Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Игнат, может, не стоит набирать обороты? На улице гололед, как бы чего не случилось, — предупредила Ирина.

— Ох уж, эти женщины, всего-то вы боитесь, — улыбнулся глава семьи и влюбленными глазами посмотрел на супругу.

Они вместе уже 37 лет, а он по-прежнему любит свою девочку.

Трасса была свободна, и ничего не предвещало беды. Неожиданно из леса на дорогу выскочил лось, и под визг тормозов машина вильнула влево. Колеса заскользили по тонкому льду на асфальте… Не сдержав руль, Игнат выехал на встречную полосу и столкнулся с грузовиком. От удара легковую машину разорвало на две части, превращая в блестящую груду искорёженного металла, а фуру развернуло поперек дороги. Пять человек, находившиеся в черном легковом автомобиле, погибли.

Мир Акаш. Королевство Ангалия

Алиса

Сквозь сон прорывался шум реки, голоса людей, лай собаки и всхлипывающий плач ребенка.

— Я не хочу просыпаться, — прошептала, прислушиваясь к непонятным звукам, и вдруг в сердце кольнуло. — Сонька!

От этих мыслей по коже пробежали мурашки, и я застонала: воспоминания вихрем пронеслись в голове — юбилей, дорога, лось, выскочивший на дорогу, крутой поворот на ледяном асфальте, грузовик, несущийся на нас, и сильнейший удар. В последний момент успела прижать Сонечку к груди… Сдержав крик душевной боли, резко распахнула глаза.

Ребенок продолжал кричать в соседней комнате. В первую очередь, стоило бы задуматься, почему мы не в больнице? При таком ударе повреждения должны были быть сильными, а я в какой-то непонятной комнате, обставленной как купеческий дом. Но при этом меня совершено это не волновало — всё внимание было на детском плаче.

Поднявшись с постели, почувствовала, что должна быть там, рядом с плачущим дитем. Я всей душой стремилась в ту сторону, откуда слышала плач от страха и боли и чего-то еще непонятного. Внутри зарождался ураган эмоций, а сердце чувствовало своё, близкое и родное. Как добралась до двери, помню смутно, голова сильно кружилась, а перед глазами периодически темнело. Еле передвигая дрожащими ногами, я вышла в длинный коридор, освещённый маленьким светильником, и поплелась на звуки, приближавшиеся с каждой секундой. Пройдя комнату, потом еще одну, добрела до нужной и, зайдя, стала сползать по двери. Предел моих возможностей достиг максимума, и организм отказывался что-либо ещё делать. Через минуту я поняла, что что-то не так, и подняла голову. На меня смотрела темноволосая девочка с большими зелёными глазами, все лицо которой распухло от плача, а на щеках сверкала дорожка от слёз. Она продолжала всхлипывать. Рядом стоявшая с ней пожилая женщина в чепчике и старинном длинном платье, удивлённо всплеснула руками.

— Госпожа Алисандра, я уже не надеялась, что вы очнётесь. Видимо Всевышний услышал мои молитвы. Скоро приедут чиновники, чтобы описать имущество, а я не могу вашу сестру Камилу собрать в дорогу.

Девочка, поняв, что речь шла о ней, вновь разревелась, жалобно протянув:

— Я к маме хочу, к папе!

— Да что же это такое, госпожа? Хоть вы ей скажите, что мать давно умерла, а отец покончил с собой. Пусть Всевышний простит его за грехи и возьмёт его душу в свои чертоги, — быстро произнесла женщина и сделала перед собой знак, похожий на овал, несколько раз и заключила всё в круг. — Девочка два часа как ревёт, ничем не могу успокоить.

В голове мелькнула странная мысль, и я посмотрела ещё раз на девочку.

— Деточка, иди ко мне, а то ты словно сонька-засонька сидишь в постели.

Это был знак. Если передо мной моя дочь, которая во время аварии сидела на руках, то она сразу сообразит, лишь бы с криком «мама» не бросилась ко мне.

— Что? Она растеряно посмотрела на меня, видимо, хотела убедиться, что не ослышалась.

— Иди ко мне, сонька-засонька.

Я распахнула руки, чтобы обнять девочку. Ещё не веря всему, что происходит с ней, она медленно слезла с кровати и встала на колени рядом со мной.

Обняв, я тихонечко спросила:

— Сонечка, это ты?

— Да, — ответил мне ребёнок, но следующий вопрос ввёл меня в ступор, — А ты кто?

— Мама! — растерянно ответила я и только сейчас поняла, что наверняка выгляжу совсем по-другому, как и моя дочь. Все же книги о попаданках, прочитанные на ночь, оставили кое-какую информацию в голове. Сейчас мои эмоции были словно заморожены, и я чувствовала и видела себя как бы со стороны. У меня с детства была особенность, я никогда не паниковала, если что-либо случалось, но потом приходил откат с рыданиями, трясучкой и тому подобным….

— Ты не похожа на неё, — всхлипнула малышка.

— Сонечка, не плачь, родная. Я во всём разберусь и объясню тебе. Только ты слушайся меня и делай, что тебе говорят, а папа Сережа будет гордиться тобой!

Вот так, песец подкрался незаметно, и как объяснить дочери, что я это я. Ладно, об этом потом, надо узнать, где мы находимся, и что за чиновники должны пожаловать.

Я посмотрела на женщину, а она продолжала молчать и внимательно смотреть нам нас.

— Извините, я ничего не помню, кроме своего имени и имени сестры. Вы не представились и не объяснились, почему мы должны собираться в дорогу?

— Кто вы? — холодно спросила женщина, продолжая изучать меня.

— Если бы я только знала. Говорю же, не помню ничего, поэтому прошу вас о помощи, — я смотрела на женщину и видела, как её одолевали и мучили сомнения. Но в какой-то момент она сдалась, тяжело вздохнула и присела на стул.

— Меня зовут Лилиана, я ваша няня. Была сначала у вас, госпожа, потом стала нянчить Камилу. Вы Алисандра Брэдли, это ваша сестра Камила. Ваша матушка скончалась при родах, а отец, Хан Брэдли, покончил с собой три дня назад. На следующий день выяснилось — все, что имел барон, проиграл в карты. Вы нищие, баронесса. У вас был жених с соседнего поместья, Франк Адамс, но, когда всплыли причины смерти вашего батюшки, его родители отказались от помолвки. После этого у вас началась