Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч

Мозг Орди работал в авральном режиме, пытаясь одновременно придумать достойный ответ, проанализировать, куда идет разговор, и удерживать контроль над эмоциями, которые были готовы сорваться с цепи и похоронить все предприятие. Перед глазами молодого человека вставали живописные картины того, как он уходит с бала осмеянный и растерявший всю репутацию, – и спокойствия это не добавляло.

– Это не скромность, – сдержанно ответил Орди. – Просто я не знаю, что ответить. Сомневаюсь, что вас интересует моя полная биография.

– Отнюдь, – подал голос еще один нос-крючком – в пенсне. На его шее болтался увесистый орден с чьим-то портретом в центре. – Уверен, никто в этом зале… да что там? во всем городе! Не знает, откуда вы появились и как умудрились так быстро вырасти. Ходят слухи, что вы продали душу… – Старик не договорил и указал пальцем куда-то на пол.

– Вовсе нет, – покачал головой Орди. – Моя душа при мне.

– А сердце? – томно спросила одна из великосветских старух, одетая роскошней остальных.

Молодой человек едва не поменялся в лице. Перспектива провести ночь с этой фурией чуть не обрушила его рассудок: дама выглядела так, будто имела привычку откусывать головы своим фаворитам.

– Мое сердце тоже при мне. – Юноша лучезарно улыбнулся: «Я понял, что это проверка, дорогуша, придумай что-нибудь еще».

– Кажется, вы его смущаете, Ванда, – усмехнулся нос-крючком-но-без-ордена. – То, что у вас, молодой человек, есть душа и сердце, уже внушает оптимизм.

Старик бросил насмешливый взгляд на бокал аперитива в руках Орди. Молодой человек сжимал его в ладони, в то время как остальные слегка придерживали за ножку в самом низу. «Ах ты ж, сукин сын!» – Юношу бросило в жар. Он понял, что над ним с самого начала открыто потешались и лишь он один этого не заметил. Не заметил потому, что привык считать себя игроком высшей лиги и вести себя соответствующе. Но эти люди, несмотря на всю мишуру, видели того Ординари, коим он являлся на самом деле – юнцом-выскочкой, который задрал нос и возомнил о себе невесть что.

– А то, знаете, кроме всего прочего ходили слухи, будто вы не человек. – С разных сторон послышались негромкие смешки. Орди густо покраснел и, чтобы скрыть это, опустил голову, пряча лицо под капюшоном.

– О нет, – голос отвратительно дрогнул, и акулы это не без удовольствия заметили, – я абсолютно точно человек. А вы?

Вопрос вырвался сам собой, и Орди обругал себя последними словами: вместо того, чтобы пытаться выплыть, он топил себя еще сильней.

Старики и старухи переглянулись с таким видом, что юноша почувствовал себя внуком, которого поставили на табуретку и велели прочитать стишок. Что бы он ни сказал, все будет воспринято как детский лепет – несерьезно, с иронией, умилением и «Посмотрите, он говорит совсем как большой, у-тю-тю, дайте ему конфетку». Этих людей ему не одолеть. У Тиссура бы получилось, но король находился слишком далеко отсюда.

– Мило. Очень мило, молодой человек. Мы, наверное, тоже люди. А кто ваши спутники? Тот господин, который в шкурах… он смотрится очень… – Старик тщательно подбирал слова. За ним следили все присутствующие, и их глаза ухмылялись. – Очень интересно.

Орди повернул голову вправо и увидел, как Йоганн стоит буквально облепленный женщинами всех возрастов. В стороне от них собралась еще одна небольшая толпа, состоявшая из отвергнутых мужчин.

И эта картина: краснеющий здоровяк-варвар, юные девушки, липнущие к нему, опытные светские шлюхи, выставляющие напоказ свои сомнительные прелести, и множество раздосадованных кавалеров, гневно глядящих на Йоганна и явно замышляющих какую-то гадость, – развеселила Ординари так, что все нервное напряжение, злость и смущение разом куда-то ушли. Он одним глотком осушил бокал и поставил его на столик.

– О да. Он и вправду интересен.

– Как его зовут? – полюбопытствовала Ванда, и Орди, взглянув в глаза львицы, увидел тот же похотливый огонек, что и у остальных женщин в зале.

– Это он ваш ручной оборотень? – спросил нос-крючком номер три, маскирующий коричневые пигментные пятна под слоем пудры.

Этот допрос уже начал забавлять Орди.

– Что вы, вовсе нет!

– А кто? Я слышал, в вашей команде есть человек, умеющий превращаться в волка. – Смешки, снова смешки со всех сторон.

– О нет, это всего лишь слухи. У меня нет и никогда не было человека, который умеет превращаться в волка. – Последнее слово он незначительно выделил интонацией. – Но если вы знаете кого-нибудь, кто умеет, я мог бы предложить ему работу.

– Работу? – усмехнулся нос-крючком-с-орденом. – Хотите натравить его на тех, кто пытается вас раздавить?

Это было неожиданно грубо. До сего момента разговор напоминал осторожное ковыряние отмычкой в замке, а сейчас неожиданно превратился в таран, бьющий в крепостные ворота.

– У меня хватает тех, кого можно натравить, – посмеялся Орди. – А вот тех, кто может быстро бегать и продавать, постоянный недостаток.

– Кстати, господин Ординари. – Ванда отвела плотоядный взгляд от Йоганна. – Ваша… эмм…

– Грязь, – подсказал юноша, отнимая у дамы возможность как-нибудь тонко сострить.

– Да, благодарю вас… – Орди отметил, что клыки Виго смотрелись бы значительно уместнее на лице этой старухи, чем на полной и добродушной физиономии вампира. – Так вот, ваша грязь действительно убирает морщины и может лечить болезни?.. Я хотела бы попробовать, но все никак не могу решиться нанести ее на себя…

– О, вам это ни к чему. – Губами Орди произносил комплимент, а взглядом оскорблял. – Вы и так чудесно выглядите.

– Льстец. – Ванда восприняла посыл. – Надеюсь, вы хотя бы убираете из товара тину и пиявок?

– Зачем? – удивился Орди. – В основном именно они и дают целебный эффект.

Лица присутствующих на мгновение вытянулись, и Орди едва не засмеялся.

– О, вы просто не пробовали, – ответил юноша многочисленным гримасам отвращения. – Я могу прислать вам самые лучшие образцы – в знак уважения.

– Вы очень любезны, – заметил нос-крючком-в-пудре. – Думаю, тут еще никому не присылали грязь в знак уважения.

– О да, уверен, что не присылали, – согласился молодой человек. Он задумался над тем, как повернуть разговор в нужное ему русло. Эта пикировка могла длиться бесконечно, а время поджимало. И нужно было либо узнать то, для чего он вообще пришел на бал, либо уходить и искать информацию в другом месте. – Думаю, стоит предложить ее и Регенту. В знак моей признательности.

– Признательности? – крякнул нос-крючком-с-орденом. – Регенту?

Для завершения этой фразе не хватало: «Вы, должно быть, шутите?»

– Именно, – кивнул Орди. – А что не так?

– О, все так. Все совершенно так, – с каменным лицом ответил старик и обратился уже не столько к молодому человеку, сколько к остальным присутствующим. – Думаю, Регенту ваша грязь очень пригодится. Его