Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

«Могильное торжество» и события ему предшествующие сильно поистрепали старого учёного. В свои пятьдесят лет он выглядел гораздо старше, былая удаль и оптимизм быстро сошли на нет после кончины брата, а многотысячные жертвы нелегко отразились на его разуме. Когда он был молод, то сам активно участвовал в войне с Третьим материком, но когда за несколько секунд гибнет сразу половина города -- это не может не поразить в самые глубины дерзкого, находчивого ума. Не пожелав более видеть смерти невинных людей в битвах, он попрощался со старыми товарищами, с которыми вместе прошёл через боль и страдания, и отправился на юг материка, подальше от проклятого города, подальше от войны. Обосновавшись в деревеньке недалеко от руин разрушенного Потерянными города Кама, он стал местным лекарем и с тех пор всякая связь с ним оборвалась.

Для Серума, как и для многих других Серых Лиц, что остались в живых после решающей битвы с Локом, сложно было придумать что-то ещё более шокирующее. Как никак, именно отряд Девриена, впоследствии практически полностью вырезанный Фёртом Лживым, встретил первых Потерянных. Он не видел самого взрыва, не видел смертей людей, но вполне мог представить себе весь тот ужас, который считанные секунды творился на улочках города. Крики горожан, чудом избежавших ужасающей участи, стали его вечными спутниками. Груды тел, которые ему в том числе пришлось разбирать, надолго выбил его из равновесия. Долгое время он подскакивал посреди ночи от крика капитана Огюста, который он не единожды слышал как в Храме Пустоты, так и на торжественной встрече. Не в силах более заснуть, он до изнеможения колотил плотную грушу, на месте которой представлял и Фёрта, и Самуэля, и Лока, и самого себя -- человека, который не смог уберечь капитана от смерти.

Чувство вины навечно разъело в сердце Серума широченную дыру, которую невозможно было хоть чем-то перекрыть. Он пытался отвлечься, перестроить своё мышление, создать семью и быть для неё единственным защитником, но день ото дня он лишь укреплялся во мнении, что происходящее вокруг -- совсем не та обстановка, в которой он бы хотел создать семью. Ещё столько всего нужно сделать. Ещё столько всего нужно исправить...

Оказавшись в ситуации, когда весь город был неважен, чужд и противен, когда они были преданы, когда на них были навешены все проблемы отнюдь не одной сотни людей -- существовало только сострадание. Из моментов и точек, из капель чувств и жалости к самим себе, из удушающей безысходности родилось смирение. Серум прижал рыдающую девушку к себе и шепнул ей на ухо:

-- Мы стали лучшими из лучших, Мира... Теперь это наш долг.

Громко всхлипнув, Мирабель лишь сильнее вжалась в плечо Зекса и негромко произнесла:

-- Я не знаю как мне быть... Как можно создавать новое, вписывать знания сломанным пером?

-- Ты далеко не одна. Я постараюсь помочь.

-- Уверен...? Нас с тобой...

-- Нас с тобой ждут великие дела, Мирабель. В конце концов, в наших руках теперь очень многое, от наших деяний зависят жизни.

-- Ты бы хотел встать на то место, где когда-то стоял он...?

-- Я думаю, он хотел бы этого не меньше.

Мирабель на секунду отстранилась от капитана Зекса, сделала несколько шагов назад и мокрыми от слёз глазами уставилась на широкое, почти квадратное лицо Серума, всё в мелких шрамах после битвы у Храма Пустоты, покрытое грубой цвета грязного сена щетиной и безмерной усталостью где-то внутри. За этот год он как будто вытянулся в высь, раздался в плечах и теле, стал ощутимо больше. И теперь, несмотря на всё, предлагает ей двинуться дальше, стать, наконец, новой надеждой этого города.

Серум протянул ей руку и мягко сказал:

-- Если потребуется, то мы никогда не заговорим с этими лжецами. Создадим свою игру, будем действовать по своим правилам. Отмоем Зарем от грязи и вновь сделаем его Чистым...

Мирабель совсем чуть-чуть улыбнулась. Не то от наивности слов старого друга, не то от самой настоящей веры в то, что в их руках на самом деле теплится шанс изменить многое.

-- Мне ведь полагается маска, правда? -- тихо спросила она.

-- Задумала нечто особенное? -- с улыбкой на лице спросил Зекс.

-- Не хочу дать им шанса понять, что моя жизнь теперь изменится. Нужно что-то холодное, бесчувственное... Может быть, даже наоборот. Безмерно огорчённое. Скрывающее людскую боль.

-- Хм... Нам ещё многое предстоит сделать, подруга. Очень многое.

Яркое солнце вышло из-за туч. До них впервые стали доноситься шумные голоса толпы, весёлый крик и радостные песни. По видимому, коронация закончилась и люди приветствовали нового короля, которого ждали и надеялись, что с его приходом изменится жизнь каждого в этом городе. Свеженькие дома, которые только-только отстроили и не успели даже заселить, ощутимо подрагивали и даже покачивались от того, что толпы людей счастливо скакали по площади, голосили во всю глотку, свистели и пели, танцевали, водили торжественные хороводы; стражники, подняв клинки к небесам, тянули троекратное «Ура!». Шум и гам словно прилив затопили всю Центральную площадь, заставили каждого из горожан плескаться в этой кипящей смеси возбуждённого счастья и восторга. Они нашли короля! У них есть цель! Город снова будет сиять! Всё вновь станет прекрасно!

И лишь Мирабель и Серум, угрюмо переглянувшись, поняли друг друга без слов -- их работа здесь только начинается...

Глава 1. В ногу со временем.

Спустя чуть более трёх лет со дня оглашения Указа, жизнь в старой столице оставалась примерно на одном и том же уровне. Нельзя сказать, что за прошедшее время не произошло никаких изменений, совсем нет. Но и похвастать Совету города было нечем.

Народный ажиотаж и слепая вера в то, что с приходом нового короля начнётся и новая страница в их жизни с грохотом разбились о суровую действительность. О том, что новый король может навлечь на всех беду большую, чем была до этого, стали ходить не просто лживые слушки, а вполне себе здравые рассуждения, имеющие под собой все основания. Поверить невозможно в то, что человеку, дорвавшемуся до власти, может настолько вскружить голову, что первым делом он начнёт не казну выгребать, а потешаться над теми, кого был призван вытянуть со дна. По крайней мере, так им казалось.

В действительности же король Хад попросту оправдал все, даже самые «смелые» ожидания Миры и Серума. Избалованный и пригретый царским двором Второго материка, видевший исключительно роскошь и красивую,