Дикая Тварь из Дикого Леса - Виктор Гвор

- То есть, разложим по базису, состоящему из ортогональных функций? - подхватывал Внук, нехорошо ухмыляясь. – И перерешаем шмыглову прорву ныне нерешаемых задач, поскольку эта штука прозрачным образом ведёт себя при дифференцировании, интегрировании, сдвиге функции по аргументу и свёртке функций…

На этом страшном заклинании княжна напрочь теряла нить разговора и возвращалась к выданным ей задачам. Анна и Кима даже не пытались вникнуть в ту заумь, что несли эти двое. Баар Сик же слушал с выражением благоговения на лице, хотя у Сейлы нередко возникало ощущение, что её однокурсник тоже не слишком понимает, о чём идёт речь.

Второй парой должна была быть магическая специализация, но госпожа Потанская вдруг решила устроить практику в клинике для бедных. Традиционно не забывая старательно подчеркивать сословные различия. Совсем забыв, что у четвёртого курса не две пары, а четыре. Конечно, на факультативы спецгруппа не ходила, предпочитая заниматься физикой самостоятельно, а «боевой и физической» с ними занимался Внук, но Сейла сомневалась, что блистательная Мералинарда интересовалась подобными мелочами.

Клиника имени Первого императора встретила группу гулкой тишиной заброшенного склепа и специфическим запахом болезни. Воняло лекарствами, гноем, кровью, тухлятиной, экскрементами и немытыми телами. В приёмной комнате практикантов встретили трое: героических размеров женщина, играющая в шахматы со здоровенным мужиком, и худенький старичок лет восьмидесяти.

Дама щеголяла богатырским размером плеч, монументальным бюстом, гривой густых иссиня-черных волос, немигающим змеиным взглядом и белым халатом, такое ощущение, что сшитым из двух простыней.

Её партнёр по игре значительно превосходил размерами среднего волколака, хотя до рушей все же не дотягивал; сложная татуировка плотно покрывала лицо и наголо обритый череп, спускалась на толстенную шею и исчезала в вороте рубашки, чтобы вынырнуть из рукавов на запястьях. Часть рисунка просвечивала через окладистую бороду. Серые невыразительные глаза оживали, только когда их взгляд переходил с доски на грандиозное декольте партнёрши.

Как ни удивительно, но миниатюрный старичок не терялся на фоне этой парочки. Маленький, проворный, он ни на минуту не оставался неподвижным, словно пытался возместить своей активностью малоподвижность героев. Именно он и отреагировал на появление студентов:

- Больные? А куда я вас положу, спрашиваю я? – старик выскочил из-за стойки и забегал по помещению. – Откуда я возьму хотя бы одно койко-место, спрашиваю я?

- Мы практиканты, - перебил его Внук. – Целители. Из магической академии.

- Практиканты? – прищурился старичок. – А зачем мне практиканты, спрашиваю я? К чему мне ваша практика, если за это не платят, спрашиваю я?

- Мы целители, - подчеркнула Сейла.

- Целители? – старичок даже на мгновение остановился. – А зачем нам целители, спрашиваю я? Вы же не собираетесь мне сказать, что готовы лечить нищих, спрашиваю я, совершенно бесплатно?

- Почему Вы так считаете? – спросила Кима.

- Вы когда-нибудь видели, чтобы целители лечили нищих, спрашиваю я? Вот заболеет, к примеру, княжна Сторская, или герцогесса Натайнлайн, к ним вызовут целителя. Но что делать в нашей богадельне княжне Сторской и герцогессе Натайнлайн, спрашиваю я?

- Я не болею, - испуганно сказала Сейла, замотав, на всякий случай, головой.

- Я тоже, - поддакнула Кима. – Мы пришли лечить больных. Нас прислала госпожа Потанская.

- Лечить больных, спрашиваю я? – от удивления старичок замер.

- Мат! – густым басом прогудел здоровяк, передвинув слона на доске, и поднялся, разминая плечи. – Дед Хорта, пусти их. Вдруг, кого-то и вправду вылечат.

Старикан развернулся к коллеге:

- Кого они вылечат, спрашиваю я?

Бугай сделал шаг вперёд:

- Кого-нибудь.

Старик кинулся к нему и остановился в локте от оппонента:

- Не вылечат!

Взгляд наклонившего голову здоровяка упёрся в макушку деда:

- Вылечат!

Тот задрал голову, выставив вперёд узенькую бородку, словно наконечник рыцарского ланса, и, глядя в глаза бугаю, уверенно произнёс:

- Не вылечат!

- Вылечат!

- Не вылечат!

С каждой фразой старичок пытался наскочить на собеседника, словно молодой петушок на матёрого хряка, и, в соответствие с законом сохранения импульса, отскакивал от живота здоровяка и летел назад, теряя равновесие. Стоящий непоколебимой скалой бугай ловко ловил оппонента, возвращал на место и басил:

- Вылечат!

- Не вылечат!

- Вылечат!

- Не вылечат!

Женщина в серо-белой хламиде отвлеклась от созерцания позиции на доске, ухмыльнулась, взглянув на превратившихся в механическую скульптурную группу коллег, и грустно вздохнула, кивнув гостям:

- Вот ведь два придурка! Они даже не поняли, что к нам пришли княжна и герцогесса. Но почему-то эта гора мышц постоянно меня обыгрывает. Загадка мироздания, не иначе. – Она перевела взгляд на практикантов. – Идите куда хотите, Ваши Светлости, и делайте что хотите. Больные в палатах с обеих сторон коридора, кроме двух первых дверей. Легких там нет, лёгких, мы домой отправляем. А тяжёлых, если они ходить еще могут, в морг. Вам средние достались.

***

Под конец дня госпожа Потанская, на всякий случай, решила заглянуть в лечебницу. Всё-таки, объявив практику, она возложила на себя некоторую ответственность за студиозусов. И стоило хотя бы убедиться, что ничего страшного не случилось. Всё же две титулованные студентки…

В приёмном покое давно выживший из ума диагност Хорто и имбецил-непротивленец Варин, уставившись друг другу в глаза (из-за разницы роста линия взглядов была практически вертикальной), вели напряженную дискуссию:

- Вылечат!

- Не вылечат!

Расположившаяся за стойкой Васпа, страдающая только хронической депрессией и некоторой заторможенностью, подняла глаза на Потанскую:

- Привет, Мера! А твои студенты ушли. Не очень давно. У них всё в порядке. Наверное. Криков не было, ну или я не слышала.

- А с этими что?

Васпа пожала плечами:

- Спорят. Уже несколько часов.

- Ладно, я пошла, Легких вам больных.

- Лёгких у нас нет. Мы их домой отправляем, - констатировала медик. – Тяжелых, если они ходить еще могут, в морг. А всех средних твои студенты вылечили.

- Что? – остолбенела Мералинарда. – Как всех?

- Всех, кто был в палатах, - кивнула Васпа. – И кто в морге ещё дышал, тоже. И мальчика, с гнойным перитонитом который. И музыканту отрубленный палец прирастили. Всех вылечили. Вообще всех… Нас теперь уволят? Раз нет больных? Ты же умная, Мера, скажи.

- Не уволят, - выдавила Потанская. – Других больных привезут. А студентов я к вам больше не буду присылать.

Глава 25

Внук

Внук