Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

«Что бы это значило?» – подумал Орди. Окружающие перестали его замечать и перешли к обсуждению политических вопросов: сыпали странными фамилиями, которые юноша не сумел бы произнести, и названиями территорий, о которых никогда не слышал.

– Был рад поговорить с вами. – Молодой человек поднялся с кресла и одарил собрание больших шишек очередной лучезарной улыбкой. – Но боюсь, нужно еще решить кое-какие вопросы.

Носы-крючком показали, что отпускают его, и Орди уже повернулся, но в самый последний момент его остановила Ванда:

– А вы не хотите пригласить даму на танец?

Если престарелая фурия ставила целью выбить Ординари из колеи, ей это полностью удалось.

– Д-да. – От неожиданности молодой человек начал запинаться, но моментально надавал себе мысленных пощечин и протянул руку. – Вы делаете мне честь.

Танцевать Орди совершенно не умел и, пока вел Ванду в центр зала, лихорадочно пытался придумать хоть какой-нибудь предлог сбежать. Но такового не нашлось, даже Йоганн с Виго куда-то запропастились.

– Вижу, вы волнуетесь, – промурлыкала старуха, отчего у молодого человека все внутренности покрылись инеем. – Не волнуйтесь, я научу.

Оркестрик по-прежнему наигрывал что-то скучно-официальное.

Ванда улыбнулась и взяла ладони Орди в свои.

– Одну руку можете положить на талию. Кто-то считает подобное непристойным, но лично меня мнения ханжей не интересуют. А вас?

– Думаю, меня тоже. – Неожиданно для самого себя юноша не просто обнял Ванду, а еще и прижал к себе покрепче.

Дама охнула:

– Какой пыл!.. Давайте ногу сюда, потом сюда…

Вокруг кружились пары, а гости бала таращились во все глаза, как одна из самых влиятельных женщин города учит танцевать одного из самых загадочных мужчин.

– Сейчас я буду говорить. – Ванда поднесла губы к уху Орди, и его обожгло горячим, но несколько несвежим старческим дыханием. – Постарайся прижимать меня как можно более страстно.

От подобной перспективы молодой человек пришел в ужас и чуть было не отстранился.

– Понимаю, мне уже давно не семнадцать, но это важно. И улыбайся, тьма тебя побери. Улыбайся как полный идиот… Как вон тот, в зеленом. Видишь?

– Да, вижу. – Орди смотрел прямо на того, кого Ванда имела в виду, – толстого коротышку в костюме лесного разбойника: маленькая шапочка с пером, трико и рубашка с вырезом, который открывал вид на впалую грудь. Мужчина танцевал с высокой и очень фигуристой девушкой, и потому его глаза не выражали ни единой мысли, а улыбочка выглядела так, словно фальшивый разбойник вот-вот пустит слюну из уголка губ. Орди тщательно воспроизвел имбецильность на собственном лице. – Так чего же вы хотите?.. Оу! – Рука Ванды крепко сжала его ягодицу.

– Спасите нас, Ординари.

Такого поворота молодой человек не ожидал и потерял контроль над мимикой: округлил глаза, сбился с такта и едва не остановился посреди зала как вкопанный.

– Э-э, – озадаченно протянул он, и Ванда, быстро поняв, что к чему, взяла дело в свои руки и сама начала вести танец.

– Какой же ты дурак… мальчишка, – шептала она, улыбаясь и бросая на молодого человека жаркие взгляды, но тот видел, как на самом дне серых глаз плещется паника, граничащая с безумием. – Я думала, ты будешь поумнее. Боги, да тебе же целый вечер намекали…

Орди быстро прокрутил в голове разговор и с досадой понял, что некоторые реплики и впрямь могли иметь иное значение. А он-то пыжился, старался что-то показать… Неудивительно, что на него так смотрели.

– Регент? – спросил молодой человек, возвращая себе ведущую роль в танце.

Ванда засмеялась:

– Нет. Конечно нет. Намного страшнее. Регент просто дурак, ширма, клоун… Но тот, кто стоит у него за спиной, – он опасен. И безумен. И жесток.

– И кто же он?

– Никто не знает. Те, кто видел его, ничего не говорят и вскоре умирают. Вы должны нам помочь! – Ванда прильнула к Орди еще теснее.

– И как же? – процедил юноша, которому подобное соседство не приносило ничего, кроме дискомфорта.

– Ах, перестаньте. Все понимают, чего вы хотите. Ускорьтесь! Или будет поздно, и он сожрет нас всех! – Дама резко перевела взгляд направо и с силой оттолкнула Орди. – Ах, душечка, здравствуйте! – Юноша отошел в сторону и наблюдал, как Ванда церемонно здоровается с какой-то роковой брюнеткой в пышном синем платье, вышитом лилиями.

«Видимо, разговор окончен», – подумал молодой человек и, опустив голову так, чтобы капюшон скрывал лицо в тени, отправился искать место поспокойней, чтобы все обдумать.

Это оказалось не так просто. Все входы во внутренние помещения дворца были заперты, на втором этаже, судя по звукам, кипела настоящая оргия, а возле стен зала сидели на стульях и диванах люди, ведущие пустые беседы обо всем на свете.

Виго и Йоганн возникли перед Ординари в тот самый миг, когда он уже собрался выйти в сад, чтобы подышать воздухом, а не женским потом, который пытались скрыть за сладкими духами.

– Узнали что-нибудь? – спросил юноша.

– Да, – ответил Виго. – Регент наверху. Скоро будет выступать.

– И чем он там занят?

– Ну… – замялся вампир. – Всяким.

Молодой человек усмехнулся:

– Понятно. И как много времени ему понадобится на то, чтобы приготовиться к выступлению?

– Его там одевают и приводят в чувство… – Вампир пожал плечами. – Я бы сказал – полчаса.

– Хорошо. Будь добр, послушай пока, о чем будут говорить те, кто приводит Регента в норму. Йоганн, держись рядом. А то они тебя на сувениры разберут. – Молодой человек кивнул в направлении большой группы разновозрастных дам, стоявших неподалеку и делавших вид, что их интересует все что угодно, кроме огромного мускулистого варвара.

Время до выступления Регента прошло достаточно спокойно. Ординари пытался разглядеть Ванду в табачном дыму диванной лагуны, но так и не сумел, а подходить к ней счел излишним. Если страх в ее глазах не был показным, то лучше оставить все как есть. Захочет – сама подойдет и сама все скажет. Тем более складывалось ощущение, что за ней и остальными кто-то следил, иначе для чего вообще было все это представление с танцем?

К оркестрантам прошествовал неестественно прямой лакей, сказал что-то – и музыка тут же стихла, а музыканты, забрав инструменты, спустились в зал. Гости прекратили танцевать, отовсюду слышались разочарованные возгласы.

«Да уж, – подумал Орди. – Никакого воодушевления».

Его и впрямь не было: на лицах тех, кто подтягивался к месту представления, не забыв по дороге разжиться бокальчиком вина, не читалось ничего, кроме скуки и раздражения. Молодой человек решил подобраться поближе и пустил вперед Йоганна, раздвигавшего людей одним своим видом.

Ожидание изрядно затянулось. Тишина первых минут сменилась неодобрительным гулом, который