Карамелька, или Ты попал, жених! - Анна Бахтиярова

— Как спалось, Амелия? — спросил маг.

— Так себе, — призналась я честно.

— Могу изготовить персональный ловец снов.

— Не стоит, — отрезала я слишком поспешно. И тут же добавила: — Мне никогда не нравились эту штуки. Вы ни причем. Это мое личное предубеждение. Так во сколько у нас занятия? — спросила деловито, закрыв тему. Не было у меня теперь доверия к Габриэлю. Мало ли что еще поймают эти ловцы, помимо снов?

— В одиннадцать часов. У меня есть зал для тренировок. Слева от гостиной располагается библиотека. Нужно пройти от нее до конца коридора.

— Ясно.

Остальная часть завтрака прошла преимущественно в молчании. Лишь Хантер нахваливал еду, да я провожала чашки и тарелки слегка удивленным взглядом. Нам никто не прислуживал. Посуда прилетала и улетала сама. Кофейник поднимался в воздух и наливал в чашки ароматный напиток. Так же поступал и молочник, добавляя в кофе, правда, не молоко, а сливки. Я подозревала, всё это делает Габриэль, но вопросов не задавала.

Только в конце корреспондент преподнес сюрприз.

— Скажите, Габриэль, а можно организовать встречу с моим братом? Я понимаю, что вы делаете всё возможное для его защиты. И всё же, нам обоим будет легче, если мы увидимся.

По моей спине резво проскакали мурашки.

Та-ак. Хантер во время вылазки выяснил нечто, заставившее его заподозрить мага во лжи.

Габриэль и бровью не повел.

— Хорошо. Вечером Бернадетт отведет вас к брату. Через особый путь. Вы правы, господин Хантер, для близких людей очень важно увидеться лично, чтобы забыть о тревогах друг за друга.

— Буду очень признателен, — улыбнулся Хантер безмятежно. Вот ведь лис!

После трапезы я затащила его к себе для разговора.

— Как всё прошло? Ночью?

— Как ни странно без затруднений, — поведал он негромко, словно опасался, что у стен есть уши. — Я спокойно покинул дом, а потом вернулся. И в целом сделал всё, что планировал. Встретился с нужными людьми.

— История Габриэля подтвердилась?

— В целом, да. Итон Моро находится в госпитале. По официальной версии, он пострадал по дороге домой после приема в честь помолвки. Произошла авария.

— И все молчат? — я вытаращила глаза. — Костяшка напала на глазах у толпы гостей, включая мэра с женой.

— Если мэр и его советник приказали, все свидетели будут держать языки за зубами, — подтвердил Хантер, разводя руками. Мол, так всё устроено, к сожалению.

— А что насчет меня? Разве я не находилась в автомобиле с женихом?

— Находилась. И тоже серьезно пострадала. Лежишь в госпитале и, вероятно, не выживешь.

— То есть, Вильгельм Моро готовится официально объявить о моей кончине.

— Видимо, так.

Мои кулаки сжались. Вот, гад! Как у него всё просто. Может легко избавиться от любого, а никто и слова не скажет.

— А что с твоим братом? Ты же не просто так попросил Габриэля организовать встречу. Тебя что-то насторожило.

Хантер ответил не сразу. Кажется, взвешивал все «за» и «против».

Не хотел напугать?

— У меня нет причин не верить словам Габриэля о брате. Впрочем, причин верить тоже нет. Особенно после разговора, который ты подслушала, — признался он. — Я говорил с людьми, которым доверяю целиком и полностью. В квартиру Джона нагрянули стражи порядка и всё там перевернули. Та же история с жильем невесты. Но, судя по всему, случилось это после их исчезновения. Есть надежда, что твой приятель-маг успел вывести обоих из-под удара и спрятать. Однако я хочу убедиться, что Джон и его любимая в порядке. Было интересно посмотреть на реакцию Габриэля на мою просьбу о встрече.

— Сказать можно всё, что угодно, — проворчала я. — Посмотрим, что произойдет вечером, и куда отведет тебя Бернадетт. Если… вообще отведет, а не прикончит где-то, а потом не расскажет сказочку, что сие — дело рук Моро-старшего.

— Какой оптимистичный прогноз, Амелия, — «похвалил» Хантер.

А я пожала плечами.

— Говорю, как есть. Уж прости за настрой. Но пока почти все, с кем я сталкивалась в этом мире, пытались меня использовать.

— Даже я? — удивился Хантер.

— Вроде нет. Не считая того факта, что твой брат не очень-то жаждал честно делиться выручкой за ремонт техники.

— Да, получилось некрасиво.

— В любом случае, будь начеку, когда Бернадетт поведет тебя на встречу с Джоном.

— Буду, — пообещал Хантер.

— А что насчет родственников его невесты? Им опасность не грозит?

— Она сирота.

Я чуть не брякнула глупость. Мол, повезло. Но вовремя сообразила, что получится гадко. И задала еще вопрос.

— Что рассказали твои знакомые о костяшке? Если она сгинула без суда и следствия, это преступление. Или никому нет дела?

— По еще одной официальной версии, леди Кларисса оправилась в долгое путешествие, чтобы поправить пошатнувшееся здоровье.

— В очень дальнее, — процедила я. — Такое, из которого не возвращаются.

— Разумеется, — ответил корреспондент в тон. — Нисколько не сомневаюсь, что позже объявят, что леди трагически погибла вдали от родных мест.

— Как удобно.

— Это стиль Вильгельма Моро. Я не первый год пытаюсь это доказать.

— Даже странно, что тебя до сих пор не прихлопнули.

— Моро уверен, что я, вроде надоедливой мошки. Жужжит-жужжит, но реального вреда причинит не может. Наверное, так оно и есть. Мои попытки обратить внимание на его преступления не увенчались успехом.

— Наверное, всему свое время, — попыталась я приободрить корреспондента.

А он взглянул на настенные часы и сделал большие глаза.

— Кстати, о времени. Тебе пора отправляться на занятия с Габриэлем. Завтрак-то у нас выдался поздний.

— Верно, — кивнула я без намека на энтузиазм.

— Будь осторожна, — посоветовал Хантер. — Не упоминай подслушанный разговор в желании получить от мага прямые ответы.

— За дурочку держишь? — я сложила руки на груди.

— Нет. Просто проявляю беспокойство о… — корреспондент вдруг запнулся, — о друге, — добавил он поспешно.

Я ничего не ответила. Пошла искать зал для тренировок. Но думала вовсе не о том, что останусь наедине с Габриэлем, которому больше не доверяю, а о том, что сказал Хантера. Слово «друг» неожиданно обидело. Не то, чтобы я ждала от этого мужчины особого внимания. Хотя он был довольно-таки хорош собой и приятен в общении. Но, наверняка, будь у меня другая фигура, Хантер бы успел пофлиртовать. Он ведь знает, что Итон мне — не настоящий жених. А мужчинам сложно удержаться.

Но я друг. Просто друг. Потому что не в его вкусе.

…Габриэль меня ждал. Сидел на ковре, скрестив колени и медитировал. Ну или делал нечто похожее. Глаза были закрыты, на лице не отражалось ни единой эмоции. Но стоило мне