Информационный шум - Владимир Семенович Мельников

Наговорил чушь несусветную, а Виктор воспринял меня всерьёз, решил, что дед на самом деле чего важное обнаружил, подскочил да принялся к тому месту, где я стоял, свои радары пристраивать. Вижу, парень конкретно в исследования упёрся, хотел уж ему признаться, что просто так забавляюсь, как вдруг молодой эксперт почти закричал:

– Есть, есть! Здесь действительно есть скрытая полость.

– Георгий Николаевич, посмотрите, чего тут Вадим Сергеевич обнаружил!

С этими словами он неподалёку от указанной мной щели поставил на штативе какой-то приборчик, нажал на его клавиатуре несколько кнопок. Раздался короткий писк, и по небольшому встроенному дисплею побежали шифрованные строки.

– Граббер это, – пояснил Виктор:

– Предназначен для вскрытия электронных замков.

И мы притихли в ожидании. Чудо, к нашему удовольствию, проявилось быстро. Примерно через минуту в стене что-то щёлкнуло, видимо, отошёл язычок запора, и в янтарном панно без всякой помощи распахнулась дверка. За ней находилась полость кирпичной стены, по размерам подходящая для установки электрической духовки или большой микроволновой печки. Никто здесь пиццу готовить, конечно, не собирался, но всё же помимо электронного замка внутри на боковой грани были установлены электрические розетки.

Георгий Николаевич с уважением пожал мне руку, почти как первооткрывателю Северного полюса, и зачем-то напутствовал своего молодого сотрудника словами:

– Учись, студент!

Виктор, хоть и перерос студенческий возраст, тем не менее призыв учиться воспринял так же буквально, как совершенно случайное внимание к зазорам, то есть с искренним интересом и усердием. А, по-моему, возникшая сценка выглядела смешно и нелепо, только разочаровывать партнёров не хотелось, поэтому их игру продолжил и сурово произнёс:

– Задача заключается не в том, чтобы учиться, учиться и учиться, а в том, чтобы производить добавленные знания!

Несомненно, лучше считаться мудрецом, чем грибником, который в лесу своё счастье нашёл методом тыка. Только уж не знаю, либо сам себя переиграл, либо чувство юмора у товарищей напрочь отключилось, но никто из окружающих не понял, что шучу, и не рассмеялся. Вдобавок Ольга вновь сканировала штрих-коды, чем нагнала ещё больше драматизма в наше настроение.

Также невесело по поводу находки прозвучал и комментарий Георгия Николаевича:

– Здесь вполне могли разместить попкорн, объёма ниши достаточно, чтобы одновременно поджечь все панно.

– Да, – поддержал начальника Виктор:

– Дверка бы ночью открылась, попкорн бы поджарился, разлетелся по комнате и поджёг янтарь.

Такая версия, естественно, задела всех.

– Дикость какая! – сказал я, чувствуя, что моя «пластинка» заела как раз на дикости …

– Изысканное злодейство, – отметила Ольга.

Эксперт решил, что слово изысканное надо понимать, как сложное, и предположил:

– Видимо, не нашли другого места, где оставить коробку с попкорном. Мебели в комнате нет. Любой забытый предмет сразу заметят.

Пришлось биологу уточнить, о каком злодействе идёт речь:

– Дело не в том, что можно было поджечь проще, а в том, что кому-то в принципе пришло в голову такое устроить. Изощрённость заключается в скрытом смысле преступления.

– Будем разбираться, кто из строителей, реставраторов и персонала причастен, – сделал вывод Георгий Николаевич и добавил:

– Наверняка многие знали об этой полости и в проекте она точно должна быть…

Из-за этого захотелось спросить:

– А нельзя было ещё до поисков проект посмотреть да людей расспросить? Зачем все эти пляски с приборами?

Промолчал, не стал корить горе-сыщиков, только подумал:

– Чудненько, решили учиться и учиться, пусть учатся…

– Зачем обижать, им просто не везёт, правильная карта не пошла. Удача мне сегодня улыбнулась, причём второй раз. Как в лотерею миллион выиграл, без труда нашёл и пропажу супрессора на схеме электромобиля, и тайник в Янтарной комнате! Но так, ведь, складывается крайне редко. Не стоит почитать на лаврах, случайность она и есть случайность. Завтра уж успех к другому улетит, как воздушный шарик, как тот попкорн, надуется и лопнет…

***

– Извините, извините, – наперебой сказали директор музея и главный инженер. Они вернулись к нам как раз тогда, когда шло обсуждение находки. Немолодая женщина и коренастый мужчина тоже в возрасте услужливо сопровождали нашу компанию с момента приезда в Царское село до начала работы в Янтарной комнате, но потом они ушли. Как показалось, чтобы не мешать. Теперь, однако, выяснилась другая причина.

– Местный сумасшедший на стоянке разбушевался, – сказала директриса:

– Машины костылём лупил. Спасибо вашему водителю, он с нашим охранником чудака ловил. Скрутили. Мы уже санитаров вызвали и сдали. Так что всё в порядке…

– Извините, – ещё раз попросила прощения женщина.

Её излишняя вежливость явно подчёркивала нашу миссию. Главный инженер между тем заметил открытый люк в янтарном панно и спросил:

– О! Как вам удалось его открыть?

Дальнейшее пояснение должно было расстроить сыщиков и обрадовать меня.

– Замок сломался, – сказал мужчина:

– На шифр не реагировал. Хотели уж ломать, но в музее регламент. Самим не положено, а специалисты только через неделю должны приехать.

– Впрочем, это не важно. Раньше розетками пользовались, чтобы пылесосы подключать. Теперь тут робот уборку проводит. Он на аккумуляторах, розетки не нужны…

– Ха, ха, ха, – подумал я:

– Целое информационное управление министерства на уши поставили, чтоб замочек открыть. Супер! Воистину правда то, что говорят, что Янтарная комната заколдована. Кого хошь дураком выставит…

Эту очередную насмешку скрыл, только улыбнулся. Соответственно за несолидное поведение подвергся процедуре считывания штрих-кодов, и одновременно услышал вопрос Георгия Николаевича:

– Вы сказали чудак? Жалеете его что ли?

– Да, – ответила женщина:

– Он наш бывший работник, здесь на реставрации и заболел. Лечили, не помогло. А мастер замечательный был, золотые руки, талант.

Вопрос был задан директрисе, но содержание, тем более ответ изменили и моё мнение. Поэтому подумал:

– Заместитель у Сергея оказывается очень, очень въедливый человек! Такие мелочи замечает! С ним беседовать впредь поаккуратнее надо…

Продолжение опроса касалось наличия у больного жилья и родственников. Директриса сказала, что в кадрах есть все сведения. И Георгий Николаевич тут же кому-то по телефону поручил заняться пациентом.

– Свяжитесь с больницей, – сказал он:

– Если условия плохие, сразу предложите опекунам перевод в наш госпиталь.

– Работаем по восьмому стандарту.

– Координаты сейчас отправлю.

Затем наш куратор удалился вместе с директрисой. А я предложил выйти на воздух. Так мы и сделали, оставив в «жёлтой» комнате нашего эксперта и главного инженера музея. Уже на улице сказал жене:

– Кажется, удача улыбнулась не только мне, неизвестно, повезёт ли с расследованием нашим сыщикам, но как минимум ещё одного мастера приютят в приличном доме для сумасшедших.

– Возможно, – прокомментировала