Шеф Хаоса. Книга 1 - Юрий Розин

На одиннадцатой бутылочке вовсе почувствовал, как что-то теплое стекает из носа на губы. Даже проверять не надо было, чтобы понять, что у меня пошла кровь.

По идее на этом моменте любой разумный человек остановился бы, прекратил пить эликсиры и просто подождал бы, пока лишняя мана не выйдет из тела естественным путем. Однако, решившись на проведение процедуры перерождения крови, я уже вычеркнул себя из числа разумных людей.

Так что я просто допил одиннадцатую бутылочку и взялся за двенадцатую. Единственное, что изменил — я начал пить эликсир не залпом, а малюсенькими глотками, чтобы мана накапливалась в теле как можно более постепенно.

Тем не менее, вскоре кровь потекла уже не только из носа. Из ушей и глаз начали идти горячие ручейки, во рту ощущался привкус железа. Но даже это еще не было той кондицией, какую я ждал.

Половина пятнадцатой бутылочки исчезла в горле, и, наконец, я ощутил проступающую на спине влагу. Вот только это был не пот. Кровь начала сочиться даже из пор кожи.

Когда подошел к концу шестнадцатый бутылек, наступил самый критический момент. Я вплотную подобрался к той самой грани, за которой меня ждало неизбежное и мучительное падение в пучину смерти.

Теперь после каждого глоточка эликсира я ждал почти минуту, чем дальше, тем больше увеличивая паузы, прислушиваясь к ощущениям в теле. И с каждой секундой эти ощущения становились все менее и менее приятными.

Давление и тяжесть переросли в боль, в животе началась резь будто при аппендиците, дыхание перехватило, сердце будто лишилось сил нормально биться, из-за чего резко стало еще тяжелее, перед глазами все поплыло, в ушах зазвенело.

Я не мог заранее предсказать, когда встану на край пропасти, но чувствовал, что подхожу к нему все ближе и ближе. Семнадцатая бутылочка. Половина восемнадцатой. Три четверти.

Очередной глоточек. Пауза…

Внутри будто бы натянулась тоненькая леска — последнее, что удерживало меня от падения за край. Это была она. Грань насыщения тела маной.

Самая выматывающая с точки зрения напряжения и выжидания часть подошла к концу. То, что будет дальше, уже будет происходить куда быстрее. Вот только «быстрее» также означало «больнее».

Намного больнее.

Насколько смог глубоко вдохнул и выдохнул, затем мысленно активизировал всю ту ману, что сейчас содержалась в покрывавшей мое тело крови. И вот тут то, что я был Элементалистом, причем Элементалистом огня, вообще не играло мне на руку.

Мое тело загорелось в одну секунду. Все, от макушки до пяток, охватило пламя.

Спасительным было то, что, хотя я весь был покрыт кровью, это были излишки, которое не приняло тело, и концентрация маны в ней была довольно мала. Огонь не был таким большим и ярким, как когда применял магию осознанно, и сейчас я не вспыхнул факелом.

Скорее это было похоже на горение пламени газовой плиты: тусклое, слабо заметное синеватое пламя, язычки которого были лишь пару сантиметров высотой.

Тем не менее, это все еще было пламя. С соответствующей температурой. И кровь уже никак не помогала мне затушить или отсудить пламя, ведь горела она сама.

Тело начало стремительно покрываться ожогами, включая внутренние поверхности слизистых. При этом из-за невероятной концентрации маны в теле, все повреждения заживали едва ли не быстрее, чем появлялись. Даже глаза, от высоких температур грозящие просто лопнуть из-за повышения внутреннего давления, тут же восстанавливались до исходного состояния, стоило им лишь немного деформироваться.

Так что смерть от ожогов мне совершенно точно не грозила. К тому же, так как кровь горела магическим, совершенно бездымным пламенем, удушья я тоже успешно избегал.

Вот только это ни на йоту не отменяло того, что Я, СУКА, ГОРЕЛ!!!

Сложно представить, каких усилий мне стоило не упасть на пол и не начать кататься в агонии. Львиную долю заслуг за это стоило приписать напрочь одеревеневшему от перенасыщения маной телу и притупленным от того же самого нервам.

На фоне этого другая боль, которую я сейчас по идее должен был испытывать — боль от неестественно масштабной активации магии, почти не ощущалась.

Если я превышу грань насыщения маной, то неизбежно погибну, а если буду поглощать эликсиры слишком медленно, то идущий сейчас процесс самовоспламенения остановится из-за недостаточного количества исходящей из тела энергии, и тогда все придется начинать заново.

И вот тут, кстати, тот факт, что я был Элементалистом огня, мне в каком-то смысле даже помогал.

Как только я замечал, что пламя на теле в каких-то местах начинает тухнуть, я делал глоток эликсира. И это было достаточно просто, если забыть про то, что это нужно было делать, терпя боль.

Радовало одно. Процедура, дойдя до этой стадии, должна была закончиться максимум минут за десять.

Смысл происходящего был в том, чтобы кровь накрепко слилась с маной в единое целое. Это достигалось чем-то вроде эффекта цепной реакции, которая, начинаясь с покрывавшей тело крови, непрерывно поддерживавшей активированное состояние, в котором кровь и мана становились единым целым, проникала в тело и постепенно проводила такое же слияние со всей кровью в теле.

И хотя я выпил уже двадцать бутыльков эликсира, благодаря тому, что я был только первым уровнем, количество маны в моем теле было крайне ограниченно, и перерождение ее всей не должно было занять слишком много времени.

Двадцать первая бутылочка. Половина двадцать второй. Три четверти. Вся до конца. Со внутренним содроганием, представляя, что, если у меня сейчас закончатся запасы эликсира, чего я изначально совершенно не ожидал, собираясь уложиться где-то в пятнадцать бутылочек, то мне придется начинать все сначала, я открутил крышку последнего, сделал глоток, второй, третий…

По всему телу прошла яростная волна жара, быстро перешедшая в уже самую настоящую судорогу. Пламя на коже резко вспыхнуло факелом почти до потолка. Благо, я додумался заранее отключить пожарную тревогу.

Однако, несмотря на новую порцию боли, мои мысли в этот момент были полны успокоения и восторга. Потому что настолько мощная реакция могла означать только одно. Процедура завершилась успешно.

Потом все