"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Да, не стоило сюда соваться. Надо было идти до города. Любой ценой.

Ник осознал, что уже целую вечность стоит посреди коридора, стиснув кулаки так сильно, что на ладонях синяками проступили следы ногтей. Травник с некоторым трудом двинулся дальше: не стоять же тут еще одну вечность?

Да и так ли важно все то, что произошло с ним всего год назад и в то же время так давно? Нет, гораздо важнее вспомнить, что же стало с дедушкой. Ник судорожно вздохнул и велел себе успокоиться.

За ближайшим поворотом обнаружился Пит. Внимательно оглядел друга и сказал:

– Сейчас пошли ужинать, а потом нам Донни объяснит, как сподручней до деревни добраться. Детали мы ему, конечно, сообщать не стали, просто сказали, что нам туда очень надо.

Ник кивнул, больше всего благодарный за то, что Пит не задал ни единого вопроса.

После ужина домоуправитель расстелил на свободном от посуды углу стола карту.

– Вот, смотрите, деревенек вокруг старого рудника три. Каменка ближе всего к особняку. Кривая Кирка вот тут, северо-восточнее Каменки. А Рудная совсем в горах, – палец Дона переместился выше.

– А среброзвонник где именно растили? – поинтересовался Скай, разглядывая план местности.

– Вокруг Рудной не растили: холодно слишком. – Кажется, Дон совершенно не удивился заданному вопросу. – У Кривой Кирки одна делянка была, длинная такая, шагов в сорок, зато в ширину всего полтора шага. А вот у Каменки целых три горячих источника, так что и среброзвонника поболее. Сейчас-то всю пакость вывели огнем и солью, но пригляд все равно нужен. Хотя это за готовой «пылью» приглядывать надо было внимательнее. Эх.

Домоправитель покачал головой, явно вспомнив что-то предосудительное.

– Неужто кто-то спер мешок-другой? – хмыкнул Пит.

– А как же? Хорошо известный вам господин Галенус[15] и стащил для своих сомнительных целей. Вроде и Гильдия, и Тайная служба, и охранка за «пылью» во все глаза смотрели, но у семи нянек… Ладно, это вам, думаю, не очень-то интересно. Итак, деревушки. Добраться туда несложно, если знать как. Вот тут, смотрите, тропинка хитрая. Вроде и нет ее, а на деле есть. Местные по ней редко ходят. У них там, кхм, своя атмосфера. Община как она есть, почти секта, только, к счастью, без жутких ритуалов. Чужаков они не жалуют, но на волшебников вряд ли нападут, побоятся. Но, может, вам сопровождение все же выделить?

– Нет, – помотал головой Пит. – Сами управимся. А расскажи-ка, друг мой Донни, как там старина Рин поживает?

Бывшие напарники взялись вспоминать старых знакомых и, кажется, не заметили, как господин волшебник и его помощник встали из-за стола. Или сделали вид, что не заметили.

Расторопный мальчонка проводил Ская и Ника на второй этаж к гостевым комнатам и заверил, что, если хоть что-нибудь господам понадобится, он начеку в коридоре – только намекните, тут же исполнится!

Прежде чем уйти к себе, Скай окликнул помощника:

– Ник, ты если вдруг что, сразу скажи. Не думай, что можешь нас отвлечь, смутить или еще что. Ладно? Это важно – чтоб было, с кем поговорить, когда совсем тяжело.

Травник молча кивнул, глядя в пол. Вид у него был мрачный, но, вопреки ожиданиям друга, не растерянный, а наоборот, сосредоточенный. Ник усмехнулся чему-то, потом поднял голову, пристально посмотрел на Ская, но промолчал. Еще раз кивнул, мол, увидимся утром – и ушел к себе.

Нет, не стоит Скаю знать, что уж что-то, а поговорить Нику всегда есть с кем. Надо пережить встречу с останками среброзвонниковых полей, найти тело дедушки и тех, кто виноват в его смерти, а потом… Что будет потом, Ник пока не очень представлял.

Глава 19

В Каменку отправились рано утром. Дон объяснил, что верхом по неприметной тропинке не проехать, если только на осле, но уж чего нет в хозяйстве, того нет. Но долго идти и не придется. Очень попросил вернуться через сутки, а то он станет волноваться и переживать, а это неполезно для оставшихся у него скромных запасов здоровья.

Пит отшучивался. Скай обещал без особой нужды не обеднять «скромные запасы». Ник молчал.

Тропинка петляла сначала между деревьев, потом меж кустов, постепенно забирая вверх.

Всю дорогу Ник думал, что же он будет делать, когда все узнает. Больше всего ему хотелось отомстить. Он точно знал, что его дедушки нет в живых и что умер тот не своей смертью. И те, кто причастен к этому, поплатятся. Та его часть, что питалась человеческими страданиями, предвкушала ужас будущих жертв. Затравить, загнать, уничтожить!

Другая его часть сама боялась. Неизбежного и безнадежного горя, которое настигнет его, когда он точно узнает, как именно и где погиб дедушка Рейник. Как жить с этим горем, Ник еще не знал, но понимал, что избегать его уже невозможно. Три свечки пути окончательно вымотали травника.

Деревушка оказалась еще меньше и унылее, чем представлял себе Скай. Меньше Рыбной на далеком юге и, на первый взгляд, беднее самого печального провинциального захолустья, которое доводилось видеть волшебнику. Крошечные домишки с узкими окошками не радовали глаз ни расписными ставнями, ни резными крылечками – сплошь серый и пыльный камень. На земляных крышах местами проросла трава, усиливая сходство местных жилищ то ли с гигантскими кочками, то ли с заброшенными курганами.

Заборов вокруг домишек не было. Улиц в привычном понимании Ская тоже: дома стояли на склоне тут и там, где кому удобно было строиться. Ни садов, ни огородов, ни даже обыкновенной зеленой травки – лишь низкие печальные кустики с голыми ветками. Выше на склонах виднелась низкая яркая травка, но внутри деревни и вокруг ее серела каменистая почва. Жалкие остатки листочков подъедал десяток не слишком чистых коз с темными полосами на мордах. Лишь они проявили хоть какой-то интерес к чужакам, оглядывая их желтыми глазами с горизонтальными зрачками. Козы здесь, кажется, заменяли и собак, и коров, и даже домашнюю птицу. Во всяком случае, никто не лаял, не мычал, не кукарекал, а вот отрывистое меканье слышалось тут и там. Одна коза забралась даже на крышу дома и рьяно объедала чахлую растительность.

Попавшиеся пару раз на глаза приезжим деревенские женщины исчезли в неуютных домишках быстрее, чем монеты из кармана завзятого игрока. Больше людей на улицах не было: никто не копался в земле, не колол дрова, не судачил с соседями. Будто деревеньку забросили давным-давно, оставив в полное распоряжение козам.

Дом старосты, самый большой в деревушке, не выглядел жилым. Узкие окна заколочены, из трубы