Лунар. Книга 2 - Влада Ольховская

А вот зачем кому-то нужна толпа улыбающихся недоумков – не представляю. Но я и не угадаю, так что вопрос мотивации можно пока оставить на нынешнем уровне.

«Как» все равно имеет большее значение, потому что именно ответ на этот вопрос подскажет, каким образом все исправить. Бруции наверняка кажется, что я в последние часы только и делаю, что с задумчивым видом эти псевдо-елки рассматриваю. На самом же деле я пытаюсь прикинуть, что вообще можно сделать, на что указывает эта магическая постановка. Понятно, что любые мои расчеты пока сильно искажены. И все же я думаю, что это либо компьютерная симуляция, либо помещение нас в специально созданные декорации. Увы, и то, и другое указывает, что мы имеем дело с более совершенным видом.

Нет, может, все еще завершится сказочно, и окажется, что они настраивают нас на счастье, чтобы мы в дальнейшем гармонично вписались в царящую здесь утопию. Но что-то я в этом сомневаюсь.

Скорее всего, истинные обитатели этой луны очень и очень далеки от людей. Настолько, что нашим первым желанием было бы стрелять в них, а потом только говорить. Поэтому они налепили кукол, похожих на изящных инопланетян, и швырнули их в милый городок. Это объяснило бы социальную систему, в которой все объясняется тем, что «ну, просто магия». К тому же я смутно припоминаю, что на снимках первой разведки суши было куда больше, а теперь – только два крошечных островка, на которых не могла сформировать такая развитая цивилизация. С замком, но без соседей с дубинами, конечно же.

Или это может быть компьютерная симуляция. В принципе, на «Виа Феррате» есть нечто подобное: система под заданный сценарий быстренько печатает на трехмерном принтере декорации, гримирует и настраивает роботов. Если допустить, что у здешней цивилизации есть некий «принтер», который создает формы жизни, а уже хозяева луны управляют ими издалека, как марионетками, будет примерно то же самое. И тогда весь этот остров просто собирается и разбирается, как конструктор.

– У тебя есть какой-нибудь план? – напомнила о себе Бруция. У нее, видно, прошел очередной кризис разлуки с семьей, и она готова была к действию.

– Найти тех, кто это устроил.

– Почему ты думаешь, что они здесь?

Потому что иначе в этом острове нет смысла. Его, конечно, облепили байками и легендами, но в целом не использовали, да и нам не рекомендовали. Плюс, тут стоит такая защита, что массовое путешествие в эти дебри не случится ни при каком раскладе. Зачем было такое делать? История про королевство всего хорошего не нуждалась в подобном дополнении. А вот если хозяевам луны требовался командный пункт, все становится на свои места.

Но Бруции такое объяснять – долго и бесперспективно, поэтому я ограничился куда более коротким аргументом:

– Потому что.

Кочевница не обиделась и даже не вспылила. Видимо, в родной семье ей тоже частенько доставался этот довод.

Она двинулась быстрее, теперь она не плелась где-то сзади, а шагала рядом со мной, так, чтобы можно было заглядывать мне в глаза при разговоре. Похоже, она перестает меня бояться… Если мы переживем путешествие на луну, надо будет это как-нибудь исправить, я не для того репутацию годами выстраивал, чтоб стать любимцем великовозрастных детей!

– Ты знаешь, как это сделать? – допытывалась Бруция.

– Для начала – посмотреть, что творится у воды.

Я давно уже заметил, что официального запрета на приближение к океану нет, но местные все равно стараются не допустить этого мягкой силой. Того, кто оказывается слишком близко, они отвлекают чем-нибудь приятным. Они не делают туда нормальных дорог, придумывая для этого оправдания. К тому же дымка не развеивается вообще никогда – а должна бы! Похоже, этот элемент декораций у них дал сбой с самого начала, и они никак не могут его исправить. Хотя ума не приложу, что могло пойти не так, воду они рисовать умеют – она тут и в реках есть, и в озерах, и проточная даже. Ну и плюс магия воды, куда ж без нее!

А океан спрятан. Вот и как мимо такого пройти?

Впрочем, к океану пока не подобраться. Если на светлом острове можно было отыскать хоть какой-то спуск, пусть и подходящий для самых отчаянных, то здесь, куда ни сунься – сплошные обрывы. Остров заканчивается так резко, что из земли торчат крепкие почерневшие корни. А дальше – десятки метров пустоты и клубящаяся дымка, под которой скрыто непонятно что.

Все это не может быть настоящим. Они допустили определенные проколы сюжета, они должны были допустить ошибку и в охране. Я уже нашел бы ее, если бы на нас не влияли как-то еще…

А это происходит. Понятия не имею, как, но мышление притупляется на самом примитивном, физическом уровне. Я невысокого мнения о моих спутниках, и все же я признаю: они ведут себя нетипично расслабленно. Адмирал со своей бабкиной радостью, Мира и Бернарди… да много кто! Они не под непробиваемым влиянием, это точно не тот вид гипноза, который практиковался на «Слепом Прометее». Но я могу сравнить их состояние с легким опьянением: ты осознаешь себя и реальность, однако ж ремонт ракетного двигателя проводить не рискнешь.

Сначала я был несколько смущен, что это влияет на всех, кроме меня. А потом сообразил: на меня тоже влияет, просто немного по-другому. К тому же собственную глупость осознать сложнее всего. Это вам любой дурак… не скажет, потому что не осознает.

В общем, я тоже под влиянием. Я понял это в момент, когда хотел принять нейростимулятор, чтобы соображать быстрее. Но в экстремальных обстоятельствах я это делаю мгновенно, а вот если просто надо бы, сначала провожу проверку. К моей печали, за годы охоты и побед мне пришлось заплатить: сердце у меня не лучшее, агрессивное химическое воздействие переносит паршиво, вон, уже и на «Виа Феррате» отключалось. Надо будет подумать о том, чтобы вырастить новое через медицинского клона – хотя вопрос в том, кому доверить пересадку!

Сейчас важно не это, а то, что показала стандартная проверка. Нельзя мне нейростимуляторы и прочую дрянь сильного воздействия. Потому что я уже немножко умираю.

То, что я этого не замечал, – тоже элемент влияния извне. А вот проверка через нейрочип показала, что у меня знатно повышена температура – тридцать восемь уже не первый день. Сердечный ритм в полтора раза выше допустимого. После этого я запустил анализ крови, и он меня тоже не порадовал. Я планировал настроить организм на активную борьбу – но пока что