Закат эпидемии - Николай Дубчиков

туристическую базу. С полчаса бродяги прятались в укрытии, наблюдая за обстановкой, но заметили только одного зараженного. Зомби сидел, прислонившись спиной к стенке маленького домика. Друзья смогли определить только, что это мужик лет сорока без видимых увечий.

– Спит или сдох? – нетерпеливо сопел в кустах Балу, – похоже, тут больше никого.

– Не расслабляй булки раньше времени. Давай ты с этой стороны, а я с обратной зайду, – Май поправил шлем и приподнялся.

– А я? – насупилась Липа.

– Будешь страховать наши задницы, пока не высовывайся!

Танцовщица проводила парней взглядом. Она сжимала копьё и озиралась по сторонам, ощущая одновременно тревогу и радостное возбуждение: «Только бы всё получилось! Ну, пожалуйста! Я хочу кровать с матрасом, хочу вымыться, хочу туалет нормальный!»

Боги леса услышали молитвы Липы. База оказалась в их полном распоряжении: несколько отдельных коттеджей, баня, пара хозяйственных строений и ветрогенератор, который возвышался над деревьями. Забора тут никакого не было, что сильно расстроило Мая. Справа от дороги стоял вкопанный столб с большой деревянной табличкой. На ней резными витиеватыми буквами красовалась приветственная надпись «Добро пожаловать в Нирвану».

Чувствовалось, что здесь недавно жили, но затем в спешке покинули это место. На земле валялся грязный детский кроссовок и мячик. В бане над печкой висели старая майка и трусы. Внутри жилых домиков царил легкий беспорядок, на полу остались следы от ботинок и брошенные второпях вещи.

– Подозрительно выглядит, как будто отсюда сбежали. Но следов крови не видно, трупов тоже, не считая этого доходяги, – пробубнил Торопов, разглядывая зомби.

Зараженный сидел с закрытыми глазами, уже ни на что не реагировал, но еще продолжал дышать. Балу не стал будить бедолагу и с одного удара проломил ему череп.

– Надо похоронить или сжечь, – заметил Май.

Кир удивился такой заботливости друга:

– Нахрена? Это твой родственник, что ли?

– Ну, бросим мы его в кустах, сразу падальщики сбегутся. Шакалы, или еще кто похуже. Зачем нам такое соседство?

– Да, Май, ты башка, – согласился здоровяк, – сейчас гляну в том сарайчике лопаты.

Липа, шаркнула ногой по сухим листьям:

– Странно, что его раньше не сожрали. Он совсем уже никакой сидел. Значит, хищников тут рядом нет.

– Рано выводы делаешь. Может, он еще вчера шевелился.

Троица заняла самый чистый двухкомнатный коттедж. Об отдельном домике для романтических утех Липа даже не мечтала. Не те сейчас времена. Всем вместе под одной крышей спокойней. Да и близости с Маем не особо хотелось. Полякова вообще осталась бы одна на несколько дней, чтобы привести мысли в порядок. Но это раньше можно было психануть, сбежать ото всех в другой город и бродить в одиночестве или попивать коктейль в клубе. А сейчас приходилось засовывать свои психологические переживания в одно место и радоваться, что вообще жива, сыта и здорова.

– Лопата есть! – радостно объявил Балу, – тут вообще много всякой полезной лабуды.

– Хорошо, пока здесь остановимся, а там видно будет. Смотри, у них даже что-то типа курятника было, – Лиманов подошел к пустым клеткам за баней, на дне которых еще валялись белые перья.

Кирилл поскреб бритый затылок и посмотрел по сторонам:

– А где они воду брали? Что-то ручья я рядом не заметил.

– Вон там типа маленького деревянного колодца, видишь? Это скважина с электромотором. Если ветрогенератор живой и всё работает, то место практически идеальное. Бетонными стенами бы еще огородить…

– Блин, я так помыться хочу, может, затопим баню? – Липа с мольбой в глазах посмотрела на парней.

– Может…, – туманно пообещал Май, – сначала жмурика закопать надо.

– Я займусь, а вы тут по хозяйству хлопочите, – Балу схватил труп за ноги и поволок в лес. Метров через тридцать он заметил подходящую полянку и принялся копать могилу. Спустя час, уставший, потный и голодный Торопов вернулся к друзьям.

Полякова в это время подмела и прибрала в домике. Лиманов наладил подачу воды и принялся колоть дрова. «Нирвана» постепенно оживала и преображалась после запустения. Пока Балу парился в бане, Май и Липа обживались в коттедже.

– По уму тут всё сделано: пол теплый, плюс инфракрасные лампы на потолке. Зиму спокойно пережить можно.

– Было бы круто! В палатке точно не вариант зимовать. Одно дело летом, когда тепло. А вот сейчас вообще отстой.

– Я помню, был в Якутске зимой на соревнованиях. Окажись мы сейчас там, ты бы радовалась нашей погоде.

– Ну, сравнил! Ты бы еще про Северный полюс сказал, – фыркнула танцовщица.

В этот момент скрипнула дверь, и вернулся Кир с красной от жара мордой:

– Фуууухххх! Как заново родился! Всё! Я здесь остаюсь!

Здоровяк принялся вытирать полотенцем богатырскую грудь и чуть выпирающий живот. Всё тело Балу так и дышало мощью и здоровьем.

На его левом плече выделялся широкий шрам – память о неудачной поездке на мотоцикле.

Липа, скользнув взглядом по крепкому торсу Торопова, задумалась о том, смогла бы она сойтись с Киром, если бы осталась одна. И решила, что смогла бы. Он был не совсем в её вкусе, но как мужик отторжения тоже не вызывал. А по нынешним временам Кирилл так вообще почти принц на белом коне, хоть и пешеход.

Девушка невольно отметила про себя, насколько они отличались с Маем: у кузена на теле почти не было растительности, а у Балу волосы росли везде: от щиколоток до макушки. Могучий, чуть полноватый Кир напоминал бурого медведя, а худой и жилистый брат скорее смахивал на поджарого волка.

– Вы как, вместе пойдете или по очереди? – поинтересовался здоровяк с лукавой улыбкой.

Липа и Май встретились взглядом и чуть смутились.

– Ты как?

– Ну, пошли, – предложила девушка.

– «Глок» тогда у меня останется. Обещаю, в окошко за вами подглядывать не буду. Жаль та девка в пестрой куртке убежала, я бы с ней в баньку тоже сходил, – Торопов повесил полотенце на веревку и пошлепал переодеваться в свою комнату.

Кузены вышли из дома. Сейчас лес не казался девушке таким зловещим, холодным и опасным, как еще вчера вечером. Теперь у них есть теплый дом, крыша над головой и мягкая постель. Полякова шла первой, чувствуя на спине взгляд брата. Скрипнула дверь, клубы пара вырвались из предбанника и растворились над макушками деревьев.

– Ух, как натопили!

– Да, в следующий раз надо экономнее кочегарить, дрова не бесконечные, – по-хозяйски заметил Май.

Липа скинула одежду и вошла в парилку. Она легла животом на полок и в блаженстве вытянула ноги. Лиманов плеснул на каменку воду, раскаленные булыжники ответили громким шипением.

– Уффф…. как хорошо, – с наслаждением промурлыкала танцовщица.

Май скользнул взглядом по ее обнаженной миниатюрной фигуре, в полумраке она казалась еще соблазнительней. Лиманов взял распаренный веник, и начал слегка похлестывать Липу.

– Ммм, давай сильнее, ты же знаешь, как я люблю, – подзадоривала разомлевшая кузина.

Май старательно парил ее от пяток до лопаток, так что дубовые листья разлетались во все стороны. Девушка глубоко дышала, чувствуя, как тепло проникает в каждую клеточку ее тела. Наконец, парень отбросил веник в сторону и взял деревянное ведро:

– Сейчас окачу прохладненькой!

Липа взвизгнула и тут же с наслаждением выдохнула:

– Каааааайф….

Капли воды блестели на её спине и упругих ягодицах. Девушка открыла глаза, заметила, как Май возбужден, села на полок, притянула его к себе, раздвинула колени и обвила ногами. Они впились губами друг в друга, целуясь так же страстно, как в первый раз.

– Так-так, не торопись. Давай уже помоемся, а потом все остальное, ок? Да и здесь слишком жарко, лучше в предбаннике.

Май немного поворчал, но согласился. Липа чуть отстранилась, глядя ему в глаза:

– Ты меня любишь?

– До смерти.

– Давай без этого. Ты мне живой нужен. И другие люди нам тоже нужны. Понимаешь?

– Значит, мир?

– Ну, как стараться будешь, его еще надо заслужить, – с кокетливой издевкой ответила танцовщица. Она не могла долго на него злиться.

Глава 42. Враг за спиной

Гордей ворочался с боку на бок, считал до ста, но сон не шел. Плохое предчувствие донимало его с самого вечера, а своей интуиции он привык доверять.