Край обреченных - Артём Григорьевич Помозов

– Как скажешь. Рэй, Слава, топ-топ! – щелкнул пальцами Лебедев.

Андрей, не без помощи подкачанного бойца, выделенного в напарники, стянул увесистый металлический люк, что раньше скрывал под землей резервуары для топлива.

– Ни хрена себе…

В яме находились двое мужчин.

* * *

Стояли на коленях, щурились от яркого света и мычали: во рту у каждого был кляп, грубо скомканная грязная ветошь.

– Мы с пацанами еще на «кэпе» были, – рассказывал молодой. – В самую пересменку попали. Их почти пропустили по вашим липовым пропускам. «Газелька», разрешение на нахождение в Зоне и подписанный временно исполняющим обязанности главы НИИАЗ пропуск. Но я сразу понял, что что-то не так. На ваших не похожи.

– Где их машина?

– Чуть дальше припрятал.

– Она на ходу?

– Да. Мне не пришлось задерживать их с боем.

– Так просто сдались?

– Лошки какие-то, Костик. Пока их досматривали, я на квадрике за километр учесал. Пропустили их, а я уже ждал. Развернул удостоверение, стопанул их, а после наплел с три короба, что по регламенту с институтскими нанятые военсталы едут. Что я один из них, что буду сопровождать экспедицию и бла-бла-бла. Они даже не спорили, пустили в тачку, ну а я их уже сюда и привел. Доехали, и я их прикладом отделал. Каждому – н-на! И в аут. Шеве отчитался, а он тебе передал…

– Не Шеве, а полковнику Шевченко. – Константин потер переносицу. – Один из наших пропал… на точно таком же фургоне… а тут эти актеры нарисовались…

– А че стряслось-то?

– Тебя не касается.

– Ладно, как скажешь, – стушевался солдатик, протягивая какой-то сверток. – Одного из них. Мобилка и ксива. Он следак.

– Пофиг, кто он. – Лебедев развернул пакет. – Это труба Кулешова, – многозначительно глянул он на Рэя. – Грузите уродов в тачку! Леня, ты берешь «Газель», на которой эти ехали. И за нами. Рэй, возвращаешься в «УАЗ» и ведешь колонну.

Троица наемников, что со сталкером в одном джипе тряслась, подхватила пленников и, заломив им руки, повела к микроавтобусу. Андрей направился к «Патриоту». Туман, что недавно стелился густыми клубами, рассеивался, начала проглядываться «железка», по шпалам которой, стреляя разрядами во все стороны, периодически пробегали «электрошоки». Открылся вид и на острые вершины холмов, где хозяйничали коварные скопления ловушек – «лабиринты». Запахло прокисшим болотом. Андрей втянул смрад полной грудью. Не кривился. Наслаждался. Понимал, что, чем бы ни закончилась его затея, это последний рейд в Край обреченных.

* * *

На горизонте мелькнул Полигон, а в памяти – недавний путь, когда вместе с Дьяволом на «Вито» штурмовали чернобыльские просторы. В прошлый раз он не обратил внимания, но теперь же залюбовался: в центре «комариной плеши» стоял расплющенный, словно кусок сырого теста под скалкой, танк. Гусеницы опали траками, на звенья рассыпались, будто бы разъединил их кто-то.

Въехали в заброшенную деревню. Потревожили моторами стаю кабанчиков, что копошилась у тела мертвого сталкера. Спустившись с холма, уперлись в массивные ворота. Минуты две ничего не происходило, а затем створка поползла в сторону. Полигон встретил, как в тот злополучный день. Рядами начищенной до блеска военной техники, готовой к применению. Остановились, выгрузились. Лебедев поманил за собой Рэя. Двоих пленников выволокли из «Газели», дотащили до плаца, над которым реял флаг с отличительным знаком «Изоляционных сил», поставили на колени. Лебедев, демонстративно поигрывая пистолетом, подошел к одному из них, присел рядом:

– Отвечай на мои вопросы коротко и по делу. Я сейчас выну кляп. Если мне что-то не понравится, то я вышибу мозги твоему другу.

Андрей оперся спиной на броню ближайшего БТР. Меньше всего на свете хотелось ворошить прошлое, наблюдая за очередной казнью безвинных.

– Это настоящая ксива или чертова липа? – Лидер экспедиции развернул документ. – Да или нет? – Вытянул тряпку изо рта пленного.

– Настоящая.

– Хм. Фамилия у тебя дурацкая, Платон. Ладно. Ты здесь по заданию Конторы?

– Нет.

После этих слов сердце у Андрея ушло в пятки: он осознал, кто стоит на коленях перед этим напыщенным индюком.

– Откуда у тебя телефон Кулешова? – Лебедев прислонил холодный пистолетный ствол к щеке. – Где вы взяли эту фиолетовую «Газель»?

– Владелец машины и этого телефона попытался меня убить, – спокойным голосом рассказал Платон. – Он ведь ваш друг?

– Допустим, – машинально ответил Константин. – Ах ты ж мразь, – перевел пистолет на другого пленного. – Без ментовских штучек своих! Не спрашивай, а четко отвечай на вопросы.

– Просто открыл огонь, когда я остановил его на дороге. Я выстрелил в ответ. – Ухмыльнулся. – Оказался более метким.

– Это ты спалил его дом?

– Не понимаю, о чем ты.

– А что на это скажет твой друг?

– Кто знает?

– Ванька-Ванька, угораздило же тебя, а? – Константин хмыкнул. – Странные дела. – Запихал кляп обратно в рот следаку. – Леня! – Огрел каждого пистолетной рукояткой по макушке. – Доложи полковнику, пусть передаст Борису, чтобы ментяр подальше от дела с пожаром держал. Ванька Кулешов вышел из игры. Завтра он будет на КПП, сможет связаться с Большой землей. – Протянул удостоверение. – Фотку ему скинь, пусть пробьют козла. Второй, думаю, один из трех бомжей, что Федька набрал.

– Есть!

– Босс проталкивает государству взаимовыгодный контракт. Если все выгорит, дела пойдут в гору. Мы не должны облажаться. Рэй, раз не занят – на́ вот, сходи за ворота, выкинь в аномалию какую-нибудь. – Константин всучил Рэю телефон. – Как вернешься – вон к тем «Уралам» иди, дальше на них поедем.

– Хорошо.

Рэй пошагал выполнять поручение. Он оглянулся, заметив, как к грузовикам отовсюду – из ангаров, малых строений, гаражей – сгоняют толпы людей в гражданской одежде.

* * *

«Урал» катил по радиоактивной свалке. Андрей занял место пассажира, за баранкой восседал сам Константин Лебедев. Рэй спросил разрешения и, получив согласие, опустил боковое стекло. За окном простиралась развороченная аномальной энергией земля. Метров тридцать – натуральный провал, как после тектонического разлома. Немного дальше – почва «клыками» вверх вздыбилась.

Завизжали тормоза – грохнуло, поднялся столб пыли. На дорогу завалилась раскуроченная береза.

– Гадство! – выругался Лебедев. – Че сидим? – обернулся он к Андрею. – Ты это, выметайся давай, сейчас с ребятами убирать эту хренотень пойдешь.

– Нет, – холодно ответил Рэй.

– Перечить вздумал?

– Вели своим разворачиваться.

– Мы отстали от графика, а ты предлагаешь еще круг делать?

– Делай, как я сказал, или…

– Или что? – В висок Рэя уперся безжалостный ствол. – Выходи и убирай, это приказ, а командир здесь я!

– Убери пушку, скомандуй сдать назад, иначе мы отстанем от графика на чертову вечность…

Андрей моментально пригнулся, ударив ребром ладони по ТТ. Пуля вышла в открытое пассажирское окно, а на грузовики обрушился свинцовый дождь.

* * *

Барабанило выстрелами, как дождем по крыше