Дубликат - Леонид Жилеев

Когда всё будет готово, следите за лагерем: я подам сигнал, а вы подадите в ответ. И потом, когда к берегу будете подходить, стреляйте, а то пираты какие-то не страшные получаются. Главное, сами не напугайтесь.

— Ты думаешь, я это октябрятам доверю? А мне и русалкам — по статусу не положено. Ладно, пусть будет Алисе счастье.

Чайник вскипел, заварка настоялась, сидим, макаем сухари в чай, а сам чай с шумом и фырканьем втягиваем в себя. Время от времени хихикаем: какие же мы невоспитанно-некультурные люди.

Обращаюсь к Ляксандре:

— Саш, вы с Мику не обижаетесь, что у вас роли такие получились, бессловесные?

— Вообще-то обижаемся, но всё понимаем. Если петь, то дуэтом, а я против Мику никакая, а если танцевать, то наоборот. Но если вам очень нужны живые носовые фигуры на лодках, то мы не против.

— А ты танцуешь? Вот не знал.

Тут вмешивается Ульяна:

— Ты много чего не знал, Царь морской.

— Ну, теперь-то я это знаю, — замечаю в ответ. — Ну что, успокоились, трястись перестали? Пойдём на линейку?

Сегодня, в честь нашего якобы отъезда на фестиваль, линейка и завтрак сдвинулись на час за счёт утренней зарядки. Пионеры явно уже ворчат, ведь все рассматривают это время исключительно как дополнительный час сна. Ничего, развлечения начнутся прямо на линейке.

Выходим на площадь: Ольга уже там, и уже все построились. Девочки бегут занимать места в строю, а я уже привычно встаю на полшага позади Ольги. Ольга Дмитриевна начинает своё выступление:

— Дорогие пионеры! Сегодня команда нашего лагеря отправляется в райцентр на фестиваль, и я надеюсь, что меньше чем первое место мы не займём! Ведь мы так много и хорошо готовились!

В это время я наблюдаю, как позади пионеров проходит баба Глаша, направляясь к лодочной станции. Ольга Дмитриевна тоже её видит и поворачивается ко мне.

— Семён, ваша команда готова?

Начинаю оправдываться и канючить:

— Ольга Дмитриевна, вот ещё бы одну репетицию.

Вожатая принимает устрашающий вид и, надвигаясь на меня, возмущённо восклицает:

— Тогда почему вы ещё здесь? Немедленно в столовую, пусть вас покормят по-быстрому, и на репетицию! Через три часа машина, а у вас ничего не готово! Надежда лагеря, называется!

Всё, процесс запущен. Киваю девочкам, командую: «Футболисты, за мной!» — и мы срываемся в сторону столовой. Быстро-быстро, дольше получаса Ольга удерживать пионеров на площади не сможет, а нам надо отчалить с пристани в наших костюмах без посторонних глаз. В столовой нас уже ждут: на одном из столов стоят шестнадцать стаканов с чаем, две тарелки с бутербродами и блюдо с яблоками. Быстро закидываемся бутербродами, заливаем их чаем, кладём яблоки в карманы — потом съедим — и опять быстрым шагом, почти бегом, спешим к пристани. Я ещё успеваю пробурчать на выходе из столовой, догоняя Мику:

— Извините, ромштексов сегодня не будет.

На полдороги до площади сталкиваемся с пионерами, спешащими на завтрак, находим с Ульяной друг друга.

— Всё в порядке. Ольга их сейчас ещё у входа подержит, время отойти подальше у вас будет. А потом глядите в сторону бани, я оттуда сигнал подам.

— Ни пуха нам всем…

— К чёрту, к чёрту, к чёрту!

Догоняю своих, выходим к лодочной станции. Баба Глаша уже переоделась и разгуливает по пристани в царском облачении, каковое облачение, по задумке Лены, в исполнении Саши и исходя из возможностей лагеря, выглядит как длинное тёмно-зелёное, как мой чайник, платье и небольшая картонная корона, выкрашенная бронзовой краской. Посох тут же, прислонён к ограждению пристани.

Надо ребятишкам дать пинка, чтобы они переключились от повседневности, поэтому выхожу первым на пристань, низко кланяюсь Владычице морской и говорю:

— Матушка, не сочти за дерзость, что явились не по чину одетыми. Дозволь исправить.

Несу полную ахинею, но прокатывает. Матушка только коротко отвечает:

— Поторапливайтесь. И ты, Владыка, не задерживай, а то сухопутные набегут.

Поворачиваюсь к своим:

— Так, слушайте меня: девочкам — переодеваться, мальчикам — готовить лодки, и поторапливайтесь.

— Как тебе, Владыка? — это матушка, с иронией в голосе. — Корона не жмёт?

— Нам, царям, иначе нельзя, а то на шею сядут, — отвечаю. — Зато не злой и справедливый.

На лодки прибивается на живую нитку декоративный фальшборт — раскрашенные полосы оргалита, на них нанесены красной и зелёной краской полосы (на полосах — полосы, некрасиво, а как ещё описать?), имитирующие доски обшивки. На носах лодок укрепляются драконьи головы — тот же оргалит в несколько слоёв, за них будут держаться русалки. Думали, думали, но ничего, кроме драконьих голов, как у викингов, в голову не пришло. Наконец дамы наши выходят во всей красе, я ещё раз кланяюсь им, а они — надо же — леди Алиса с подчинёнными коротко кланяются, а русалки делают реверанс. Всё смешалось в… Ладно, неважно. Девочки переоделись, теперь — мальчики. Выносим из сарая вёсла и перевязи с саблями — всё, мы готовы. Командую:

— Все по местам!

И, уже обращаясь к Владычице:

— Матушка, соизвольте пройти в лодку.

Помогаю ей спуститься и пройти в корму, сам сажусь за вёсла, а леди Алиса устраивается в носу. В двух других лодках располагаются русалки — по одному хвосту, — и пираты — по шесть сабель на лодку; многовато, конечно, но пираты — они лёгкие и мелкие, так что перегрузки не будет. Отчаливаем к Длинному: нужно успеть спрятаться за мысом, пока пионеры не позавтракали и не поплелись на берег.

Добрались, спрятались за мысом Длинного; Алиса выставила наблюдателя — Гришку, я разрешаю сойти на берег и поправить костюмы, но дальше десяти шагов и ближайших кустов от лодок не отходить.

— Гриш, свою задачу знаешь?

— Да, Алиса.

— Повтори для всех, пожалуйста.

— Смотреть в сторону бани, сообщить вам, как только наш человек в лагере подаст сигнал — запустит ракету.

— Всё верно, действуй.

Сидим, ждём, грызём яблоки. Хуже нет, чем ждать и догонять. Оглядываю ещё раз свою команду.

Капитан — леди Алиса. Широкополая шляпа из мушкетёрского гардероба, оранжевый камзол, узкие чёрные брюки и ботфорты. На поясе — сабля, деревянная, как и у прочих пиратов, за пояс заткнуты трубки сигнальных ракет. В брюках узнаю её джинсы, а вот остальной гардероб…

— Миледи, откуда такой наряд?

— Чего только нет на складе, в том числе большой мешок с биркой «Три мушкетёра». Так это из него, наверное, костюм гвардейцев кардинала.

— Понятно, надеюсь, что пионеры костюм не опознают.

Русалки — Саша и Мику. Волосы распущены, в волосах кувшинки: у Александры — жёлтая, у Мику — белая. Купальники. Обе от талии и ниже обмотаны сетками,