Аспид на крыльях ночи - Павел Николаевич Корнев

уже отмахнулся, мои спутники тоже шага не замедлили, а вот разобидевшегося на всех и потому чуть поотставшего от нас Ерша взяли в оборот сразу две актриски, броско накрашенные и выряженные в пышные платья по моде прошлого века. И если Кабан ещё мог отнести их к тощим курицам, то счесть дамочек неспособными выкормить младенца не пришло бы в голову даже ему.

Уверен — в любой другой день Ёрш и не подумал бы остановиться, ну а тут задержался потрепаться с красотками, а после крикнул нам:

— Идите! Сам доберусь!

— Сам, так сам, — проворчал Вьюн и усмехнулся. — Обдерут дуралея как липку!

— Дуралеев вчера как липку ободрали, — возразил Кочан. — Билет в театр всяко дешевле обойдётся!

— Это если дело одним спектаклем ограничится! — возразил босяк и поскрёб затылок. — Тоже, что ли, задержаться?

— Куда тебе? — усмехнулся Кабан. — У тебя невеста есть!

Вьюна так и передёрнуло.

— Скажешь тоже — невеста! Так, симпатия…

— Втрескался!

— На себя посмотри!

Ну и пошло-поехало, так всю дорогу до Чернильной округи и переругивались. А дальше как-то совсем уж спокойно и даже буднично сыграли свадьбу Кабан и Догада — никто не напился даже, ещё и без драки обошлось. Кочан даже посетовал, что у них в деревне после такого позорища молодожёны бы вовек не отмылись.

— Ну давай я тебе в рыло двину? — предложил Кабан. — Нет? И правильно! Мы ж тайнознатцы, а не эти самые… Ну ты понял!

Дарьян привёл Агну, но та надолго не задержалась, и книжник утопал дворяночку провожать. А вот её двоюродный братец не только заявился с подарком для невесты, но и ушёл одним из последних, утянув с собой Огнича, Волота и Кочана. Какой-то непривычно тихий и задумчивый Ёрш идти с ними отказался, Вьюн составил компанию товарищу, ну а я отправился домой. И общество Агния было не слишком приятно, и не знал пока, как держать себя с Волотом.

В своей комнатушке уселся у окна и погрузился в медитацию, охватил волей проклятое ядро, начал избавлять заполонившую сталь порчу от излишков небесной силы. Так вечер и скоротал.

Почему-то показалось вдруг, что если не разберусь с этим прямо сейчас, то упущу возможность усилиться. Время-то на исходе: не подкинут проблем пепельные братья, так случится небесный прилив. Ну или профессор Чернояр озадачит работёнкой, и придётся из кожи вон вывернуться, лишь бы только не лишиться головы; самое меньшее — выше оной головы прыгнуть.

Плюнуть на неизбежное охлаждение отношений и отказаться?

Увы и ах, я не только ожидал скорых неприятностей, но и был убеждён, что отвертеться от предложения чертополохов по какой-либо причине не смогу. А скорее даже не захочу. Крепенько же друг с другом повязаны!

В общем — скоро. Со дня на день или уже даже завтра.

Глава 21

Я ошибся. В кои-то веки реальность моих самых паскудных ожиданий не оправдала, и всё было тихо и спокойно. В канцелярии епископа сочли претензии монастыря Пепельных врат необоснованными и ход делу не дали, а во дворце правосудия завернули мой иск к школе Пылающего чертополоха по причине полнейшей бесперспективности истца в плане возвышения. Из материалов судебного заседания любой желающий теперь мог узнать, сколь сильно повредили в поединке моё ядро, и с какой стороны ни взгляни, всё было в порядке, только вот — не было.

Две седмицы промелькнули как один день, я занимался и тренировался, работал над собой и уминал заточённую в ядро порчу, медитировал и стабилизировал абрис, развивал старые узлы и готовился к формированию узлов новых. Затянуло. Засосало.

Остальным — нормально. Босяки и деревенские как-то быстро и незаметно сделались своими не только на факультете тайных искусств, но и во всей Чернильной округе — по завершении занятий они отправляться восвояси не спешили и пропадали в университете самое меньшее до обеда, а то и дольше. Когда играли в карты со студентами и трепались с ними в окрестных кабаках, когда просто валяли дурака. Ну и учились тоже, не без этого.

Вьюн так и продолжал подбивать клинья к компаньонке Заряны — впрочем, пока что безуспешно. Ёрш сделался завсегдатаем театра на Каштановом бульваре и хоть без умолку рассказывал о спектаклях и репетициях, никто не сомневался, что ходит он туда отнюдь не ради комедий и трагедий. Возвращался домой бывший босяк, неизменно благоухая тонкими ароматами женских духов, а иной раз и с не до конца оттёртыми с щёк следами поцелуев, чему все, за исключением разве что Кабана, откровенно завидовали.

— Не поколотили тебя ещё другие поклонники? — как-то с усмешкой спросил его Волот.

— Не! — мотнул Ёрш коротко стриженной головой. — Сам впавших в немилость ухажёров от гримёрок гоняю!

Вместо купленного в магазине готового платья костюма по вечерам он надевал пошитые на заказ брюки, пиджак и сорочку, котелок менял на цилиндр, а ботинки на лакированные кожаные штиблеты, да ещё обзавёлся лайковыми перчатками, тросточкой и вызывающе длинным мундштуком. Если меня засосала рутина, то его — театральная жизнь. Ну а Кабана — жизнь семейная: всё свободное время деревенский увалень теперь проводил с женой.

Кочан первое время кутил в компании Агния, Волота и Огнича, но очень быстро от совместных попоек с ними отказался и стал проводить вечера дома. По его словам — медитировал, но, скорее всего, просто давил ухом подушку.

Меня Огнич тоже зазывал развеяться, но я держал в уме недвусмысленное предупреждение отца Бедного, да и нервы были ни к чёрту. Ждал неприятностей и был готов к ним, а они никак не случались и не случались.

Черти драные, будто на бочонок с порохом покурить присел: вроде ничего страшного, но рвануть может буквально в любой момент.

Или только зря себя накрутил? Или всё дело в том, что в полнолуние не приснилось счастье, вот и ощутил себя брошенным?

Впрочем, нервничал отнюдь не один только я. Дарьян тоже мрачнел день ото дня, даже начал срываться во время занятий на парней, из-за чего Кабан, осерчав, на полном серьёзе пригрозил дать ему в ухо.

— Ты чего психуешь? — придержал я книжника после в коридоре. — С Агной нелады?

— Да она тут каким боком? — моментально вспыхнул Дарьян, но как загорелся, так и потух, махнул рукой. — Нет, с Агной всё без изменений — ждём у моря погоды. Просто к Маре никак ключик