Темный Охотник #13 - Андрей Розальев

— Да. А грузовое метро… это как метро, только грузовое, — «объяснила» Полина. — Я это так представляю, что там будут автоматические тележки ездить и развозить товары со складов по магазинам. По рельсам же это быстрее и дешевле.

— Это было бы очень дорого и с непонятным сроком возврата инвестиций, — заметил дед. — Но у тебя тоннель «на сдачу» со строительства, и это меняет расклад. Узкоколейку по готовому тоннелю проложить несложно, да и тележки под стандартные поддоны — не так уж сложно. У инферн наверняка и сварщики, и слесаря найдутся, сами же и соберут. Зато сидеть сложа руки не будут, втянутся в обычную жизнь постепенно.

— Безделье — серьёзная проблема, — кивнул Голицын.

Полина переключила слайд, и на экране закрутились закольцованные кадры панорамы кальдеры, снятые Аней с воздуха.

— Вот что меня вдохновило, — девушка нажала на паузу. — Смотрите, какие остроконечные пики. Линия неровная, и хотя в целом одни горы похожи на другие, этот рисунок не повторяется. Я проверила, даже похожих участков нет, если брать сколь-нибудь значительный отрезок.

— Это же природа, — согласилась Ариэль.

— А вот это — город, — Полина открыла следующий слайд, на котором одинаковые дома тянулись друг за дружкой, как солдаты на параде. — Кто скажет, какой?

— Москва, Бутово, — хмыкнул Разумовский.

— Нет, Ваше Сиятельство, это Набережные Челны! — девушка сменила слайд на другой. — Вот Бутово!

— Это ведь та же самая фотография? — нахмурилась Анастасия Борисовна.

— Найдите десять отличий, Ваше Величество, — Полина ещё раз щёлкнула клавишей.

Теперь две фотографии оказались рядом, и при всём их сходстве всё же видно было, что это разные районы. Но как видно… надо было приглядеться, чтобы это понять. Мало того, что несколько подряд одинаковых домов, так ещё и в разных городах одно и то же.

— У нас преподаватель по промдизайну такие фотографии коллекционирует, — объяснила Полина, пролистнув ещё несколько районов-близнецов. — Вот Петербург, а вот Нижний Новгород. Вот Москва, а вот Екатеринбург. Черёмушки, Омск и Новосибирск. Да в любой спальный район можно зайти и потеряться. Одинаковые дома, одинаковые улицы, всё одинаковое.

— Хорошо, что ты показала эти фотографии, — покачал я головой. — Мне сначала виделось самым простым решением поднять дом-кольцо, по всему периметру, сплошной стеной. Но сейчас смотрю на эти муравейники и понимаю, насколько это была плохая идея.

— Кстати, есть исследования, которые доказывают связь между монотонной застройкой и числом самоубийств, — поделилась Аня. — А инфернам сейчас стрессов и так хватает, ещё переезд в другой мир, другой климат, да и вообще…

Она бросила взгляд на Тессу. Мда… Мы не спрашивали, кто откуда родом, но Тесса осталась, не пошла с первой партией, видимо, не из Фаэбракса. А значит, с высокой вероятностью все, кого она знала — мертвы.

— Ты говорила про кальдеру, — напомнила Ариэль.

— Да! — Полина переключила слайд, и на нём появился ряд домов разной этажности и длины, стоящих параллельно. — Вот смотрите. 8, 7, 12, 16, 5, 7, 14, снова 14 и 9 этажей. Даже одна только разная этажность уже сбивает монотонность. А у них ещё и длина разная, а значит, и ландшафт дворов будет разным. Вот, например, два высоких коротких здания подряд — здесь можно перед ними поле для футбола устроить. Инферны играют в футбол?

— У нас есть похожие игры, — кивнула Тесса.

— А вот длинное здание, — Полина показала на эскиз, — оно выпирает вперёд и визуально разбивает территорию. Но чтобы проще было пройти, в длинных зданиях можно сделать арки.

Сменился слайд, и на экране тот же эскиз раскрасился разными цветами.

— Если добавить цвета, то дома становятся совершенно не похожи один на другой, — продолжила Полина. — Но и хаотичным нагромождением тоже выглядеть не будут. При этом здесь всего две разных планировки подъездов! Чтобы Ярику было проще.

— Последовательность случайная, или есть какая-то закономерность? — спросил дед.

— Это число «пи», — улыбнулась Полина. — Сто километров в диаметре, 314 км в окружности. Само напрашивалось. Оно иррациональное, и в нём вообще нет повторяющихся паттернов.

— И сколько всего получается домов? — спросил Голицын.

— 99 секторов по 99 домов, 9801 дом, — наш архитектор вывела слайд с инфографикой. — А ещё два больших моста через Оку в тех местах, где она ныряет в эпицентр, два десятка каналов для мелких речек, которые пройдут между домами, пять пассажирских терминалов со стороны сближения с соседними крупными городами, тридцать два логистических узла, одна Стена и две водные крепости.

— Какая стена? — переспросил Разумовский.

— Защитная Стена, — сразу понял я. — Эпицентр же буквально под окнами, и от него надо отгородиться. Там и отпугиватели, и стража, и пулемётные гнёзда.

— И ров ещё, — добавила Полина. — Стена в баланс масс не входит, и грунт для её создания придётся брать на месте. Получится ров, как в Арапахо.

Ещё щелчок — и на экране появился чертёж. Ну или может эскиз.

— Это разрез кольца, только он не в масштабе, — поспешила объяснить Полина. — Изнутри наружу: ров, стена, вдоль неё пустое пространство и дорога для военной техники, если понадобится, потом почти километровая парковая зона, под которой три нитки метро, причём грузовое примыкает к подвалам домов, для выгрузки-погрузки. Ну и технический тоннель проходит сквозь нижний, второй ярус подвалов. За линией жилых домов — кольцевой проезд и парковки, и дальше зона общественных зданий, включая вокзалы, логистические хабы, садики и школы, ещё дальше — транспортное кольцо, которое должно стать ключевой транспортной магистралью, связывающей все окрестные города. А уже за ним — промышленные центры, в первую очередь переработка ресурсов, добываемых в эпицентре.

Последний слайд — и на нём умница разместила схему транспортных магистралей, хабов и центров переработки.

По всему получалось, что с появлением этого города экономическая жизнь вокруг очень сильно активизируется.

— Похоже на ожерелье, — заметила Анастасия Борисовна. — Или браслет. И сами дома — как бусинки. Как по мне, очень симпатично.

Она посмотрела на Шони, и только сейчас я обратил внимание на то, с каким выражением на лицах сидели она и Бротегар.

Князь смотрел на Полину, будто