Агент Их Величеств, часть четвёртая - Александр Н. Александров

покрытого потёками блестящего стеклянистого шлака. Из-под земли поднимались султаны дыма с резким торфяным запахом, от которого слезились глаза и хотелось чихать и даже болото вокруг имело довольно печальный вид: вся ряска с его поверхности исчезла и теперь вода отдалённо напоминала мутную бурую похлёбку которой в День Победы в провинциальных городках потчуют ветеранов войны обзывая сие хлёбово «солдатскими щами».

– Так,– колдун быстро огляделся по сторонам, – сейчас я быстренько наколдую какое-нибудь плавсредство из дерьма и палок и мы быстренько свинтим отсюда в закат. Давайте топайте за мной к вон тому...

Получить описание ориентира к которому ему надлежит топать следователь не успел: Мерлин неожиданно умолк, присел и пальнул в воздух яркой колдовствой вспышкой.

Огонь полыхнул и погас, а Фигаро краем глаза успел увидеть отлетевший в сторону короткий чёрный дротик с тусклым бежевым оперением.

– В дом! Назад!! – Силе вопля Мерлина позавидовал бы и комиссар Пфуй. – Осторожно, пригнитесь!

Конечно же, пригнуться следователь не успел. Артур, поморщившись, резко завалился корпусом вперёд, спиной поймав ещё пару отравленных стрелок и сбив одну из них на лету.

– А может... ну... прыгнем на какую-нибудь корягу...

– Сами вы коряга! Двигайте ногами! Я вам что, ведьмак – стрелы на лету ловить?! Ищите себе другое ПВО! Эти штуки начинены Другими энергиями; я не могу бесконечно ловить их пузом!

– При чём тут ведьмак? Ведьмаки скотину по хуторам лечат... Может с ним поговорить?! Чего он нас убить-то пытается?!

– Вот берите и говори... Стоп. А это мысль.

Артур резко замер на месте, приложил ладони рупором ко рту и зычно заголосил:

– Стоп! Стоп! Хватит! Мы сдаёмся! Слышишь? Сдаёмся!!

Тишина. И тут...

Что-то дрогнуло на самом краю поля зрения следователя и шагах в двадцати от них из из ниоткуда, буквально из воздуха на выжженную землю маленького болотного островка шагнуло существо.

Тёмный плащ, высокий гребень, прозрачная, словно сотканная из жидкого стекла шкура – хамелеон. Причём именно тот, который не так давно предостерегал «торговых агентов» от поездок на болота.

Существо не выглядело грозным, но длинная чёрная трубка в его руках явно предназначалась отнюдь не для курения. Широкий раструб странной штуковины был направлен прямо на Фигаро с Артуром а узкий соединялся чем-то вроде шланга с кожаными мехами, похожими на кузнечные, которые хамелеон держал подмышкой.

«Как там, бишь, его звали-то?..»

– Господин Кифер! – Следовавтель закашлялся, прочистил горло и попытался сделать так, чтобы его голос звучал уверенно или хотя бы спокойно. – Господин Кифер, мы хотим просто погово...

Из пальцев Артура вырвался широкий голубой луч и полоснул по хамелеону, оставляя на своём пути дорожку добела раскалённой лавы. Небольшая ива, чудом уцелевшая на краю островка, буквально испарилась: луч, чем бы они ни был, заключал в себе чудовищное количество энергии.

Хамелеон пару раз моргнул третьим веком, сделал шаг назад, замерцал и... исчез.

– Твою дивизию! – Артур вцепился пальцами в волосы и застонал. – Он создаёт фантомы! Умный, зар-р-р-раза!.. Берегись!

Первый дротик-стрелку колдун отбил заклятьем, второй поймал плечом, а третий, просвистев буквально в миллиметре от щеки Фигаро, улетел куда-то в болото.

– В дом, – заорал колдун, – быстро!

И в ту же секунду тонкая, похожая на мыльный пузырь плёнка накрыла дом Хонти переливающейся мембраной-куполом. Следователь понятия не имел, что это за штуковина, но в том, кто является причиной её появления, сомневаться, увы, не приходилось.

– Так, в дом не получится. – Артур вздохнул и крепко выматерился. – Фигаро, думайте. Быстро. Я всё ещё не могу локализовать этого мелкого гада, а вот он нас сейчас прикончит. Я не хочу погибать от рук какой-то ящерицы-переростка. Я против.

– Думайте? Вы серьёзно? Про «думайте» это к вам, вообще-то. Разве что... – Следователь, затравленно озираясь, нервно облизал губы. – Если он ящерица, то, может, его как-нибудь охладить? Ну, рептилии же зимой впадают в спячку, или я опять неправильно вспомнил? Или это про насекомых?.. Чего?!

Мерлин уставился на Фигаро диковатым взглядом, крякнул и выразился. Выразился крепко, со знанием дела, и уж точно не так, как мог бы выражаться Первый Колдун Колдовского Квадриптиха, которого обычно изображали на картинах королевские художники.

Затем время дёрнулось и растянулось в длинную тягучую колбасу, заполненную ударами сердца и кровавой пульсацией где-то внутри головы.

Очередная чёрная стрелка ударила Артура в голову, оторвав кусочек мочки уха. Хлынула кровь, но колдун даже не дёрнулся. Он протянул руку и схватил следователя за запястье.

Второй дротик воткнулся Зигфриду-Медичи в ногу чуть повыше колена, почти полностью утонув в плоти. Эти штуковины, всё же, обладали ужасающей пробивной силой.

Артур что-то прошептал, а затем снял с пальца следователя Орб Мерлина.

Фигаро даже не успел удивиться: дальнейшее произошло крайне быстро. Колдун схватил его за шкирку, потянул вниз, прикрывая себя и следователя заклятьем, а Обр, размахнувшись, подбросил высоко вверх, прямо над их головами.

Фигаро почувствовал обжигающий жар и, к своему удивлению, понял, каким именно заклинанием накрыл их Артур. Обыкновенный Щит Огня, простой кокон из очень горячего воздуха, фактически, превращённая в купол шаровая молния. Щит Огня почти никем и никогда не использовался; он существовал считанные секунды и почтини от чего не защищал – пуля пробила бы его насквозь, лишь слегка нагревшись. Щит просто сохранял разницу температур внутри себя и снаружи и был обязателен к изучению на третьем курсе как пример модификации силового каркаса базовых заклинаний сопромага.

Где-то над головой следователя что-то глухо бухнуло, словно там пальнули из пушки и у Фигаро заложило уши. Не слишком сильно – он всё ещё слышал, как Артур скороговоркой начитывает колдовские формулы. Формулы были сложные, но общую концепцию следователь понимал: колдун создавал для себя и следователя защиту от перепада температур, фактически, сплетая из эфира нечто вроде пары термосов.

А затем снова стало светло.

Фигаро медленно поднял голову и с широко открытым ртом замер, нервно осматриваясь по сторонам.

Причины нервничать были более чем уважительные: на Великую Хлюпь пришла зима.

Точнее, в данном случае правильнее было бы использовать слово «обрушилась»: с белого неба на белую землю валили белыебесформенные снежные хлопья величиной с шапку-ушанку. От мгновенно замёрзшей в камень почвы поднимался белый пар, настолько плотный, что ни хижины, ни края островка, за которым начиналось болото уже не было видно. Следователь даже затруднялся сказать, какая вокруг сейчас температура: его