Шеф Хаоса. Книга 1 - Юрий Розин

Левой рукой — той, что в крови, — я взмахнул вперёд, как будто плеснул водой в лицо. Капли крови сорвались с ладони, полетели в воздухе, и я активировал магию огня.

Кровь вспыхнула.

Не так, как раньше. Ярко. Ослепительно. Огонь взорвался в воздухе, как будто я бросил в них горсть напалма. Жёлто-оранжевые языки обхватили лица бандитов, схватились за куртки, за волосы, за кожу.

Они заорали.

Тот, что с монтировкой, отшатнулся, уронил инструмент и схватился за лицо. Пламя жгло его щёки, лоб, подбородок — я видел, как кожа краснела, покрывалась волдырями. Тот, что с пистолетом, дёрнулся назад, попытался поднять ствол, но огонь полыхнул у него перед глазами, и он завопил, зажмуриваясь.

— Мать твою! — рявкнул один.

— Горю, сука, горю! — взвыл второй.

Они пятились, спотыкались, махали руками, пытаясь сбить пламя. Огонь держался секунд пять, может, семь, потом начал гаснуть — крови было мало, топлива не хватало. Но этого хватило.

Я перевел взгляд на то, что было дальше. В нескольких метрах от двери стояли еще двое с пистолетами наизготовку, видимо прикрытие. А у дороги, как я думал, стоял чёрный «Мерседес». Не «Гелик», но тоже дорогой — седан, длинный, с блестящими дисками и тонированными стёклами.

Маг, скорее всего, сидел внутри.

Я сжал бутылку в правой руке, взглянул на фитиль. Кончик торчал, пропитанный моей кровью. Я активировал магию огня — не в ладони, а в самой крови, что пропитала ткань. Фитиль вспыхнул мгновенно, я не стал ждать. В отличие от коктейля Молотова, который вспыхивал только когда бутылка разбивалась, этот вариант должен был вспыхнуть внутри бутылки от количества пропитанной маной крови.

Замахнулся.

Бросил.

Бутылка полетела по дуге, вращаясь в воздухе, фитиль оставлял за собой тонкий след дыма. Она пролетела метров восемь, может, девять, раз ударилась о землю, отскочила и залетела ровно под «Мерс».

В следующую секунду я заметил, как дернулась машина, а еще через пару мгновений из-за заднего бампера перекатом рванул человек. А затем бутылка взорвалась.

Не хлопок. Не вспышка. Взрыв.

Пламя рвануло вверх и в стороны, сразу охватило весь капот, полезло на крышу. Лобовое стекло треснуло, посыпалось осколками. Огонь хлынул внутрь салона, схватился за обивку сидений, за приборную панель.

Машина содрогнулась, металл взвыл, и следом грохнул второй взрыв — бензобак. Ударная волна толкнула воздух, и я почувствовал её даже на расстоянии десяти метров — горячий ветер ударил в лицо, в грудь, заставил зажмуриться.

Пламя взметнулось на три, может, четыре метра вверх. Языки огня схватились за рассаженные вдоль тротуара деревья — молодые клёны, их листва вспыхнула мгновенно, как бумага. Ветки почернели, скрючились.

Сто миллилитров моей крови. Может, чуть больше. Это всё, что было в бутылке.

Холодок пробежал по спине. Не страх. Осознание масштаба. Если сто миллилитров делают это, то что будет, если я выпущу литр? Два? Можно же, наверное, подкопить и собрать десяток литров, особенно с использованием эликсиров. Я тогда, правда, не смогу весь объем напитать достаточным количеством маны, чтобы также бахнуло. Но это явно будет тот случай, когда количество переходит в качество.

Впрочем, времени думать не было.

Движение справа.

Я дёрнул головой. Из тех двоих, что стояли чуть поодаль и пришли в шок от того, что я огнем прямо из рук швырялся, наконец пришли в себя. Один выхватывал пистолет из кармана, второй уже держал ствол в руке и поднимал его в мою сторону.

Я шагнул назад, за край стальной двери, и вытащил свой пистолет из-за пояса. Рукоять холодная, тяжелая. Я сжал её, большой палец лёг на предохранитель, указательный — на скобу.

Сердце ухнуло в грудь. Один удар. Второй. Я пару раз ездил в настоящий тир с отцом, так, чисто по приколу, так что пользоваться оружием в целом умел, но направлять его на людей — это было совершенно иное.

Первый выстрел грохнул справа. Пуля ударила в дверной косяк в десяти сантиметрах от моего плеча, металл звякнул. Я пригнулся ниже, прижался спиной к двери. Второй выстрел. Третий. Пули били в стену, в дверь, в косяк — глухие удары, звон металла, запах гари и пороха.

Четвёртый выстрел. Тишина.

Выжидают? Или просто не видят меня?

Я стиснул зубы, перехватил пистолет обеими руками и выглянул из-за края двери.

Двое. Один слева, один справа. Левый стоял у края тротуара, пистолет в вытянутой руке, целится в мою сторону. Правый чуть ближе, метрах в четырёх, пистолет опущен, всматривается в дверной проем.

Я поднял ствол, прицелился в левого. Мушка, целик, центр масс — грудь, чуть ниже ключицы. Выдох. Палец на курке. Нажал.

Отдача ударила в ладони, ствол дёрнулся вверх. Грохот оглушил. Я не видел, попал ли я — дым, вспышка, всё смазалось. Я перевёл ствол правее, на второго, и выстрелил снова. Потом ещё раз. Третий выстрел. Четвёртый.

Не целился. Просто стрелял. Быстро. Как учили — не думай, не мнись, стреляй, пока есть цель.

Левый дёрнулся, схватился за плечо и упал на колено. Кровь. Тёмное пятно расползлось по куртке. Правый отскочил за дерево, пригнулся, пистолет всё ещё в руке.

Я не стал ждать. Рванул вперёд, от двери к баррикаде из мешков с песком. Ноги сами несли меня, дыхание сбилось, в ушах гудело. Пятый выстрел грохнул справа, пуля просвистела мимо, ударила в асфальт позади меня. Шестой выстрел. Я нырнул за мешки, упал на колени, прижался спиной к песку.

Мешки. Три ряда, каждый по пять мешков, сложенные лесенкой. Высота — чуть выше метра. Достаточно, чтобы прикрыть корпус, если сидеть. Я пригнулся ниже, перевёл дыхание.

Пуля ударила в мешок надо мной, песок просыпался тонкой струйкой на плечо. Ещё выстрел. Ещё один. Они стреляли — не видя меня, просто в направлении баррикады. Пули били в мешки, в землю рядом, в стену ресторана за моей спиной.

Я сжал пистолет, прижал его к груди и закрыл глаза на секунду.

Всё дрожало. Руки, ноги, дыхание. Не страх. Адреналин. Я стрелял