Дорога к магии без легких шагов - Андрей Викторович Стрелок

Распоряжение о задержании Цуй Пиня поступило ровно через неделю безуспешных допросов вампира. Капитан Си обмолвился, что тварь даже страдая от жажды не спешит раскалываться, впрочем, этого и не требовалось после недолгого наблюдения за лавкой.

За алхимиком отправили троих: сержанта Мэня, рядового стражника Чоу и Олега. Этого считалось более чем достаточным. Девяностолетний старик, пусть и практик ци, не выглядел угрозой, требующей усиленного наряда. Присутствие цуаня объяснялось просто — подстраховка. Любой, кто хотя бы формально владел магией, автоматически переходил в категорию потенциально опасных.

Лавка Цуй Пиня находилась в старой части Шанду, на улице, где каменная кладка домов темнела от времени, а запахи сушеных трав и настоек въелись в стены так глубоко, что, казалось, их уже невозможно выветрить.

Невысокое двухэтажное здание с потемневшей черепичной крышей, резные деревянные ставни, облупившаяся вывеска с выцветшими иероглифами: «„Снадобья долголетия и ясного духа“». Когда-то надпись, вероятно, была яркой, почти вызывающей, но годы сделали ее скромной и неброской.

Едва они приблизились, Олег ощутил слабое давление на периферии восприятия. Защитные чары. Простейшие, скорее формальные, чем действительно боевые: отпугивание мелких духов, гашение случайных проклятий, защита от поджога и взлома. Узоры силы были неровные, местами подлатанные, как старая одежда. Чувствовалась рука практика, который давно не обновлял защиту, полагаясь больше на репутацию, чем на актуальные меры безопасности. Мэнь толкнул дверь.

Внутри лавки царила темень и теснота. Длинный прилавок из потертого дерева тянулся вдоль стены, его поверхность была испещрена царапинами, следами от пролившихся эликсиров и застывших капель воска. За прилавком аккуратные полки, заставленные керамическими и стеклянными сосудами самых разных форм. Пузатые бутылки с мутноватыми жидкостями, тонкие флаконы с прозрачными настоями, коробочки с порошками, свертки пергамента с высушенными кореньями и листьями. Некоторые сосуды были помечены аккуратными бирками, другие лишь короткими, понятными, видимо, одному хозяину значками.

Запах стоял характерный. Смесь горьких трав, часть из которых Олег узнавал, спиртовых настоек, смолы и чего-то еще, тонкого и едва уловимого, напоминавшего озон после грозы.

За прилавком сидел молодой мужчина, помощник алхимика. Лицо спокойное, чуть уставшее, руки в пятнах от химических ожогов. Он как раз раскладывал какие-то свертки, когда дверь скрипнула. Мэнь не стал тянуть.

— Где Цуй Пинь?

Помощник вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

— Учитель отдыхает наверху, -ответил он, слегка поклонившись. — Он не принимает посетителей в это время.

Сержант бросил на него короткий, оценивающий взгляд.

— Чоу, остаешься здесь. Вход под охрану. За этим присматривай. Чтобы никуда не делся.

— Есть, буюй, -отозвался Чоу и занял позицию у двери, положив руку на рукоять меча. Мэнь жестом велел Олегу следовать за ним.

Лестница на второй этаж находилась за прилавком. Пока они поднимались, Олег еще раз просканировал дом сенсорикой. Защитные чары тянулись вверх, но там они были еще слабее, почти символические. Это его настораживало. Практик, проживший столько лет, обычно либо усиливает защиту личных покоев, либо вообще не полагается на нее, рассчитывая на собственную силу. Среднего не бывает.

Лестница закончилась коротким коридором, ведущим вглубь второго этажа. Тут запах трав и вытяжек стал гуще, он не смешивался с уличной пылью, как в лавке внизу, а висел ровным слоем, въевшись в стены, потолок и мебель. Комнаты выглядели обжитыми и аккуратными. Никакой роскоши, но и следов запустения не было.

Вдоль стен стояли шкафы, забитые свертками, ящиками и глиняными сосудами с аккуратно выведенными иероглифами. На столах лежали ступки, ножи, пучки высушенных корней, связки грибов, полоски засушенного мяса и кожи. Здесь не чувствовалось суеты торговца, живущего одним днем. Это было жилище человека, который десятилетиями занимался одним и тем же делом и не видел причин что-либо менять.

В дальней комнате оказалась спальня. Узкая кровать с плотным матрасом, сундук у изножья, низкий стол, заваленный бумагами. За этим столом и сидел Цуй Пинь.

Он был одет в простое зеленое одеяние без знаков различия и украшений. Длинные седые волосы были собраны в хвост, спина оставалась прямой. Когда старик повернулся к вошедшим, Олег машинально отметил, что ожидал увидеть дряхлую горбатую развалину. А перед ними сидел мужчина, которому на вид было не больше семидесяти. Крепкое телосложение, ясный взгляд. Его аура светилась устойчиво, без дрожи и провалов, а Искра в районе солнечного сплетения имела среднюю насыщенность. Цуй Пинь с укором посмотрел на стражников.

— По какому праву городская стража врывается в мой дом? -спросил старик, не повышая голоса. Мэнь сделал шаг вперед.

— Гоподин Цуй, по приказу начальника стражи вы задержаны.

Алхимик скривился, и в этом выражении было больше раздражения, чем тревоги.

— Интересно, за что? Если какой-то идиот отравился моими снадобьями или использовал их не по назначению, это не моя вина. Я не отвечаю за чужую тупость!

Он уже собирался продолжить, но взгляд внезапно сместился в сторону Олега. Рот мастера приоткрылся, глаза расширились, дыхание сбилось. Олег почувствовал странное, крайне неприятное ощущение, будто кто-то бесцеремонно полез ему под кожу, перебирая внутренности. Он понял, что Цуй Пинь смотрит не на тело, а глубже.

— Что с вами? -позволил себе спросить Олег, делая вид, что не замечает происходящего.

Цуй Пинь молчал несколько мгновений, затем медленно выговорил:

— Что ты вообще такое?

— Цуань, -спокойно ответил Олег. — А что?

Алхимик качнул головой.

— Нет. Ты не цуань. Ты вообще не похож ни на что виденное мной раньше.

Внутри у Олега все сжалось. Он ясно понял, что ситуация выходит за рамки обычного задержания.

Этот старик видел слишком много. Не догадки, не подозрения, а конкретные наблюдения. Если Цуй Пинь успеет открыть рот и описать увиденное кому-то, объяснений уже не примут. Начнутся проверки, расспросы, вмешательство ведомств, интерес к его происхождению, к природе Искры, к странной структуре каналов и сидящему внутри духу. Олег и так выделялся сильнее, чем хотел.

План созрел мгновенно. Если свидетелей не останется, никто ничего не расскажет. Сопротивление при задержании. Алхимик применил огненное заклинание. Олег мысленно обратился к Лэяо:

— Нужно «„голубое пламя“».

Ответа не последовало, но он почувствовал, как циркуляция в меридианах резко усилилась. Сознание Лэяо без лишних слов начало выстраивать узор заклинания. Линии силы сомкнулись, переплелись, ускорились.

Цуй Пинь почувствовал неладное. Он оттолкнулся от стола и сделал шаг назад, его лицо впервые исказилось не раздражением, а тревогой.

— Что вы делаете? -резко спросил он.

Мэнь, не понимая причин напряжения, шагнул следом.

— Руки вперед, -приказал он. — Без глупостей. Сейчас наденем кандалы, и вы спокойно пойдете с нами.

Олег