Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

— Если вкратце, то да, мы дадим ему ссуду, — кивнул я, — Но не под процент, а под долю его собственной прибыли. Так мы будем получать доход не только с того, что продаём сами, но и с того, что будут сбывать наши люди частным порядком.

— А потом, когда они будут погибать в бою, их имущество, включая всё то, что они заработали, будет возвращаться в казну роты, — добавил Родрик, собрав все кусочки моей мозаики воедино, — Весьма хитрая схема. И люди думают, что зарабатывают, и мы в накладе не остаёмся.

— Часть денег всё равно будет утекать, — пожал плечами я, — Расходники, еда, экипировка. Кто-то по истечении года решит выйти из игры и не заключать новый контракт. Но в целом, такая нехитрая схема позволит нам меньше зависеть от подачек Альрейна и даст возможность рассмотреть других, не столь щедрых нанимателей.

— Полагаю, мастер Фаррад будет рад это услышать, — улыбнулся Бертран, — И с радостью согласится на ваше предложение. О том, что барон не даст ему денег, ему сообщили ещё вчера. Однако он находится в столь отчаянном положении, что продолжает ждать и надеяться, на то, что мой господин переменит своё решение или пожелает встретиться с ним лично. Ждать и занимать гостевой домик. Потому, как, идти ему больше некуда.

Что ж, судьба похоже и правда нам благоволила. Любой другой торгаш с нас бы три шкуры спустил, но тут… спускать шкуры будем уже мы сами. Да и северянин этот нам пригодится. Раз уж мы с Айлин решили себя выдавать за дикарей с территории кланов, неплохо бы разузнать об этих кланах, как можно больше. Но это позже. А сейчас у нас оставался ещё один вопрос на повестке дня.

— Вернон, Родрик. Для вас тоже будет задание, — я посмотрел сначала на лекаря, затем на учёного.

— Я весь — внимание, — вымученно улыбнулся Вернон, явно пытаясь съязвить. Вышло не очень. Роберт лишь сухо кивнул.

— Это хорошо, потому что задача непростая, — я сделал вид, что не услышал издёвки в голосе лекаря, — Знаете что такое маска чумного доктора? Или как у вас тут назывались те, кто лечил пепельную хворь в столице.

— Просто лекари, — устало отозвался Вернон, — Но я понял о чём ты. Маска, напоминающая морду ворона. Прорези глаз прикрыты стёклами, а в клюв набиваются чеснок и целебные травы, потому что их запах, видите ли, отпугивает миазмы. Несусветная чушь, конечно — болезни передаются иначе. Особенно пепельная хворь. Но…

— Но эта вещь, может быть очень полезной, если правильно её применять. И вашей задачей, как раз, будет довести её до ума, превратив в надёжное средство против перечных бомб и бомб, начинённых ядом древолаза. А когда справитесь — закупить таких масок на весь отряд.

— Честно говоря, совсем не представляю, как это можно было бы сделать, — покачал головой Родрик, — Пустить воздух прямо через клюв? А что это изменит? Всё равно, в случае отравления ядом древолаза, противоядие нужно принимать внутрь, чтобы оно как можно быстрее попало в кровь. Да и…

— А вот я, пожалуй, уже догадываюсь, к чему Генри ведёт, — Вернон задумчиво почесал затылок пальцами, на которых всё ещё виднелись плохо отмытые пятна крови, — Да, ты прав, пустить воздух через клюв. Но набить этот клюв не травами, а абсорбентом. Веществом, которое бы само извлекало яд из воздуха. Вот только, я не знаю такого вещества. Да и, большая часть местных алхимиков, пожалуй тоже. Я бы мог, конечно, поэкспериментировать в свободное время, но… — лекарь на мгновение замолчал, прикидывая что-то в уме. Затем покачал головой и всё-же закончил мысль, — Мне потребуются добровольцы. Испытания на людях. Учитывая, что яд древолазов смертелен, не думаю, что кто-то из отряда согласится на подобную авантюру, даже если предложить ему денег.

— Я уж точно не дам разрешения ставить опыты на наших людях, — отрезал я, — Придётся поискать другой…

С той стороны стола вновь раздалось деликатное покашливание шпиона, прервавшего мою речь. Я немного помедлил, пытаясь поймать ускользающую мысль за хвост, а затем кивнул ему. Мол, давай, говори.

— И тут мой господин снова может вам помочь, — улыбнулся Бертран, окинув нас лукавым взглядом из-под полуприкрытых век, — Конечно, если вы поделитесь с нами плодами своих изысканий.

Я снова молча кивнул. В принципе, не в моих интересах было держать разработку в секрете. Если юг проиграет войну султанату, нам придётся снова бежать на север, где нас с распростёртыми объятьями ждут волки, храмовники, и солдаты нашего лысого, кашляющего дружка. Не лучшая перспектива, с какой стороны ни глянь.

— В тюрьме замка сейчас содержится около дюжины человек, приговорённых к смертной казни. Барон собирался устроить из этого большое представление, чтобы развлечь горожан, однако, думаю, половиной мы можем пожертвовать… во имя науки, — шпион снова улыбнулся, и его улыбка мне не понравилась.

Однако, само предложение было дельным. Конечно, год назад я был бы от него в ужасе. Отверг бы моментально, начав рассуждать про права и ценность каждой человеческой жизни. Однако, год пребывания в этом проклятом мире здорово сбил с меня всю эту морализаторскую чепуху, заставив выучить одну простую истину. Прав тот, кто жив. Правда мертвеца никого и никогда не заинтересует. И если нам, чтобы выжить самим, придётся пустить в расход шестерых и без того приговорённых к смертной казни людей — то почему бы этого не сделать?

— Что ж, судьба и правда благоволит нам, — я улыбнулся и снова отхлебнул из своей фляжки, — Радуйся, доктор Менгеле, будут у тебя подопытные.

— Кто? — тупо уставился на меня Вернон.

— Да был в нашем мире такой персонаж, — пожал плечами я, — Тоже на людях любил опыты ставить. Кстати об этом. Чтобы не расходовать понапрасну столь ценный ресурс, попробуйте начать с марли, прослоенной обычным древесным углем в несколько слоёв. В нашем мире такая штука работала против большинства отравляющих веществ. Не вижу причин, почему бы ей не сработать тут.

— Учитывая полное отсутствие других идей, — Вернон равнодушно пожал плечами. Так, будто речь сейчас шла не о человеческой жизни. Его это не волновало. Так же, как не волновало и меня