Инженер. Система против монстров 13 - Сергей Шиленко

«Парды» замедлились и остановились в полусотне метров от ворот, припав к асфальту.

— Прометей, дай картинку. «Стрекозы» на позиции?

— Две «Стрекозы» выходят к пролому. Визуальный контакт через семь секунд.

Я активировал «Техно-Око» и развернул голограмму так, чтобы Олесе и Искре было видно. Полупрозрачный экран повис в воздухе между тремя «Пардами», и на нём, рывком набрав резкость, проявилось изображение с дрона.

Внутренности сборочного цеха. Бетонный пол, заваленный обломками кровельного профнастила и кусками утеплителя. Высота до уцелевших ферм — метров пятнадцать. И внутри, на балках, перевёрнутых цистернах и бетонных опорах, расположились серые, облезлые, уродливые создания.

Серокрылы, восемь штук. От пятого до восьмого уровня. Мутировавшие голуби, прошедшие тот самый эволюционный путь, по которому природа когда-то вела птерозавров. Кожистые крылья с жалкими клочьями сизого оперения, вытянутые клювы с зазубринами, когтистые пальцы на крыльевых сгибах.

Восьмиуровневая особь, самая крупная, потянулась на ферме, широко растопырив крылья — размах метров двенадцать, от кончика до кончика. Тварь размером с легкомоторный самолёт. Но просыпаться окончательно она не спешила, просто устроилась поудобнее.

Ещё четверо спали, спрятав головы под крылья. Один — помельче, пятого уровня — сидел на балке и сосредоточенно чистил остатки перьев на грудке, выдёргивая их клювом и роняя вниз. Двое, семиуровневые, расположились на полу и с азартом перетягивали кусок чего-то розовато-бурого, упираясь когтями в пол.

— Ух ты! — Олесин голос из динамика зазвенел от восторга. — Птеродактили! Те самые, один из которых чуть не утащил Никиту. Дядя Лёша, они как из книжки про динозавров, только с пёрышками!

— Пёрышками, — фыркнула Искра. — Скорее с ошмётками от пёрышек. Лёш, давай я их поджарю? Будут голуби-гриль, вся фракция пальчики оближет.

— Аня, нет! — Олеся развернула «Парда» к Искре так резко, что машина скрипнула когтями по асфальту. — Они же красивые! Я хочу попробовать приручить! Дядя Лёша, пожалуйста, пусть Аня их пока не поджаривает!

— Красивые⁈ — Искра ткнула пальцем в голограмму, где семиуровневый Серокрыл вырвал-таки у собрата кусок мяса и теперь заглатывал его целиком, задирая клювастую морду. — Олесь, у этой птички зубы длиннее, чем мой жезл!

— Тем лучше! Значит, они сильные! Мне нужны сильные летуны!

— Тишина, обе, — скомандовал я. — Олеся, ты попытаешься их приручить, но должна понимать, что большинство погибнет. Мы не играть пришли, а охотиться. Искра — не поджигаешь, пока я не скажу. Действуем по стандартной схеме: приручение с прикрытием.

Олеся победно вскинула кулачок.

Я отправил мысленный запрос Хранилищу. Десять единиц. Дроны. Боевая конфигурация.

Воздух над нашими головами полыхнул голубыми вспышками материализации. Четыре «Пессимиста-2» — приземистые квадрокоптеры со стволами пулемётов под брюхом — зависли первыми, качнулись и набрали высоту. За ними, тяжелее и увесистее, поднялся октокоптер «Пессимист-3» с шестизарядным барабанным гранатомётом на подвесе. Последними проявились пять «Комаров-1» — компактных дронов с пневматическими блоками, каждый несущий по четыре дротика с транквилизатором.

— Прометей, «Пессимистам» — позиция над проломом, эшелон тридцать метров. Огонь только по тем, кто пытается уйти. «Комары» — внутрь цеха, режим ожидания, высота десять. Стреляют только по команде.

— Принято. Дроны выходят на позиции. Время развёртывания — сорок секунд.

— Доспехи. Аня, снаряжайся.

Я активировал материализацию. Голубое сияние охватило меня от подошв до макушки — привычное ощущение, когда поддоспешник обтягивает тело тысячами нейродатчиков, бронепластины ложатся на плечи, грудь, бёдра и предплечья, защёлкиваясь магнитно-механическими замками. Шлем опустился, шейное кольцо загерметизировалось, HUD вспыхнул россыпью индикаторов.

Рядом одновременно засветилась фигура Искры, а Олеся доспех и не снимала. В руках пиромантки материализовался жезл и полыхнул багровым камнем навершия. Меч «Спектр» привычно висел на магнитном креплении вдоль моего правого бедра. Рукоять под ладонью.

«Парды» остались на месте, замерев в режиме ожидания.

— За мной. Тихо.

Ворота сборочного цеха — стальные, со сдвижными створками на рельсах — остались приоткрытыми. Щель в полтора метра, достаточно для экзоскелета. Я шагнул первым, сервоприводы работали в «мягком» режиме, сводя лязг и вибрацию к минимуму. Подошвы с эластомерным покрытием беззвучно ступили на бетон.

Герметизацию мы больше не включали, так что даже сквозь фильтры шлема пробивался слабый запах птичьего помёта, ржавчины и сырости. Свет падал сверху, через пролом в кровле — косые столбы, в которых кружились пылинки и пух.

Мой тепловизор моментально расставил маркеры: пять спящих силуэтов на балках и перекрытиях — тёплые оранжево-красные пятна на фоне синего бетона, — один на нижней ферме, чистящий перья, и двое на полу, у добычи.

Олеся шла за моим правым плечом, Искра — за левым. Мы продвинулись метров на десять внутрь. Пространство цеха скрадывало звуки, и наши шаги казались почти неслышными.

Тот, что чистил перья, заметил нас первым.

Серокрыл пятого уровня дёрнул головой, развернув вытянутую морду в нашу сторону. Кожистые крылья приподнялись. Тварь раскрыла клюв, набрала в грудь воздуха, готовясь закричать.

— Олеся, давай!

Девочка шагнула вперёд, выставив перед собой Флейту Гармонии. Ментальный импульс ударил раньше, чем звук сорвался с зубастого клюва. Я почувствовал отголосок — знакомое покалывание в висках, мягкую тёплую волну, от которой даже мне захотелось зевнуть.

Серокрыл замер с раскрытой пастью. Веки опустились до половины, зрачки расфокусировались. Приподнятые крылья обмякли и легли вдоль тела.

— Тише, тише, маленький, — шёпот Олеси шёл через внешние динамики. — Иди сюда. Ну, иди, я тебя не обижу.

Серокрыл слез с балки, цепляясь когтями на сгибах крыльев. Он передвигался по земле как летучая мышь-переросток — неуклюже, переваливаясь, подволакивая сложенные крылья и упираясь в пол костяшками пальцев. Голова качалась на длинной шее из стороны в сторону, жёлтые глаза с вертикальными зрачками смотрели на маленькую бронированную фигурку с кошачьими ушами.

Два метра. Полтора. Метр.

Олеся протянула перчатку и осторожно коснулась верхней челюсти — там, где кожистая морда переходила в мощный длинный клюв. Серокрыл подался вперёд, ткнувшись мордой в ладонь, как голубь, которого кормят с руки. Только этот «голубь» весил килограммов сто двадцать и мог откусить руку по локоть.

Олеся активировала «Приручение».

Вспышка маны — голубоватый отблеск полыхнул в глазах чудовища и ушёл в глубину зрачков.

Приручение успешно завершено!

Серокрыл — Уровень 5

Получено опыта: 50

— Есть! — выдохнула Олеся.

И в эту секунду двое внизу — те, что делили мясо, — наконец обратили внимание на гостей. Семиуровневый Серокрыл вскинул голову, раззявил клюв и заорал так, что с ближайшей фермы посыпалась ржавчина. Второй подхватил.

Крик ударил по барабанным перепонкам даже сквозь шумоизоляцию шлема — спасибо моей повышенной чувствительности. Резкий, пронзительный вопль, похожий на скрежет стальной пилы по рельсу.

Цех взорвался движением. Пятеро спящих дёрнулись, захлопали крыльями,