Системный тактик - Максим Игоревич Крынов

— А если нарушить договор выгоднее, чем выполнить?

Эдвин слегка улыбнулся, словно я наконец задал ожидаемый вопрос.

— Вейры не нарушают условий. Их репутация в этом плане безупречна. Если даже они и убивают кого-то, чтобы не выполнять обязательств, то я об этом даже слухов не слышал.

— Значит, им доверяют потому, что они предсказуемы и честны?

— Именно. Хороший союзник не обязательно любит тебя. Достаточно, чтобы ты понимал, при каких обстоятельствах он останется рядом, а при каких отойдёт в сторону. Когда мы обсуждали твою помолвку, в договор включили даже условия пересмотра и отмены помолвки на случай, если твоя сила или сила твоей невесты заметно уменьшится. Твой срыв, если честно, не слишком значимое событие, и, если тебе интересно мое мнение, вряд ли Вейры отменят помолвку, если узнают правду. Пересмотрят условия — да, но не отменят: родство с нашим Домом — слишком уж хороший шанс для них увеличить влияние. Но! Если ты не сможешь продолжить обучение в лицее и лишишься перспективы стать исследователем, они воспользуются соответствующим пунктом.

— А если ослабеет моя невеста?

— Мы получим такое же право. И они отреагируют столь же спокойно.

Судя по воспоминаниям, для Корбина помолвка представлялась чем-то почти священным, окончательным и не зависящим от обстоятельств. Реальность оказалась куда практичнее: два Дома подготовили объединение активов, влияния и наследственных линий, предусмотрительно добавив возможность отказаться от «неудачного вложения».

Не слишком романтично, зато честно.

Отец написал на листе слово «Вейры» и провёл от него линию к небольшому кругу, обозначавшему наш Дом. Рядом подписал: «Морланды».

— Идем по списку Домов дальше. Морланды чаще остальных действуют вместе с нами. Старый род, не особенно успешный в торговле, зато обладающий лучшими юристами в городе и слишком большим влиянием в судебной палате. Недавно мы поддержали их кандидата на освободившееся место судьи. В ответ они помогают нам в… в некоторых вопросах.

— Например?

— Несколько лет назад прекратил существование Дом Эймаров. Их глава и оба наследника погибли за Аркой, боковая ветвь попыталась предъявить права на Дом, но не смогла доказать чистоту происхождения. Имущество должны были разделить между кредиторами, короной и несколькими младшими родственниками. Среди прочего у Эймаров хранился архив: книги, журналы экспедиций, карты и девятнадцать отличнейших кристаллов памяти.

Судя по тому, как отец выделил последнюю часть, именно кристаллы имели значение.

— Мы заявили, что значительная часть архива принадлежит Даллосам, — продолжил он. — Заявили, что предок Эймаров получил книги и кристаллы для временного изучения, после чего отказался их возвращать. Подтверждающие это документы были неполными, однако юристы Морландов доказали, что отсутствие прямой записи о передаче не отменяет совокупности косвенных свидетельств. Суд признал наши права на двенадцать кристаллов и почти половину книг.

— Эймары действительно их украли?

Отец изогнул губы в лукавой усмешке, которая появлялась у него редко и потому выглядела особенно выразительно.

— Брось, Корвин. Разумеется, нет. Наш Дом после такого размолол бы их в труху.

Я несколько секунд ждал продолжения, но Эдвин считал объяснение исчерпывающим.

— И суд всё равно отдал часть архива нам?

— Многие вопросы становятся решаемыми, когда на твоей стороне находится судья Морландов, а твоё заявление составляют отличнейшие юристы того же Дома. За эти материалы пришлось бы заплатить несколько тысяч золотых, а часть кристаллов, будь у них хозяин, ни за что бы не продали. Мы получили знания, Морланды — нашу поддержку в палате и долю в двух последующих исследованиях. Все участвующие стороны остались довольны… кроме родственников Эймаров, разумеется, но их мнение к тому времени имело очень небольшую юридическую ценность, скажем так.

— Получается, Морланды наши союзники?

— Пока вопрос касается судов, наследования, лицензий и толкования старых договоров — да. Если завтра будут распределять места при Арке или утверждать нового главу исследовательской комиссии, они станут торговаться и мешать нам наравне с остальными. Ты ведь не поддашься человеку в учебном поединке только потому, что уважаешь его и считаешь товарищем?

— Вряд ли.

— Здесь действует тот же принцип, только вместо синяка проигравший иногда теряет состояние, влияние или результаты семейных трудов нескольких поколений.

На листе рядом со словом «Морланды» отец коротко приписал: «суды, законы, наследование». После истории про отжатое наследство строчка выглядела анекдотично.

— Дальше — Дом Рейдонов. Связан с охраной Арочного квартала, держит несколько боевых школ. Раньше они зарабатывали ещё и сопровождением экспедиций и караванов за Аркой, но шесть лет назад кто-то очень удачно сыграл против них. В одном из живых миров пропали сразу три каравана, которые шли разными маршрутами и должны были вернуться в разное время.

— Их уничтожили?

— Один нашли разграбленным, от второго обнаружили только несколько тел, третий исчез полностью. Для наёмной охраны потеря одного каравана считается несчастьем, двух — признаком некомпетентности, а трёх — доказательством того, что Дом не способен выполнять обязательства. Владельцы грузов жаждали страхового возмещения убытков и требовали крови, конкуренты добивались отмены лицензий этого Дома на сопровождение грузов за Аркой, а кредиторы попытались забрать школы в счёт долгов. Мы выступили посредниками, убедили часть пострадавших согласиться на отсрочку, обеспечили несколько займов и не позволили лишить Рейдонов статуса Дома до завершения расследования. Благодаря нам они сохранили школы, людей и место в совете. Без поддержки Даллосов их владения давно поделили бы конкуренты.

— Они знают, кто уничтожил караваны?

— Подозревают некоторых людей, но доказательств у них нет.

— Рейдоны помогут, если нападут на нас?

Эдвин провёл пальцем по краю листа.

— Если нападение будет открытым, противник не заручится поддержкой короны, а просьба о помощи не потребует от Рейдонов пожертвовать всем ради нашего спасения, то, вероятно, помогут. Они не забыли долг, однако долг тоже имеет разумные пределы. Люди неохотно рискуют жизнью даже ради огромных долгов, знаешь ли… Дом Сорренов. Считается нашим наиболее постоянным соперником в старом квартале, — продолжил отец. — История их рода насчитывает заметно меньше поколений, чем они любят указывать на официальных приёмах, зато каждый успех Соррены превращают в публичное событие. Они подкупают газеты, устраивают празднества, заказывают картины и обязательно находят способ сообщить городу, насколько важное дело совершили.

— Даже если дело не особенно важное?

— В особенности если дело не особенно важное. Значительные достижения обычно замечают без помощи музыкантов, глашатаев и бесплатного вина, знаешь