За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Но при этом она сказала загадочную фразу, что она советует нам не умирать как можно дольше, а лучше вообще не умирать. Я не могу понять, что это значит. Почему нам нельзя умирать?

— Ну, это же совсем просто, — укоризненно сказала Милана. — Вы бы и сами могли легко догадаться, если бы взяли на себя труд хоть немного подумать. Смерть ведь не проходит бесследно. Во-первых, теряются воспоминания. Во-вторых, даже если вам удастся сохранить большую часть воспоминаний, вы всё равно не останетесь прежними. Воспоминания — это важная часть личности, но это далеко не вся личность, понимаете? Вы будете совершенно другими людьми, с иными характерами и привычками, просто будете помнить что-то о прошлой жизни, вот и всё.

А ведь это действительно имеет смысл — я вспомнил рассказ Драганы о человеке, который был профессором геометрии, а после перерождения стал музыкантом, и ни о какой геометрии и слышать не желал. А потом мне пришла в голову мысль: а я-то тот же самый человек, что жил в другом мире? А ведь похоже, что и в самом деле не тот — очень многое говорит о том, что здешний я очень сильно отличаюсь от того.

— Ну и в-третьих, у вас сейчас прекрасные возможности для возвышения, — продолжала она. — Вряд ли вам так же повезёт после перерождения. Согласитесь, вам будет совсем непросто идти по пути Силы, если вы родитесь обычным пахарем, а ваша жена — дояркой. Особенно в каком-нибудь неудачном месте вроде Польши или Валахии[308].

— Что-то это не сильно похоже на бессмертие, — печально заметил я.

— Я так и сказала, что это всего лишь подобие, а не истинное бессмертие, — пожала плечами она. — Вот когда вы станете способны переходить в духовную форму, тогда и сможете умирать без потери личности. Хотя там вас и без этого будет практически невозможно убить.

— А духовную форму можно уничтожить?

— Конечно, — утвердительно кивнула Милана. — Духов ведь так и убивают — просто выдавливают из них всю энергию. Кое-что, конечно, остаётся — дух уничтожается не до конца, и в принципе, может пройти путь сначала. Что будет в вашем случае, даже не представляю — возможно, вы и после духовной смерти сможете со временем возродиться вместе, но там ни от памяти, ни от личности ничего, конечно, не останется. Словом, Морена совершенно права — умирать вам не стоит.

Глава 13

— Я собрал вас сегодня, чтобы обсудить новое прибавление в активах семейства, — объявил я, обводя взглядом присутствующих, которые слушали меня с неотрывным вниманием. — Но сначала небольшое разъяснение. До вас уже наверняка доходили слухи, что семейство Арди потеряло доверие князя, вызвало его гнев и сейчас покатится вниз.

Напряжение было так велико, что ощущалось буквально физически. Эти разговоры явно уже дошли до всех и я с чувством вины подумал, что надо было не мучить людей неизвестностью, а объяснить всё сразу. Но я забегался с передачей прииска и совершенно упустил из виду, что мимо наших слуг такие слухи никак не пройдут.

— Так вот, это неправда и дело обстоит в точности наоборот. Просто князю по политическим мотивам необходимо дистанцироваться от чистки в Рифейске и сделать вид, что он там совершенно ни при чём. Поэтому его люди распускают слухи, что эта чистка была моим самоуправством и что князь мною недоволен. Кстати, Ирина, обязательно составь список тех, кто сильно радуется, потом пригодится.

Мне поверили сразу же. Напряжение немедленно спало и люди с облегчением задвигались.

— Господин, то есть всё это пройдёт для нас без последствий? — озвучила для всех главный вопрос Зайка.

— Не то чтобы совсем без последствий, Кира, — хмыкнул я. — Кое-что всё-таки есть, и я даже не знаю, хорошо это или плохо. Как раз по этому поводу мы и собрались.

Улыбки немедленно исчезли и все опять напряглись. Одна Ленка осталась беззаботной — впрочем, она и с самого начала ни о чём не беспокоилась. А вот наши слуги, похоже, серьёзно переживали по поводу княжеского гнева и я опять почувствовал себя виноватым.

— Дело в том, что в качестве извинения за этот неприятный для нас спектакль князь отдал нам неплохой золотой прииск и даровал исключительное право на скупку золота в Рифейске. Прииск даёт около шестидесяти пудов золота в год и, по всей вероятности, примерно столько же мы будем получать от независимых старателей и мелких артелей. И сейчас нам надо решить целую кучу вопросов, связанных с этим неожиданным приобретением.

В глазах у Зайки немедленно появилось мечтательное выражение, но оно быстро перешло в сомнение:

— Вот так просто взял и отдал? Больше ста пудов золота?

— Он не золото отдал, а прииск, — усмехнулся я. — Золото ещё добыть надо. А у старателей его надо купить. Но если не вдаваться в детали, то именно так — взял и отдал. Он бы его с удовольствием продал, конечно, но мы бы его не купили, а те, кто купил бы, его в качестве владельцев не устраивали. Это конфискованный прииск, который ему совершенно не нужен, и деньги, которые он мог бы за него выручить, для княжества ничего не значат. Хорошие отношения с нашим семейством для него стоят гораздо больше и просто отдав его в качестве компенсации, князь поступил очень мудро.

— И никаких дополнительных условий? — продолжала сомневаться она.

— Есть условие, Кира, — вздохнул я. — Добытое золото мы будем контрабандой отсылать в Ливонию.

Немая сцена. Если бы я внезапно вскочил на стол и закукарекал, я бы, пожалуй, шокировал присутствующих гораздо меньше. Даже у Ленки округлились глаза и она уставилась на меня непонимающим взглядом.

— Не делайте такие лица, пожалуйста, — попросил я. — Я не собираюсь заниматься уголовщиной. Так хочет князь.

— То есть это будет не контрабанда? — в замешательстве спросил Антон Кельмин.

— Я не знаю. Можно ли назвать контрабандой тайный вывоз легально приобретённого товара, для которого уплачены все положенные налоги и пошлины, включая пошлину на вывоз? Здесь суть в том, что для получателя это должно выглядеть контрабандой. Даже если получатель знает, что это не так.

Судя по отсутствующему выражению у всех без исключения, моё объяснение вовсе не добавило понимания.

— Давайте начнём сначала, — опять вздохнул я. — Князь хочет профинансировать определённую политическую партию в империи. Причём для него удобнее всего делать это именно золотом. Однако получатель золота будет иметь серьёзные проблемы, если его политическим противникам станет известно, что он получает финансирование от язычников. Поэтому всё