Маги Канверона - Ксения Котова

«Правильное решение. Правильная тактика, — почти с умилением подумал Ревин. — И совершенно губительная».

Дамис резанул воздух красно-синим треугольником. Огненно-водяное плетение пробило щиты противников, и в прореху Ревин швырнул только что законченную коричнево-зелёно-серую сферу. Любимая покойным Лерутом «Колыбель крошек» полетела в грудь «лысому». Ревин заклинание недолюбливал, но мало что могло сравниться с ним по убойной силе.

Враг панически выставил барьер. «Колыбель» вгрызлась в щит, сминая его и хлеща серыми нитями. «Высокий» и «коренастый» шарахнулись прочь.

Точно, как рассчитывали «драконы». Дамис метнул в «высокого» два переплетённых копья, белое и серое. Первое ослепило, второе — ранило. Ревин обрушился на «коренастого» потоком молний и вздыбил пол под его ногами.

— Ремонт с тебя! — проворчала Мелара. Она всё видела.

Поняв, что ситуация критическая, преследователи Фейвина появились на первом этаже. Маг с артефактами по-прежнему не вмешивался, сосредоточившись на барьерах вокруг дома. Прихожая опять наполнилась вихрем заклинаний. В голову Ревину полетел голубой дротик, но разбился о защиту Дамиса. Полупрозрачный овал устремился в грудь рыжего мага, однако напарник уничтожил плетение на подлёте. Ревин поднял ветер, тесня врагов, а Дамис с силой звякнул браслетами друг о друга, создав зелёно-голубые вспышки.

«Высокий», корчившийся от боли после копья Дамиса, не успел распрямиться: вспышки обожгли грудь, и маг рухнул в параличе. «Коренастый» подался назад, но один из снарядов всё-таки настиг его, превратив в новую неподвижную статую. «Лысый» застыл рядом в причудливой позе.

На миг время точно замерло. Однако вмешался артефактор.

По дому прокатилась туманная пелена изменённого пространства, и никого не осталось: ни парализованных, ни парочки, ловившей очкарика. Испарились даже обрывки одежды и следы заклинаний со стен!

Дамис глубоко вдохнул, развернулся к сестре и рявкнул:

— Мелара! Что здесь творится?! Кто это?!

— Понятия не имею, — она продолжала напитывать магией ледяную глыбу.

— Почему в нашем доме бардак?! Что за очкарик?! И собака?!

Ревин нетерпеливо шарахнул по потрескавшемуся льду потоком грубой силы. Корка пошла трещинами и распалась. Терн вывалился ему на руки.

— Вы объясняйтесь, а мы в ванную. — Маг подхватил охотника — того колотило. — Мелара, найди нам что-нибудь согревающее. Дамис, вызови стражу для протокола…

— Никаких протоколов! — рассвирепела алхимик. — Я хочу есть, пить и смотреть на огни! Завтра разберётесь! Вы «драконы» или мимо проходили?!

— Сестра… — заспорил Дамис, но она глянула на брата так, что он немедля замолчал.

О Фейвине все напрочь забыли.

[ image47 ]

— 47 — Ревин Артелл —

Усадив дрожащего и ничего не соображающего Терна на бортик ванной, Ревин включил тёплую воду и принялся снимать с охотника одежду. Тот упёрся ладонями ему в плечи и, заикаясь, выдавил:

— Уйд-д-ди.

— Молчи! — Ревин сдернул с его рук перчатки. — Сейчас отогрею!

Глаза Терна испуганно распахнулись. Ревин раздражённо подумал, что друг иногда вёл себя, как стеснительная инициатка, а медлить было нельзя: ледяные чары — редкостная гадость. Маг развязал пояс охотника и потянул ворох халатов с угловатых плеч. По пальцам прошёл неприятный зуд, но Ревин списал его на последствия боя и нервы.

Терн обхватил себя руками. Маг ругнулся.

— Если шевелишься — помогай, или прямо так запихну! — прикрикнул Ревин и сразу претворил угрозу в жизнь.

Он перекинул ноги охотника в ванну и надавил ему на локти, погружая в воду. Ладони опять прострелил зуд. Терн зажмурился, плотнее свел руки, и маг интуитивно уловил: что-то не так.

— В чём дело? – встревоженно спросил он. – Тебя ранили? Больно?

Охотник помотал головой, но Ревин не успокоился. Он снова схватился за халаты и вдруг ощутил под ладонями нечто мягкое… и туго стянутое несколькими слоями бинтов.

Терн ударил его по рукам и ушёл с головой под воду. Маг резко выпрямился. Взгляд скользнул по фигуре, облепленной мокрой одеждой. Глаза полезли на лоб.

— Э… — одинокое междометие повисло в воздухе. На большее маг оказался не способен.

Длинные крепкие ноги, узкие бёдра, линии бинтов на груди — а там, где ткань открывала кожу, мерцали татуировки, деликатно подчёркивая изгибы тела. Несколько линий убегали от пупка под пояс, дразня воображение. Ревин судорожно перевёл взгляд на кисти охотницы. Терн держалась за бортики, и маг рассматривал её длинные пальцы, недоумевая, как не заметил раньше. Ворохи безликих серых халатов превращали друга… подругу в нечто бесполое и невыразительное.

— Терн… — пробормотал Ревин. С десяток вопросов столкнулись на языке, но все они прозвучали бы по-идиотски.

Охотница вынырнула, вдохнула, и татуировки погасли. Волосы мягкими завитками облепили влажное лицо, а по шее стек, обогнув коричневую родинку на ключицах, ручеёк.

— Ревин-н, — хрипло сказала Терн, — или смотри мн-н-не в лицо, или отверн-н-нись.

Маг вспыхнул. Серые глаза встретились с оранжевыми, изменившими цвет на зеленовато-оливковый. «Хоть смущается», — со странным облегчением подумал Ревин.

— Прин-н-неси, пожалуйста, сухую одежду, — попросила Терн.

— Я… скажу Меларе, — медленно ответил маг. — Да, Меларе…

Ревин шагнул к двери, пытаясь смотреть охотнице в лицо, и едва не налетел на косяк. Терн опять ушла под воду, и бортики, к облегчению мага, скрыли обнажённые плечи.

Он вывалился в коридор.

— Мелара! — со смесью обиды и возмущения крикнул Ревин. С трудом осознавая происходящее, он дошёл до кухни.

Деноли деловито крутились у стола. Они приводили помещение в порядок и раскладывали свёртки из «Леранского холма», перебрасываясь шуточками. О протоколе уже не шло и речи. Рисс лежал возле очага под шерстяным одеялом и поскуливал, выпрашивая еду.

— Мелара, ты почему не сказала?! — прозвучало… жалко.

Пытаясь унять сумбур в голове, Ревин прислонился к стеллажу с бутылками. Терн выглядела необычной с самого начала, но на фоне странностей её культуры терялись намёки на всё остальное. Маг смотрел на алхимика укоризненно, но она-то была не виновата… Теперь Ревин вспоминал жесты охотницы, которые казались ему чересчур женственными, и двусмысленные намеки Мелары.

— Она к Кулле устроилась и попросила не болтать, — ответила алхимик, — а вы с Райтеном и Оэлем слепые. Вот Дамис наверняка всё понял.

— Что понял? — оглянулся Дамис, наполняя кружку сидром.

— Что скажешь про Терн?

— Толком не разглядел. Вроде симпатичная.

Ревин с детства не чувствовал себя таким идиотом. Мелара наставительно подняла палец.

— Говорю же: слепой. Кстати, Ревин, – она