Завораш. Разделение ангелов - Александр Галиновский

Надо ли говорить, что робкие потуги сделать первый шаг обычно заканчиваются падением? Однако если в этом случае неудача обернется для малыша падением с высоты собственного роста, то попытка взлететь куда опаснее.

Страх может долго не давать сделать первый взмах крыльев. Он же в случае неудачи будет мешать осуществить вторую, третью попытку… Учитель тем временем будет наращивать высоту, на которую должны подняться испытуемые… Пока она не станет такой, что падение обернется увечьями или даже смертью.

Только спустя три удара сердца Тисонга понял, что так и не расправил крыльев и продолжает падать в бездну. Осознание этого помогло ему прийти в себя. Расправив наконец крылья, он некоторое время двигался по инерции, а затем подхватил один из воздушных потоков и выровнял направление полета. Теперь он не просто падал, а планировал под углом, постепенно удаляясь от острова.

Однако остров был слишком большим, чтобы просто исчезнуть с горизонта: ангел уже преодолел два десятка саженей, а громада земли все еще занимала весь обзор над ним. Фигурки стоявших на краю бескрылых, наоборот, уменьшились настолько, что были практически не различимы. Теперь при всем старании Тисонга не смог бы распознать в одной из них Бригадира. Странное дело, последние слова, сказанные бескрылым, все еще звучали у него в ушах.

«– Когда-то,– говорил он,– острова были единым целым. А еще раньше весь этот огромный остров был частью суши внизу… Произошел катаклизм,– продолжал Бригадир.– Взрыв. Падение небесного тела. Извержение вулкана. Что угодно.

– И суша разделилась. Это вы хотите сказать? Якобы некогда единый мир распался на части?

– Именно».

Невероятно, невообразимо. Слишком фантастично, чтобы поверить. Подумать только, внизу не только лежит другой мир, но некогда он представлял собой одно целое с Небесными городами. Вероятно, за этим нелепым утверждением должно последовать предположение, что этот Нижний мир населен.

Падение прекратилось, и Тисонга почувствовал себя намного свободнее. Во все стороны, насколько охватывал взгляд, разливалась белизна.

Продолжая планировать, ангел лег на правое крыло. К сожалению, его движения были ограничены скованными за спиной руками. В обычное время руки в полете выступали дополнительным средством балансировки. Сейчас же, будучи заведенными назад, они мешали даже как следует расправить крылья.

Очевидно, бескрылые и это предусмотрели, не желая давать ангелу дополнительных шансов на побег. Кем он для них был? Разведчиком? Тем, кого посылают на передний край, ожидая ценных сведений?

Остров, находившийся теперь над ним, представлял собой громадный отрезок суши конусообразной формы. И то, что было в его нижней части, на подбрюшье, мало походило на то, что располагалось сверху. Тисонга привык видеть чистые, простые формы. Хрусталь, серебро, золото. То, что он видел сейчас, было изнанкой во всех смыслах. Голая черная земля. Наружу из нее торчали корни растений, части труб, куски арматуры. Кроме того, ангел рассмотрел по паре четких линий, тянущихся от острова вниз. Спустя какое-то время он понял, что видит падающие потоки воды. Странно, он никогда не задумывался, куда девается все, что попадает в городские стоки. Ответ оказался проще, чем можно было предположить.

И вместе с тем…

Разве не твердь земная притягивает то, что имеет вес? Что бы это ни было: тело ангела или потоки воды. По правде сказать, об этом Тисонга тоже раньше не думал. Да, о таких вещах говорилось в Башне, но вряд ли кто-то из учеников ставил под сомнение слова учителей. Тисонга понимал, что задавать вопросы полезно… Иногда. Кроме того, оказывается, существуют люди, которые отрицают то, во что остальные ангелы верят безоговорочно. Возможно, все они сумасшедшие, наверняка – изменники…

Поскольку известно, что твердь земная притягивает все, что имеет вес, разве не должно это означать, что потоки воды падают именно в направлении такой тверди?

«Довольно!» – прервал себя Тисонга. Не сейчас.

Сейчас он должен быть сосредоточенным и внимательным, ведь ему необходимо найти выход из положения. Вряд ли Бригадир и его подручные отпустят его просто так. После всего случившегося, после всего, что он видел.

Ведь Тисонга фактически стал свидетелем того, что на окраинах зреет заговор. Здесь много недовольных, озлобленных не-ангелов, которые оказались не несколько тупоумными и безропотными, как их изображали, а…

Какими?

Хитрыми, изворотливыми? Такими, кто способен годами проделывать мерзости вроде распространения ложных идей или саботажа? Или наоборот – честными, открытыми, миролюбивыми? Странное дело, даже сейчас Тисонга не чувствовал, что его жизни что-то угрожает. В обществе Бригадира он не ощущал опасности. Возможно, все дело в том, что он рассчитывал найти одно, а обнаружил совсем другое?

Он не забыл, по какой причине явился на окраину, но теперь к его целям добавились новые: выяснить, что представляют собой заговорщики. Вероятно, это даст ключ к пониманию того, что случилось с Кенобией.

Понятное дело, брат побывал здесь. Побывал в руках у Бригадира и его сообщников. Но что случилось дальше? Летал ли он вот так, привязанный веревкой за ногу? И что видел в пустоте?

Холодно не было. Тисонге даже нравилось ощущение прохладного воздуха на коже. Только сейчас становилось очевидно, насколько он засиделся в Башне. Интересно, Кенобия думал так же? Зная брата, ангел готов был поклясться, что их мысли чаще сходятся, чем нет. Например, тот фокус с красным порошком…

Добровольно ли Кенобия согласился на эту роль? Или и его принудили? Шантажировали? Угрожали? Если брат пошел на сделку по собственной воле, его в лучшем случае назовут диссидентом. А если откроются истинные планы бескрылых – то и изменником.

Внезапно видимость ухудшилась. Зрелище острова над ним потускнело и подернулось пеленой. Тисонга понял, что вошел в слой дымки. Это были еще не облака, но что-то похожее на них. Второй раз за день ангел подумал, что еще никогда не забирался так далеко. Сначала – полет на край острова, теперь – вот это. Прислушиваясь к собственным ощущениям, он ожидал, когда начнет задыхаться или почувствует первые признаки отравления. Однако все было так, как прежде. Единственное – лететь в этой дымке стало сложнее. Почти мгновенно наступала дезориентация. Лишь тень острова, маячившая высоко над головой, могла немного помочь в определении расстояния.

Внезапно что-то толкнуло его в ногу…

Ангел предположил, что каким-то образом запуталась веревка, соединявшая его с островом. Однако быстро понял, что с веревкой все в порядке. К тому же где-то там, на валике лебедки, ее наверняка было в достатке.

Мысли Тисонги постепенно вернулись к услышанному от Бригадира. Ламии? Существа, живущие прямо в воздухе и нападающие на каждого, кто осмеливается покинуть окрестности острова? В это верилось еще меньше, чем во все