2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн

Но пульсирующая боль в лице не оставляла сомнений. Первые два дня она не могла заставить себя посмотреть в зеркало. Потом потребность в уверенности стала сильнее, и она наконец набралась смелости. Она держала зеркало дрожащими руками, ее охватил ужас. Нет, это не привиделось ей в ночных кошмарах.

* * *

Алика слышала эту и множесто других историй, и ее страх усиливался. Да, конечно, милая женщина-доктор снабдила ее медицинской справкой, в которой говорилось, что в ее состоянии она не может проходить «оптимизационную терапию». Но это была лишь временная отсрочка. Первоначальная уверенность Алики в том, что правительство после нескольких массовых демонстраций смиренно отступит, испарилась.

Однако, скорее всего, непосредственная опасность ей сейчас не грозила. Некогда красивая девушка страдала от анорексии, и ее внешность сильно изменилась. Лицо исхудало, скулы заострились, кожа потускнела. Блестящие волосы поредели и истончились, а сильное и спортивное тело стало хрупким и костлявым. Семья понимала, что недалек тот день, когда Алику придется госпитализировать, но не для того, чтобы изуродовать ее лицо, а чтобы спасти жизнь подростка с травмированной психикой.

Хотя Алика потеряла веру в силу массовых протестов, протесты нарастали. И нарастали под новым лозунгом: «Ева – это последний случай». Во главе движения «Врачи против калечащих операций» стояли медики. Их возглавляла Илеана Модриго, уважаемый профессор хирургии и бывший правительственный советник с обширными связями в СМИ. Она выступала на многих ток-шоу и конференциях, которые транслировались по радио, наряду со своими коллегами, которые отказались проводить хирургические операции против воли молодых девушек. Они объясняли, что их работа заключается в другом – в лечении больных и укреплении здоровья, и требовали лишать лицензии врачей, оперирующих пациентов против их воли. Однако мейнстримные СМИ, которые уже подхватили идеологию Движения, начали их игнорировать, поэтому они могли выступать только на альтернативных порталах.

Активисты АнтиДвижения распространяли информацию о врачах, проводивших девушкам хирургические операции, и организовывали акции протеста буквально на пороге их домов, которые уже давно были покрыты граффити «Враг женщин», «Красота – не преступление!» и «Преступник ВОТ».

Одному врачу пациентка сказала: «Я наблюдаюсь у вас уже более десяти лет и всегда была довольна. Но я собираюсь найти другого врача. Тот, кто уродует лица молодых девушек против их воли, для меня не врач, а преступник».

Бабушка девочки, которой грозила операция, отвесила врачу пощечину: «Как вам не стыдно! Подумайте, а если бы это был ваш ребенок! Как вы могли так опуститься?!» – «Опуститься? – вскричал доктор, хватаясь за щеку. – Я не делаю ничего плохого, я просто выполняю предписанное судом лечение». Тут на него обрушилась вторая пощечина. «Лечение?! Каждый раз, когда вы будете повторять это вранье о лечении, вы будете получать следующую порцию», – пригрозила пожилая женщина.

Хирург Перри Майлз стал еще одной заметной фигурой в организации «Врачи против калечащих операций». Ему было шестьдесят лет, работе хирурга он отдал несколько десятилетий. Майлз оказался потрясающим оратором. Он говорил с большой энергией, но вместе с тем спокойно, так что каждое произнесенные им слово звучало очень веско. «Я знаю, что большинство коллег разделяют мою позицию и отказываются калечить молодых девушек. Лишь незначительное меньшинство готово это делать. Эти так называемые врачи присоединились к тем медикам, которые всегда были грязным пятном на сообществе медицинских работников, поскольку прислуживали тоталитарным режимам. Каждый врач, участвующий в этих преступных действиях, должен знать, что после окончания правления Движения он будет привлечен к ответственности. Это касается и генетиков, которые пытаются манипулировать генами, чтобы предотвратить рождение красивых людей. И конечно, это касается и так называемых коллег, которые стерилизуют женщин ПК».

Но протестовали не только врачи. Сопротивление росло и в церквах. Верующие ссылались на 1-е Послание Коринфянам 6, 19–20, где говорится, что тело есть храм Святого Духа. Ведущие представители ряда церквей заявили: «Библия говорит нам, что Бог создал человека по своему образу и подобию (Бытие 1, 27). Попытка изменить данную Богом внешность с помощью хирургического вмешательства – это знак неуважения к божественному образу, особенно если это делается против воли человека. Бог дал этим женщинам красоту, и пытаться разрушить эту красоту – грех». Их протесты были направлены и против манипуляций с ДНК с целью сделать людей похожими друг на друга – правительство объявило о выделении значительных средств на поддержку таких проектов. «Бог создал каждого человека уникальным, и не дело людей пытаться стереть эти различия», – говорили верующие. Еврейские общины были не менее активны. В Торе неоднократно упоминается красота Сары, Ребекки, Рахиль и Эстер – это доказательство того, что Бог признает и ценит красоту, утверждали раввины.

И наконец, в ряды оппозиции влилось еще одно движение – женское. Его лидером стала Мэдлин Грант, которая уже более десяти лет вела кампанию за права женщин. «То, что Движение нацелено на одних только красивых женщин, а не на красивых мужчин, доказывает, что это всего лишь новый вариант старого явления – женоненавистничества. Женщин натравливают друг на друга, менее красивых на более красивых. Утверждение, что эти меры не направлены на привлекательных мужчин, потому что те не так сильно выигрывают от хорошей внешности и могут легче преодолеть свои недостатки, – не более чем отговорка. На самом деле это кампания против женщин. Жертвами этих мер всегда становятся исключительно женщины».

Мэдлин Грант проявила смелость, возглавив протесты, – она даже попала в тюрьму «за распространение лозунгов против равенства». Это было новое преступление – в соответствии с законом, который вступил в действие незадолго до этого, «любой, кто активно выступает против усилий по устранению или уменьшению неравенства и несправедливости, включая те их виды, которые предусмотрены законом об уравнивании бонусов, может быть приговорен к десяти годам тюремного заключения».

Был принят и другой закон, в котором говорилось: «Любой, кто распространяет новости, не соответствующие действительности, используя такие термины, как “операция” и “принудительное хирургическое вмешательство”, вместо фактически правильного термина “визуальная оптимизационная терапия”, может быть приговорен к тюремному заключению сроком до трех лет».

Подобные законы стали выражением беспомощности и слабости правительства, которые становились все более очевидными, по мере того как критика властей и демонстрации приобретали все более массовый характер. Теперь на улицы выходили не тысячи, а десятки тысяч человек.

* * *

И вдруг в центре всеобщего внимания опять оказалась Лена. Студентка и активистка Движения стала появляться на многочисленных ток-шоу и везде рассказывала одну и ту же историю. «Доктор Майлз, похоже, слишком поздно осознал свое призвание произносить речи об этике», – говорила Лена. – «Когда я была совсем юной девушкой и думала, что я не… что