Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

– Да не хочу я быть тираном! – возразил Орди, но Тиссур сразу же пресек оправдания:

– Но ты уже ведешь себя как тиран. Подумай об этом.

В дверь деликатно постучали. Издавать настолько деликатный стук мог только один человек в доме – Вортсворт.

– Входите! – Орди повернулся к двери, но все равно прогадал: голос старика донесся из-за спины.

– Милорд!..

Юноша дернулся.

– Вы делаете успехи, Вортсворт, – процедил он. – Что такое?

– У ворот стоит один из курьеров, – обеспокоенно произнес дворецкий. – Он сообщает, что в нашем салоне пожар…

Огонь вздымался до самого багрового неба.

Но не у магазина Орди.

В смысле в мире в тот самый момент существовало множество мест, горевших намного сильнее, чем Салон-магазин Ординари и ко. И к тому времени, как обеспокоенный молодой человек примчался на место происшествия, огонь, и без того несильный, успел погаснуть сам собой.

Черная карета и пара открытых бричек, забитых сонными деревенщинами, остановились у витрины, и люди в них поначалу подумали, что ошиблись адресом. Они ожидали, что приедут к углям, закопченному кирпичу и битому стеклу, а вместо этого наткнулись на целехонькое здание.

– Смотрите, милорд! – Огромный бородач с топором подозвал Орди. – Дверь. Похоже, это ее подожгли.

Да, горела именно дверь. Причем горела основательно. Внизу обуглилась, сверху лак пошел пузырями, а бронзовые ручки почернели, но, кроме этого, никаких повреждений не было заметно.

– Странно… – Орди провел ладонью по саже и посмотрел на испачканные пальцы.

– Агась, милорд, – кивнул деревенщина. Остальные его «коллеги» в это время осматривали витрину и задний двор здания.

– Проверь, все ли в порядке внутри, – приказал Орди, отдал ключ и отошел в сторону.

Он чувствовал себя очень неуютно, как будто на прицеле. Недалеко от салона на столбе горел одинокий масляный фонарь, и шар света от него – маленький и казавшийся из-за тумана пушистым – выглядел беззащитным на фоне бескрайнего моря тьмы.

Сырой воздух жадно впитывал все звуки, но юноша тем не менее услышал перестук копыт – медленный и неторопливый. Невидимые в темноте лошади двигались шагом, тихо поскрипывали колеса. И эти звуки, обыкновенные и будничные, почему-то вызвали у молодого человека самый настоящий ужас.

Страх был иррационален и силен, как никогда раньше: разум мутился, а на загривке волосы вставали дыбом. Юноша выругал себя последними словами, но все же сделал несколько шагов поближе к двери, где стояли деревенщины и горел хоть какой-то свет. Молодой человек старался перемещаться спокойно, но это едва удавалось из-за дурацкого ощущения, что за ним по пятам гонится нечто жуткое и кровожадное.

– Кто там едет? – задал Орди риторический вопрос и гаркнул: – Разберитесь!

Деревенщины выстроились полукругом и скрылись в темноте. Перестук копыт приближался до тех пор, пока не раздалось грубое:

– Стой! Куда едешь? Чего надо?

Орди не слышал, что отвечают из кареты, зато до него доносились реплики деревенщин.

– А тебе какое дело?

– …

– Так, может, это ты?..

– …

– Он не говорил мне, что кого-то ждет!

– …

– Ага, а со мной епископ!

– …

– Ладно, скажу. Ребята, глаз с него не спускать!

Бородач с топором вынырнул из темноты.

– Милорд, тут это… Какой-то господин приехал. Говорит, что вы его ждали. Просил передать, что с ним Регент.

– Что? – На какое-то мгновение юноша по-настоящему оцепенел. «Ловушка!» – мелькнула запоздалая мысль.

– Ну да, я тоже не поверил…

– Регент, да? – быстро переспросил молодой человек. – Ладно, допустим. – Орди изо всех сил старался сохранить хотя бы внешнее спокойствие. – И чего же он хотел?

– Да просто поговорить. – Крестьянин пожал плечами.

Первым желанием было сесть в карету и приказать кучеру гнать отсюда как можно быстрей. Орди понимал, что его явно заманили сюда. Но страх никогда не был хорошим советчиком, поэтому юноша мысленно заставил себя успокоиться и рассуждать логически.

Во-первых, пожар был откровенно липовым. Если бы кто-то стремился уничтожить магазин Орди, то мог бы просто разбить витрину и развести костер на ковре: заполыхало бы так, что тушить пришлось бы всем городом.

Во-вторых, если бы Орди хотели убить, он уже был бы мертв. Способов было множество: нападение, засада, выстрел из темноты – и это лишь те, что приходили в голову первыми.

Следовательно, кто-то действительно хотел с Орди поговорить. Но вот самому Орди говорить отчего-то не хотелось.

Деревенщина ждал решения. Мешкать было нельзя, иначе громила мог понять, что его лорд боится, а подобная информация распространяется среди людей со скоростью чумы и убивает создаваемую годами репутацию за считаные часы.

– Ладно. Поговорить – это можно. – Молодой человек вскинул голову и направился на звук доносившегося из темноты конского фырчания.

Карета того, кто пожаловал на место пожара, была очень старой: ее украшали вышедшие из моды сотни лет назад деревянные статуи и статуэтки, изображавшие богов и мифических персонажей.

Молодой человек подошел к двери, сохраняя тем не менее некоторую дистанцию. Деревенщины, разумеется, окружили экипаж и были готовы применить дубины по назначению, но ощущение опасности все равно никуда не делось. Его усугублял слабый запах тления, витавший рядом с каретой.

– Доброй ночи, – громко поздоровался Орди. – С кем имею честь?..

– Доброй ночи, лорд Ординари, – прозвучал улыбающийся голос из кареты. – Вы спрашивали у Регента, как меня найти, – и вот я здесь.

Орди поежился.

– Вопрос остается тот же, – сказал он. – Кто вы?

Дверь кареты открылась, аромат тления, который пытались скрыть за сладкими духами, усилился. Юноша вгляделся во тьму, но ничего не разобрал.

– Присаживайтесь. Я предлагаю немного прокатиться.

Поразительно, но, несмотря на ситуацию, от этого предложения совершенно не веяло угрозой. Орди задумался, и тот, кто сидел внутри, воспринял это по-своему:

– Пусть ваши люди сопроводят нас. Это будет гарантией безопасности.

Орди пожал плечами и кивнул своим деревенщинам, после чего взялся за позеленевшие от времени медные ручки и залез в карету. Дверь закрылась. Запах гниющего мяса стал невыносим, и юноша придвинулся как можно ближе к окну, пытаясь поймать носом относительно свежий воздух Брунегена. Даже рыбная вонь, которую приносил с реки туман, казалась цветочным ароматом в сравнении с тяжелым зловонием внутри.

Экипаж тронулся, фонарь проплыл мимо, и Орди увидел, что в карете напротив него расположились два человека. Первый – огромный и широкий, как шкаф, – сидел слева, молчал и не шевелился. Второй – куда скромнее в размерах и напоминавший комплекцией самого Орди – был одет в такой же, как у молодого человека, черный балахон.

– Еще раз здравствуйте, – заговорил второй. – Надо сказать, я давно слежу за вами, господин Ординари.

– Польщен, – буркнул молодой человек. – Так кто же вы? Не