Чужие степи. Часть 11 - Клим Ветров

неведомой цивилизацией. Про его миссию — спасать генетический материал вымирающих миров. Про аварию, которая повредила центральный процессор и превратила спасательную миссию в хаотичный набор ошибок. Про то, как ковчег открывает порталы в параллельные реальности, тащит оттуда людей и тварей, а потом «затапливает» те миры, которые считает безнадёжными. Стирает их полностью, без следа. И про то, что наш мир для ковчега всего лишь одна из «палуб», которую в любой момент могут признать аварийной.

Рассказал про администраторов. Про Клауса, про старика, про мужика с правильным лицом. Про то, как они передрались, как активировался протокол «Тишина», парализовавший оружейные системы. И про то, что я — сто девятый администратор, а мой генетический код — это одновременно ключ доступа и инструмент восстановления. Только полномочия мои урезаны, и взорвать реактор я могу, а починить систему — нет.

Когда я замолчал, дядя Саша смотрел в огонь, прищурившись.

Олег крутил в пальцах пустую кружку.

Борисов с Денисом выглядели совсем потерянными. Борисов несколько раз открывал рот, чтобы что-то спросить, но так и не решался. Денис просто сидел, уставившись в одну точку. Для них, людей, привыкших к простым и понятным угрозам, вся эта история с инопланетным кораблём и параллельными реальностями была чем-то запредельным.

Первым не выдержал дядя Саша. Он вздохнул, потёр лицо ладонями и выдал:

— Понятно, что ничего не понятно.

Олег хмыкнул, криво усмехнулся и добавил:

— А по-моему, всё ясно как божий день. Не справимся — помрём все дружно.

— Весело, — тихо сказал Денис.

— Зато честно, — ответил Олег.

— И что делать? — спросил дядя Саша, возвращаясь к делу.

— Действовать. — Я вытащил из кармана окурок, прикурил от костра. Дым обжёг горло, но я даже получил от этого удовольствие. — Есть способ починить эту машину, перепрограммировать. Заставить закрыть порталы и успокоиться. Но для этого нужен ключ, есть который только у одного существа.

— У кого? — спросил Олег.

Я затянулся почти до фильтра.

— У Твареныша.

Дядя Саша поперхнулся дымом и закашлялся. Олег вытаращился на меня, приоткрыв рот. Даже Борисов с Денисом, которые никогда не видели Твареныша в живую, переглянулись с удивлением.

— У нашего? — переспросил дядя Саша, прокашлявшись.

— Да. У него.

— Но он же… — Олег замялся, подбирая слова. — Он же тварь. Ну, в смысле, он, конечно, свой в доску, но он же тварь. Как он может быть ключом к этой махине?

— Все твари — создания этого мегамозга, — объяснил я. — Биологические дроны, выращенные ковчегом для обслуживания внешних систем и защиты. Но Твареныш — особый. Он потомок популяции, которая вышла из-под контроля ковчега много лет назад. Его код чист, не искажён системными командами спятившего мозга. Именно поэтому он — ключ. Клаус пытался его захватить и использовать, но Твареныш его убил.

Дядя Саша ухмыльнулся, и в его усмешке мелькнуло что-то похожее на гордость.

— Я же говорил, — сказал он, покачивая головой. — Хорошая зверюга.

— Только теперь нам нужно его найти.

— И как мы это сделаем?

— Он в мире которое компьютер называет палубой номер три.

— И что там? — спросил Денис.

— Не знаю. — Я пожал плечами. — Система называет этот мир «заражённым». Он изолирован — связь с ним утеряна. Что там происходит сейчас, мне неизвестно. Знаю только что Твареныш со своими сородичами может быть там.

— Сородичами?

— Ну да.

— И они нас встретят как братьев? — с сарказмом спросил Борисов.

— Вряд ли, — честно ответил я.

— Отлично. — Борисов нервно хмыкнул. — Просто отлично.

Олег смотрел на дядю Сашу. Дядя Саша смотрел на меня. Я смотрел на костер. Огонь трещал, пожирая сухие ветки. Искры взлетали в серое небо и гасли, не долетая до крон.

— Ну и чего мы ждём? — спросил дядя Саша.

Я поднял голову, встретившись с ним взглядом. Его лицо было абсолютно невозмутимым, только в глазах горел знакомый огонёк — азарт, который появлялся у него всегда, когда впереди маячила хорошая заварушка.

— Мы с этой тварюгой не первый день знакомы, — сказал он. — Если ты говоришь, что он может помочь, — значит, надо лететь.

Олег кивнул, соглашаясь. Они с Тваренышем тоже были знакомы — между ними даже было что-то вроде молчаливого уважения.

Потом кивнул Денис. Борисов пожал плечами.

— Всё равно деваться некуда, — сказал он. — Тут хоть какой-то шанс.

Дядя Саша хмыкнул, затоптал окурок в землю, поднялся.

— Тогда грузимся, — сказал он. — Чего резину тянуть.

И мы стали собираться. Без суеты, без лишних слов — каждый знал, что делать. Впереди был неизвестный мир, полный чудовищ. Но в нем, возможно, ждал тот, кто мог стать нашим спасением.

А мог и не стать.

Глава 24

«Чинук» затрясся и тяжело, словно нехотя, оторвался от земли. Не знаю почему, но мне казалось что вертолёт устал. Словно это не просто машина, а этакий летающий кит, грустный от того что попал в неправильное море. Двигатели работали вроде и ровно, но в их тоне появилась какая-то новая, надсадная нота.

Я сидел в кресле второго пилота, соображая, в какую сторону лететь. Карта до сих пор стояла перед глазами, поэтому особых сложностей в поиске прохода не было, требовалось только сфокусироваться.

— Куда летим? — раздалось в наушниках. Несмотря на обстановку, голос дяди Саши прозвучал сухо и буднично.

Привычных сторон света тут не было. Но после посещения корабля у меня словно компас включился. Даже не компас, гироскоп, который тянуло в нужную сторону. Не объяснить словами. Просто знаешь, как знаешь, где верх, а где низ. Покрутив головой, я определился с направлением и показал рукой.

Дядя Саша кивнул, поправил шлемофон.

— Далеко?

— Нет, километров пятьдесят, может, немного больше.

— Принял, — подтвердил он, и тронув ручку, уложил «Чинук» на новый курс.

Я достал бинокль, прильнул к окулярам. Внизу смотреть было не на что: сплошное болото, коричневая вода, ржавые пятна ряски, чахлые стволы. А вот впереди, на горизонте, что-то темнело. Сначала думал горы, но приглядевшись, понял что это два торчащих непонятных предмета. Будь мы на нормальной земле, я сказал бы, что скалы. Но тут мне они казались обломками какой-то огромной балки — уж слишком правильными были их очертания.

— Вижу цель, — сказал я. — Доворачивай