"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Яловецкий

– Чего же это он так? – полюбопытствовала Трикс, видя, что лен Кри не торопится продолжать.

– Из ревности, – печально и немного загадочно улыбнулся йор, видимо, стараясь подогреть интерес слушателей. – Дело в том, что на виске у новорожденной дочурки Лотаря оказалось родимое пятнышко – точь-в-точь такое же, как у его злополучного соседа. Набедокурив, этот баран – по-другому его назвать язык не поворачивается – попытался сбежать, но мужики его поймали и заперли в сарае. Дело-то, в общем, простое, по закону убийцу обращают в рабство и продают на императорские рудники, а деньги отдают родственникам убитого, но вот как правильно поступить в нынешней ситуации? Матушка жены Лотаря, у которой на руках остались новорожденная и еще пара сопляков лет восьми, требует, чтобы деньги отдали ей, а родня соседа, так некстати обрюхатившего убитую, стоит на том, что выручку от продажи убийцы должна получить жена их любвеобильного родственничка.

– Ну, тут ничего особо мудрёного нет, – прикинула Трикс. – Деньги просто надо поделить пополам.

– Я тоже склоняюсь к этому выводу, – кивнул лен Кри, – но тут есть ещё нюанс. Злополучный сосед, на момент ухода того мужика, которого староста ко мне прислал, был ещё жив, хоть и лежал в беспамятстве. Может статься, что он ещё выкарабкается. Тогда мне, как законному представителю отца, останется только выписать бумагу о правомочности обращения убийцы в рабы, и пускай селяне доставляют её вместе с Лотарем в Гренар.

– Это ближайший город? – уточнил Мерк.

– Именно так. К слову, Трикс, ты только фокусы с яблоками умеешь показывать, или в целительстве тоже что-нибудь понимаешь?

– До лекаря ей ещё далеко, – ответил Мерк прежде, чем его спутница успела открыть рот. – А вы, йор Талин, стало быть, решили с её помощью вытащить жертву убийцы с того света?

– Тебе не откажешь в догадливости, – заметил лен Кри, – Быть может, она хотя бы попытается?

– Сомневаюсь, что у семьи пострадавшего хватит денег, чтобы оплатить труд колдуньи, – покачал головой поддавшийся. – А если бы и хватило, так вышло бы еще хуже. В Гильдии магов она не зарегистрирована, а это уже основание для обвинения в незаконном оказании магических услуг.

– Дело легко можно повернуть так, что никто ничего не узнает, – не сдавался графский наследник. – Положим, она представится крестьянам целительницей, вольёт в рот больному какой-нибудь травяной настой, а он возьми и приди в себя. Что же до оплаты, то я не пожалею… скажем, золотого империала, чтобы спасти жизнь своему крестьянину.

– С учётом оброка, эта инвестиция окупится довольно быстро, – впервые за все время их разговора подал голос наставник.

– Как по-твоему, стоит ему помогать? – мысленно спросил Мерк, делая вид, что задумался над предложением йора.

– В деньгах мы особенного стеснения не испытываем, но отчего же не спасти невинную жизнь? Хотя бы ради разнообразия.

– Ладно, йор Талин, пусть будет по-вашему, – вслух произнес колдун, бросив предостерегающий взгляд на девчонку, чтобы не лезла. – Если ваш крестьянин ещё жив и Трикс сможет ему помочь – она поможет.

– Рад это слышать, – широко улыбнулся графский наследник. До Дубовницы мы доберёмся ближе к вечеру. Там и заночуем.

Тёмный кивнул, и всадники продолжили путь. Разумеется, Мерк не планировал допускать Трикс до больного. Лечебная магия – это вам не веер воздушных ножей. Тут требуется навык и, главное, способность различать ауры и копошиться в энегетике тела. Судьбой незадачливого кобеля, на свою беду наставившего рога соседу, он займётся сам. А Трикс просто сыграет двойной спектакль, один для крестьян, второй – для йора Талина.

– Так значит, вы из Кунтана… – протянул их спутник, которому вскоре надоело ехать в молчании. – Признаться, всегда хотел побывать на южном побережье. Увидеть океан, может быть, даже сплавать на острова.

– Мы из северной части провинции, – равнодушно ответил Мерк. – Жили невдалеке от Литтэрских гор.

– Уверен, что горы достойны ничуть не меньшего внимания, чем океан, – мечтательно произнёс лен Кри. – Печально, что вам пришлось бежать с насиженного места. Сперва восстание, потом гибель императора… Положительно, несчастья сыплются на империю одно за другим.

– Гибель императора? – поддавшемуся показалось, что он ослышался, да и на Брандефа слова их попутчика произвели немалое впечатление.

– А вы ещё не слышали? – удивился Талин. – До нас эта новость докатилась без малого неделю назад.

– Признаться, мы несколько стеснены в средствах, – солгал Мерк. – И оттого чаще всего ночуем под открытым небом, не заезжая в города или на постоялые дворы. Так вы говорите, император…

– Убит! – рубанул воздух ладонью лен Кри. – В собственном дворце.

– Немыслимо! Как же это случилось?

– Вы не поверите, при помощи некоего растения.

– Растения? – не поняла Трикс. – Его отравили?

– И да, и нет, – отвечал йор Талин. – Когда император прогуливался в оранжерее, это самое растение, невесть откуда туда попавшее, плюнуло в него отравленным шипом. Смерть наступила почти мгновенно, а виновников этого преступления, кем бы они ни были, по горячим следам задержать не удалось. Я искренне, от всей души, надеюсь, что сейчас мерзавцы уже схвачены и наслаждаются обществом палачей в императорских подвалах.

– И мы горячо вас в этом поддерживаем, – не кривя душой заявил Мерк. Всё же он был рождён в Людской империи, и фигура её правителя была для него почти что сакральной. – Так что же, теперь на троне императрица Кейтана?

– Да, думаю, коронация уже состоялась. К несчастью, до нашей глуши вести о том, что происходит в столице, доходят довольно долго.

Мерк не ответил, и на некоторое время вновь установилось молчание. Так они и ехали до самой деревни, то болтая, то молча наслаждаясь красотами сельской местности, в той мере, в какой ими могли наслаждаться разумные, не видевшие за последнее время ничего, кроме этих самых красот.

К несчастью для домочадцев так и оставшегося безымянным крестьянина, Трикс не пришлось этим вечером разыгрывать роль целительницы. К моменту их приезда несостоявшийся пациент Мерка и его спутницы уже отдал богам душу. Нельзя сказать, чтобы йор Талин сильно расстроился по этому поводу. Перекинувшись парой слов со старостой и ближайшими