоническими тварями.

— Подземелье является неотъемлемой частью участка. И в связи с изменившимися обстоятельствами договор будет дополнен, а сумма будет изменена.

Вот это уже просто невероятная наглость — он не только вешает на меня обязанность разбираться с марами, но и хочет содрать за это денег. Я почувствовал, как внутри поднимается бешенство и героическим усилием воли задавил все эмоции. Сорваться — это проиграть. Вполне возможно, что именно на это он и рассчитывает.

— Ничего подобного, советник, — улыбнулся я ему. — Всё будет совершенно иначе. В самое ближайшее время мы обратимся в суд с требованием расторжения договора на основании того, что продавец умолчал о важной особенности участка. Мы также потребуем взыскания с княжества понесённых нами расходов.

— Хватит! — рявкнул князь, хлопнув ладонью по столу. — Устроили здесь балаган! Кеннер, я рассчитываю на твою помощь.

— И я всегда иду навстречу тебе, княже, — кивнул я. — Но что я вижу в ответ? На меня пытаются повесить чужие обязанности, и заодно заставить оплатить чужую некомпетентность. Скажите, советник, как так получилось, что про это подземелье никто не знал? Или всё-таки кое-кто знал?

Советник молчал с брюзгливым выражением лица. Ответить ему действительно было нечего. Сказать, что не знал, значит, признать свою некомпетентность, а сказать, что знал, значит, по сути, объявить себя мошенником.

— Никто не собирался тебя подставлять, — вместо него ответил князь. — Про этих тварей никто не знал.

— Но про подземелье знали? — уловил главное я. — Получается, что ничего серьёзного я строить не могу, потому что тогда надо делать что-то с подземельем, а оно принадлежит не мне. И меня таким образом можно доить бесконечно — верно, советник?

— Хватит, Кеннер, — устало сказал князь. — Ничего такого не планировалось, да я и сам про это ничего не знал. Я выясню, кто знал про это подземелье, почему тебе о нём не сообщили, и почему договор продажи его не упоминает. Обещаю тебе, что разберусь и накажу виновных.

Добрый царь и злые бояре? Впрочем, я несправедлив — скорее всего, князь и в самом деле ничего не знал, не его это уровень, да и вообще для него мелковато. Но произошло это определённо не случайно — похоже, в княжеской канцелярии у меня есть достаточно высокопоставленные недоброжелатели. Может быть, к примеру, тот же советник Хотен.

— Давай вернёмся к текущей проблеме, — продолжал князь, — Драгана сказала, что твоя помощь очень существенна, и я прошу тебя помочь.

— Я не против помочь, княже, но у меня появились кое-какие вопросы. Я помогал совершенно бескорыстно, мы с женой даже рискнули ради этого нашими жизнями — не надо этой скептической улыбки, советник Хотен! Если вы считаете, что встреча с богиней смерти — простое и безопасное занятие, предлагаю вам продемонстрировать это самому. Мы все вместе и посмотрим, так ли она любит наглых смертных. Нет? Не хотите?

От князя донеслось ощущение сильного раздражения, и я понял, что пикировку с советником пора заканчивать.

— И что же я получил за эту помощь? — вернулся я обратно к теме. — Может, какие-то блага? Или даже простую благодарность? Нет, с меня попытались взять деньги!

— Хотен погорячился, — поморщился князь. — Ни о каких деньгах речи не идёт. Так что же ты хочешь, Кеннер?

— Во-первых, официальной передачи мне подземелья и прилегающих структур.

— Прилегающих структур? — непонимающе нахмурился князь. — Ты о чём вообще?

— Подземелье может местами выходить за границы моего участка. Без этого уточнения твои чиновники могут объявить эти части принадлежащими княжеству и потребовать от меня обеспечить к ним доступ. В общем, попортить мне нервы от души. Мне такой мины не нужно.

— Ну… резонно. Хотен, ты слышал? Так, что дальше?

— А во-вторых, за мою помощь я хотел бы получить торговые преференции для баронства Раппин.

— Какие именно преференции ты хочешь?

— Право на беспошлинную торговлю.

— Не хочешь платить налог со своей морковки? — хмыкнул князь. — Ладно, это мелочь, по большому счёту. Хотен, подготовишь указ. Это всё, Кеннер?

Налог с морковки, как же, как же. Это сейчас мы торгуем только овощами — фруктами от лесных, но скоро от моих крестьян пойдут обычные продукты для карл, и масштабы там будут уже совершенно другими.

— Это всё, княже, — кивнул я.

— Тогда скажи мне, что ты собираешься делать.

— У меня есть идея, как можно изолировать мар. Вот завтра мы это и попробуем.

— Думаешь, получится?

— Трудно сказать, княже, — честно ответил я. — Мы слишком мало знаем о марах. В основном, ту чепуху, что крестьяне сочиняют. Если не получится, будем пробовать что-то другое.

— А Милослава может как-то помочь?

— Очень сомневаюсь, княже, сила у неё совсем неподходящая. Она слишком связана с жизнью. Мары, скорее всего, ей будут только рады — это ведь духи смерти, они жизнью питаются.

— Очень плохо, что ты ничего конкретного сказать не можешь, — недовольно высказался князь. — Ладно, посмотрим, что там у тебя завтра выйдет. А что скажешь насчёт карл?

— Есть возможность привязать их к княжеству, и со временем полностью интегрировать в общество.

— И ты можешь это сделать, — утвердительно сказал князь.

— Не особо хочу этим заниматься, — пожал я плечами, — но, в принципе, могу.

— И что тебе для этого понадобится?

— Во-первых, необходимо создать две компании. Они должны быть полностью освобождены от налогов первые двадцать лет, и наполовину в следующие двадцать. Это не мне нужно, советник, — пояснил я, заметив, что выражение его лица стало кислым. — Эти компании большей частью будут принадлежать карлам. Сами понимаете, как они отнесутся к