Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

– То, что я о вас знаю, говорит об обратном, – усмехнулся неизвестный. – Вы как раз любите темные игры. И в этом мы похожи.

– Вы не ответили на вопрос, – напомнил Орди.

Человек напротив засмеялся.

– Да, вас так просто не проведешь. Хорошо, господин Ординари. Меня зовут Вильфранд. Рад знакомству.

Пауза.

Ординари недоверчиво поднял бровь:

– Это какая-то шутка?

– Вовсе нет.

Еще один фонарь. Полоска желтого света скользнула по салону кареты.

– Вижу, вы не очень-то и удивлены. – Тут давний враг Тиссура попал в яблочко. Орди и впрямь не чувствовал изумления. Но не оттого, что ждал этой встречи (он-то как раз был уверен, что ему противостоит кто-то из живых людей), а потому, что случившееся просто не укладывалось в голове. Сознание упорно твердило, что этот человек в балахоне никак не мог быть тем самым Вильфрандом. – Похоже, Тиссур вам уже все уши мной прожужжал.

– О, еще как, – согласился молодой человек. – Но вы не можете быть Вильфрандом.

С противоположной стороны послышался звук, напоминавший возмущенное кряхтение:

– Это даже обидно, знаете ли. С чего вы взяли, что я – не я?

Орди задумался на мгновение.

– Например, с того, что прошло пятьсот лет. Вы не можете быть живы.

Вильфранд пожал плечами:

– Ну, строго говоря… – Он прервался на полуслове. – И вообще, разве вас не смущает, что Тиссур жив?

Снова момент задумчивости. Орди настойчиво пытался объяснить все с точки зрения того мира, в котором жил, – просто для того, чтобы сохранить здравый рассудок, – но при таком подходе головоломка никак не складывалась.

– Ну да, верно, – сказал наконец молодой человек, решив отложить все размышления на потом и просто плыть по течению. – К нему я просто привык. Ладно, пускай Вильфранд. Так зачем я здесь?

– У меня есть предложение.

Юноша поморщился.

– Ну конечно. Предложение. Понимаю. Сейчас вы попробуете меня купить и уговорить выдать Тиссура со всеми потрохами.

И все-таки Орди не покидало ощущение, будто разговор ему снится. Рассудок протестовал и прямо-таки кричал, что этого не может быть и сто́ит, возможно, потыкать пальцем в стены и потолок кареты: скорее всего, они окажутся картонными, а за окном обнаружится зрительный зал.

Вильфранд вновь засмеялся – тихо и деликатно:

– Тиссура? Нет. Предложение другого рода.

– А, понял, – хлопнул себя по коленям Орди. – Предложение рода: «Присоединись ко мне или умрешь»?

– Тоже мимо, – покачал головой Вильфранд.

Карета наехала колесом на камень и вздрогнула. Человек-гора, сидевший слева от врага Тиссура, даже не шелохнулся, словно был прибит гвоздями.

– А вы умеете заинтриговать, – признал Орди, покопавшись у себя в голове в поисках иных сценариев. – Ладно. И что же у вас за предложение?..

– Я слышу недоверие в голосе, – усмехнулся настоящий Регент Брунегена. – Но это нормально. В конце концов, я готов отдать на отсечение правую руку, что Тиссур не рассказывал обо мне ничего хорошего.

Орди механически кивнул:

– Не без этого.

– Так вот, – начал Вильфранд. – Только что скончался Регент…

– Что?! – дернулся Орди.

– Да. – Голова, скрытая под капюшоном, склонилась в ложной скорби. – Апоплексический удар. Такое бывает. Прискорбно, но городу нужно двигаться дальше. И в роли нового Регента я вижу вас.

«Ну вот и раскрылось…»

Орди напустил на себя чрезвычайно заинтересованный вид.

– Оу. Это большая честь для меня. Но предложение нужно обдумать, сами понимаете. Это огромная ответственность и…

Вильфранд тихо вздохнул.

– Так я и думал. Давайте начистоту, Ординари. Я гнию. Вы это уже, наверное, поняли – по запаху. – Молодой человек подавил смешок, который едва не превратился в судорогу. – И вместе со мной гниет город. У меня все меньше сил на то, чтобы держать все в своих руках, и все меньше мозгов для того, чтобы принимать верные решения. Буквально меньше мозгов. – Несмотря на то, что Вильфранд сделал акцент на этих словах, Орди предпочел их не услышать, чтобы не сойти с ума. – Брунегену нужна свежая кровь, а вам нужна власть, чтобы помогать людям. Я знаю это и предлагаю решение наших проблем.

Орди ухмыльнулся:

– Хорошо, начистоту, так начистоту. Во-первых, не будет никакой свежей крови до тех пор, пока я буду вашей личной подставной куклой, уж позвольте называть вещи своими именами. А во-вторых, что я буду должен сделать взамен? Сдать Тиссура?

Вильфранд удивился:

– Вы считаете, что Тиссур для меня так важен?..

– Да, – подтвердил Орди и добавил язвительно: – И не говорите, что это не так и все дело во мне.

– Но все дело и впрямь в вас! – воскликнул Регент. – Вы прибыли в город и встряхнули его, перевернули все вверх дном – и за такой короткий срок! Люди знают вас, люди говорят о вас. Более того, они смотрят на вас с интересом, как дети на фокусника. Ждут, что вы еще выкинете, но без страха, а с восхищением.

– А Тиссур? – напомнил Орди.

– А Тиссур – старая костяшка. Кусок прошлого. Старые взгляды, старые методы, старое мировоззрение. Мне он никак не страшен.

– И поэтому вы сидите здесь, уговаривая его единственного союзника перейти на вашу сторону? – Молодой человек скептически приподнял бровь. – Почему мне кажется, что вы все-таки хотите его найти и устранить?..

Вильфранд хохотнул:

– Найти? Ординари, да весь город знает, где вы живете! Если бы я хотел отыскать и убить Тиссура, мне было бы достаточно взять сотню гвардейцев и заявиться к вам домой.

«Да, это похоже на правду», – мысленно согласился с доводом Орди.

– Хорошо, давайте так, – сказал Вильфранд после нескольких секунд тишины, – какие гарантии я должен дать Тиссуру, чтоб вы согласились?..

А вот это было уже не по сценарию.

– Гарантии? – нахмурившись, переспросил Орди.

– Да, гарантии, – подтвердил Регент. – Поймите же, Тиссур мне никак не мешает. Пятьсот лет назад – возможно. Но сейчас – вряд ли. Никто не вспомнит его. Никто не пойдет за него умирать. Да и я не смогу его убить.

– Почему? – поинтересовался юноша.

– А вот это пусть он сам вам расскажет. – Голос Вильфранда улыбался. – Но вернемся к гарантиям. Безопасность – легко. Я его и пальцем не трону. Свобода – в некоторых пределах. Сами понимаете: допустить, чтобы он летал по улице, я не могу. Если захотите что-то еще – готов обсудить.

Орди молчал, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Он ждал, что Вильфранд будет действовать по-другому. Угрозами, насилием, жестокостью – чем угодно, только не готовностью к сотрудничеству. Орди не был предателем, более того, сама мысль о вероломстве была ему противна, но сейчас молодой человек понимал, что Вильфранд уже его зацепил. Незаметно и ненавязчиво. Технически даже не он все сделал, а Орди