Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— За домом колодец есть, а вообще все селяне берут из общего. Он находится за два дома отсюда, — ребенок показал рукой куда-то в сторону, откуда мы только что прибыли.

— Спасибо.

— Хозяйка, тут это… — засмущавшись, начал говорить Леон, переминаясь с ноги на ногу. — Я все продукты выгрузил на лавку, а мне пора ехать. Хочется до темноты оказаться дома.

— Не переживайте, Леон, поезжайте, и спасибо вам за все, — я искренне была благодарна этому мужчине и женщинам села Малая.

Проводив крестьянина, посмотрела, как Живик с тоской смотрит на улицу. Ребята в это время играли в незнакомую подвижную игру.

— Ты тоже можешь идти, Живик, только покажи, где этот колодец.

— Пойдёмте, госпожа, он находится за домом.

Мы вышли во двор и завернули за угол к запущенному огороду. Я обратила внимание, что здесь есть плодоносящие деревья и кустарники, а это для нас большое подспорье.

Колодец с крышей, защищающей от пыли, осадков, листьев, находился немного в стороне. Я представляла, что по прошествии стольких лет он будет с прогнившими досками, но тут было все цело. Да и не чувствовалось, что за ним долгое время не следили. Увидев мое недоумение, Живик объяснил, что соседи порой берут воду отсюда, чтобы не ходить далеко.

— Скажи, Живик, а в лес можно ходить для сбора ягод и грибов?

— Это же ваш лес, госпожа, а ваш батюшка никогда не запрещал собирать, а вот для отстрела зверей нам требовалось разрешение.

— К сожаленью, он уже не принадлежит мне. А как дальше будут действовать новые хозяева, не знаю…

Мы немного помолчали. Затем все же решила дальше воспользоваться знаниями ребёнка и прояснить кое-какие моменты.

— А пруд или озеро какое-то есть поблизости?

Мальчик вновь странно оглядел меня.

— Ты извини, но после болезни я мало что помню. Когда падала, сильно ударилась головой, но себя и сестру вспомнила.

— Ааа, тогда ладно! А то уже подумал, что вы памяти лишились. Обычно так себя ведет нежить. Притворяется человеком, а по ночам людей загрызает, словно дикий зверь.

— Это где ты такой чепухи наслушался? — рассмеялась я.

— И не чепуха это вовсе! — возмутился ребенок. — В последнее время слухи разные ходят. То там путника загрызли, то здесь. Страшно-о-о!

— Не бойся, мы совершенно живые, не нежить, — улыбнулась я. — Помоги, пожалуйста, донести ведро до дома, а там можешь быть свободен.

— Есть за поселением речка. Там ребята и ловят рыбу. Сейчас новый хозяин придет, как мы будем жить дальше? Только Всевышнему известно! — как-то по-взрослому сокрушался мальчонка.

Он помог донести ведро до дома, еще два несла я сама. Мальчишка поставил воду на лавку.

— Живик, еще одна просьба: никогда не пользовалась печкой, ты сможешь её затопить? Кажется, я и дров-то не видела во дворе…

— А зачем дрова, госпожа? Можно и дровами, конечно, но все давно пользуются магическими камнями. Он лежит вот здесь.

Мальчик открыл маленькую дверцу, и я увидела большой чёрный камень, чем-то похожий на обычный кусок угля размером с кулак.

— Когда у него магия закончится, вы можете его подзарядить. Это будет не так дорого, как закупать дрова. Можно собирать ветки в лесу, но сколько их надо-то? О-го-го!

— Магия? Магический камень? — ноги ослабли, и я присела на лавку.

— Ну да, магия! Вы так удивлены, госпожа, словно впервые слышите о ней? Хотя, — он махнул рукой, — вы, вероятнее всего, и о ней забыли, когда ударились.

Живик с полки взял предмет, похожий на обычный карандаш, и ткнул им в камень. Тот тут же загорелся, и с каждой секундой жар становился сильнее.

— Если хотите отключить, просто так и скажите обратно — «включить». Сейчас ночи прохладные, поэтому просто говорите: «ярче» или «слабее». Разберётесь, это несложно.

— Беги, спасибо тебе большое.

Мальчишка лишь отмахнулся и побежал к друзьям. Ребята окружили его, видимо интересовались мной и Сонечкой, но он, оглянувшись на дом, увел ребят подальше.

Соня, как только мы зашли в дом, села на стул; так и сидела молча, пока все не разошлись.

— Мама, это действительно ты? — спросила она и с такой грустью посмотрела на меня, что сердце сжалось от боли. Пятилетнему ребенку пришлось перенести то, что и взрослому не пожелаешь…

— Да, Сонечка. Мы попали в аварию, я помню, что закрыла тебя своим телом, а потом очнулась уже в комнате и вышла искать плачущего ребенка.

— Меня?

— Конечно, милая, тебя. Отчего-то я сразу была уверена, что это ты плачешь в другой комнате.

— А я заснула у тебя на коленях и проснулась уже в комнате. Меня разбудила няня. Я даже не поняла, что случилось.

— Хочешь, открою секрет?

Глаза Сонечки загорелись любопытством, и она кивнула.

— Представляешь, я даже не имею представления, как выгляжу. Зеркала не нашла и мельком взглянула на свое отражение в воде, но толком не разглядела.

— Ты у меня красивая была, мама. А сейчас тоже красивая, только как-то немножко по-другому, — ответила Сонечка, видимо, пытаясь по-своему смириться с моей новой внешностью.

— Главное, доченька, то, что мы можем прожить еще одну жизнь и вместе… И совсем не важно, как я выглядела и выгляжу сейчас, — улыбнулась ей

— Да, еще бы папу найти. Представляешь, мамочка, каково ему где-то там в неизвестности? Вот, мы вдвоем, а он совершенно один, — взгрустнула доченька.

— А может быть, он с бабушкой и дедушкой оказался здесь? — решила немного успокоить Соню.

— Нет, мамочка, я чувствую, что он один, и ему тяжело без нас, — ответила дочка.

После этих событий она стала чуть старше, чем была, и это ощущалось по изменившимся взглядам на мир и на смерть.

— Давай не будем о грустном! Главное, мы с тобой рядом. Сейчас перекусим тем, что нам положили добрые тёти, а потом я уберусь в комнате, чтобы мы могли с тобой спать в чистоте.

Я поставила ведро воды на огонь. Пока она согреется, мы успеем перекусить. Достала из корзины два куска пирога и молоко в кувшине. Сполоснула два бокала и, усадив дочь за стол, налила себе и ей.

— Перед сном чайку попьём, я на улице видела кустарники калины, боярышника и яблоню с осенними яблоками.

Сонечка кивнула, откусывая кусок яблочного пирога.

Закончив