Мастер Трав. Том 6 - Ваня Мордорский

Я понимал, почему это пугало Скитальца: он привык искать источники энергии, небольшие скопления живы под землей, но здесь этого не было. Наоборот, окажись он в этой земле, с большой вероятностью она бы начала истощать его самого, и тут бы он и остался.

Я вдруг понял, почему корни дрём-травы были такими короткими — растения боялись уходить глубоко. Там, внизу, ничего не было.

Кости. Огромные кости древнего существа, закопанные глубоко в земле, кусочек которых мы видели, что-то делали с этим местом. Высасывали? Поглощали? Или просто… не отпускали?

— Ты чего замер? — негромко спросил Грэм.

— Да задумался о том, что жива здесь странная, — так же тихо ответил я. — Разреженная. Будто что-то ее высасывает.

Грэм кивнул, не удивившись.

— В мое время старики говорили, что тропа голодна. Но поверь, отношения к тому, что происходит в Мертвых Землях это не имеет. Уж я-то знаю разницу. Просто особенность места. Тем более тропа никогда не расширялась. Как была такой сто лет назад, так и осталась.

Постепенно Тропа начала меняться и это, честно говоря, меня радовало. Все-таки было что-то жутковатое в такой измененной живности.

Белизна наконец-то отступала, деревья становились выше, а листья возвращали свой привычный, зеленый цвет. А впереди виднелся зеленый лес, привычный и можно сказать родной, хоть конкретно этих мест я не знал и ни раз тут еще не был.

— Чуть дальше граница Кромки, — указал в сторону густых зарослей Грэм.

— Туда мы не пойдем, — напомнил Тран.

— Да помню я.

Мы пошли вдоль протоптанных тропинок, а волки Трана всё тут обнюхивали. Он снова ушел в «расфокусированное» состояние.

Следы патрулей были хорошо заметны: примятая трава, обломанные ветки, была даже парочка мест от потухших костров. Как я понял, патруль регулярно ходил именно вдоль границы.

Какое-то время мы просто шли. Рядом белала костяная тропа, свернувшая в сторону. Но, судя по уверенной походке приручителя, куда идти он понимал.

Неожиданно волки Трана чуть свернули в сторону от леса к белеющей костяной тропе. Они насторожились: один припал к земле, принюхиваясь, второй обошел это место кругом, негромко рыча.

— Аааа… понятно, вон где парня нашли, — протянул Грэм и зашагал к месту, которое обнюхивали волки.

— Ну конечно, — фыркнул Тран, — Когда мои питомцы всё нашли, тебе стало понятно.

— Не придирайся к словам, — отмахнулся старый охотник.

Я следовал чуть за ними. Виа в корзине откровенно скучала. Да, сегодня она осталась без охоты. Душильник в такой активности как лиана хоть и не нуждался, но был голоден и хотел высосать парочку кустов.

Придется подождать. ОХОТА ПОТОМ. — мысленно сообщил я обоим.

Я подошел ближе и увидел, что привлекло внимание Грэма.

На самом краю Тропы, там, где белая земля переходила в обычную лесную почву, остался силуэт, человеческий силуэт — контур тела, выделявшийся на белом фоне чуть более темным оттенком. Ясно, вот где убили молодого охотника.

Волки разошлись в стороны. Один из них поскуливал, а другие недовольно рычали, не желая подходить ближе.

— Что с волками, Тран? — спросил Грэм, тоже заметивший странное поведение животных.

— Сам не пойму, — почесал голову приручитель, — От этого места им страшно.

— Твоим волчарам страшно? — хмыкнул Грэм, — Значит, мы точно пришли сюда не зря.

Они обходят это место по кругу, — вдруг понял я, наблюдая за волками, — Не приближаются больше, чем на два шага. Значит что-то с землей не так.

Грэм подошёл и присел на корточки, внимательно разглядывая место. Я видел, как двигаются его глаза, как он изучает каждую деталь. Таким внимательным я его никогда раньше не видел.

Он обошел всё вокруг и изучил подходы к месту, где нашли труп. Меня же волновало что же такое с землей или с местом, что животным страшно.

Я присел на землю ровно там, куда лапы волков не ступали.

Кадочку со скитальцем поставил рядом, зная, что он более чувствителен, чем я. И на растение сразу нахлынула волна паники, будто само это место было противно его природе.

УСПОКОЙСЯ.

Скиталец через связь сбивал меня с толку, а мне требовалась концентрация. Я убрал его подальше и начал прислушиватся к месту, используя нечто подобное чувству жизни.

После минутного, прислушивания, я понял, что жива в земле не была разреженной, как на тропе. Ее тут просто не было. Как не было и жизни. Причем сейчас я ощутил, что отсутствует жива ровно в круге диаметром три шага, в который и не рисковали ступать волки.

Я закрыл глаза и прислушался. Да, это было похоже на то, что я сделал в саду, когда Символ Роста вышел из-под контроля: выкачанная жива, мертвая земля… но была и разница.

Мой «мертвый участок» сада был неровным, хаотичным. Символ, — а вернее мята, впитавшая его, — пожирала энергию и жизнь жадно, бессистемно. Просто то, до чего могла дотянуться. Здесь ситуация была другая. Я чувствовал, что земля тут высосана в форме круга, но надо проверить. Но самым тревожным отличием было то, что в моем саду скитальцу не было, так страшно, как тут. Да, неприятно, но он по моему приказу напитывал мертвую землю живой, тут… тут он боялся.

Я проверил форму высосанной земли несколько раз, обходя и проверяя ее, под недоуменным взглядом Трана и немного обеспокоенным Грэма. Они не понимали, что я делаю.

Вскоре я убедился, что высосанный круг не-жизни был идеальным, словно кто-то провел его циркулем и аккуратно выкачал все внутри. Удивительно. Теперь понятно, что это не животное и не случайность — тут требовался безупречный контроль над навыком или… чем-то похожим, на символ Роста, который я случайно применил. Осознание, что у кого-то в руках есть подобный навык было почему-то неприятно.

— Нет следов борьбы, — негромко сказал Грэм, поднимаясь. — Нет крови. Нет отпечатков лап или когтей. Ничьих следов я тоже найти не могу. И вот это самое странное, Тран. Если следов нет — значит, кто-то их очень умело скрыл.

— Это-то я и так понимаю, — вздохнул Тран, словно признав окончательно, что дело тут нечистое.

— Давай, Тран, нужно найти хоть что-то, какую-то странность. Думаю, твои волчары справятся, не щенки уже. Я знаю, ты можешь усилить их обоняние.

— Могу, но это будет непросто. — признал Тран.

А я про себя отметил еще одну способность приручителей, о которой не знал. Усиление органов чувств своих питомцев, если я верно понял слова Грэма.

Волки рассредоточились и начали всё обыскивать.

А Грэм стал задумчивым. Впрочем, он тоже